Чак Вендиг – Конец Империи (страница 27)

У нее болит голова. Сильно. Рога на ее голове костяные, и отломить их — значит сломать собственные кости. Пришлось совершить немалый подвиг, колотясь макушкой о неприступную каменную стену камеры и ломая отростки один за другим. После каждой попытки приходилось садиться на пол, сдерживая тошноту. Один раз она даже потеряла сознание, но потом снова принялась за дело — бум, бум, бум. Стена стала скользкой от крови, мозг отказывался соображать, но в конце концов три острых костяных шипа оказались в ее ладони.

Три ключа.

У нее был припрятан настоящий ключ, скрытая внутри поддельного рога отмычка, но рабы Ниимы нашли и отобрали ее.

После чего у нее остался лишь один выход — отломать настоящие рога.

Они стали ее спасением. И действовать нужно как можно быстрее, поскольку случившийся с ней кошмар обернулся неожиданной удачей — она знает, где Рей Слоун. Она ее видела — здесь, в храме, вместе с Ниимой, с которой они собираются в какую-то экспедицию.

Нужно добраться до Норры, и поскорее.

Джес понятия не имела, кто за ней явился, но тот факт, что это оказался Меркуриал, радует и в то же время тревожит ее. Свифт далеко не дурак, и он говорил что-то насчет команды. Он? Работает в команде? Меркуриал не особо ладит с коллегами по цеху. Воистину настали странные времена.

Кого бы там ни понабрал Меркуриал, они теперь тоже часть ее плана.

Каким-то образом ведь они сюда попали — вероятно, на корабле. А если у Свифта был корабль, значит у него имелись коды доступа. Коды доступа означают, что корабль может подняться в воздух и Империя не собьет его в первую же секунду. Вряд ли удастся долго этим пользоваться, но все же хоть что-то.

Сперва, однако, нужно добраться до этого судна.

А потом — захватить его.

Туннели в храме Ниимы представляют собой лабиринт червоточин — Джес кажется, что она движется в верном направлении, но внезапно туннель изгибается и замыкается сам на себя. Большинство туннелей не отличить друг от друга. Каждый раз, когда Джес решает, что нашла верный путь, проходы обманывают ее, и внезапно охотницу охватывает тревога, что она постоянно блуждает по кругу. Не след ли это ее собственного ботинка?

Ей становится страшно. «Я могу тут погибнуть. Могу заблудиться и умереть с голоду», — думает она. Или за ней придут. Остановившись, она прислушивается.

Какие-то звуки — царапанье, бормотание. Они все ближе.

Джес пригибается и затаивается, в то время как звуки становятся все громче. Это они — служители Ниимы с промытыми мозгами. Чуют ли они ее запах? Знают ли рабы хаттши путь через лабиринт?

Из поперечного туннеля появляется один из них, с бледным лицом и заостренными зубами. Рот раба широко раскрывается, безумные глаза вспыхивают, и он бросается на охотницу, словно зверь, щелкая челюстями — клац, клац, клац.

Сделав резкий выпад ногой, Эмари попадает ему прямо в рот. Ее враг хрипит и задыхается, выплевывая зубы. «Он всего лишь раб, — убеждает ее внутренний голос. — Он не понимает, что делает. Не убивай его». Но для него уже слишком поздно — уродец лишен разума, не способен рационально мыслить, и в нем не осталось ничего, кроме рвения дрессированного зверя. Джес ничего не остается, кроме как его прикончить.

Но даже несколько потерянных на размышления секунд оказываются роковыми.

Чьи-то руки хватают ее, смыкаясь на горле, и тащат назад, так что она врезается затылком в скалу. К горлу подступает тошнота, почти лишая сил. Второй раб волочет ее обратно по туннелю. Она молотит ногами и цепляется за камни, пытаясь удержаться, чтобы ее не утащил этот безмозглый бормочущий мутант, — но тщетно.

Вместо того чтобы сопротивляться, она решает поддаться. Точно пловец, пленница совершает рывок в ту же сторону, куда тащит ее уродец, и этого хватает, чтобы врезаться в него, повалив с ног.

Оба падают. Раб воет. Пытаясь подняться, Джес врезает локтем прямо в горло раба, и вой обрывается, сменяясь булькающим хрипом. Не задерживаясь, Джес движется дальше, сворачивая из туннеля в туннель. «Иди. Не останавливайся. Сдерживай тошноту». Она обязательно найдет какой-нибудь выход, какой-нибудь путь вперед…

Она останавливается, когда раздается новый звук.

На этот раз он не приближается.

Вдали слышен чей-то крик.

Это он. Свифт.

Панические нотки в его голосе вызывают у нее радостную дрожь.

Сосредоточившись на звуке, Джес движется в его сторону — по извивающимся проходам, мимо высеченных рабами безумных изображений их госпожи, Ниимы. И внезапно из соседнего туннеля…

Ощущается легкое дуновение воздуха.

Оно несет с собой запахи — металла, кезия, озона. Запахи космического корабля. Это означает, что там ангар или посадочная площадка. Раздается новый звук, одновременно музыкальный и нестройный, и Джес окончательно понимает, что она у цели. Когда Эмари тащили через храм Ниимы, ее проволокли через тронный зал хаттши в похожей на собор пещере, усеянной отверстиями, в которых гудит и завывает ветер, словно играя на органе из древнего камня. Джес не знает, специально ли пещера спроектирована так, чтобы создавать безумную музыку для ублажения слизня, или это просто какой-то природный эффект, но это ее нисколько не волнует. Ей важно только одно — там выход. Там свобода.

Следуя за воздушным потоком, несущим странную музыку и запах корабля, она замечает впереди гладкую скважину, ведущую вниз…

Охотница за головами на животе подползает к отверстию и, вглядевшись в него, действительно видит там свою добычу. Судя по всему, это челнок — кореллианский корабль старой модели, плоский и с короткими крыльями.

Сзади большой бочкообразный двигатель, впереди тупой конус носа. «Это мой билет наружу», — думает беглянка.

Проблема только одна — у корабля есть охранник. Остальных из команды Свифта, кем бы они ни были, похоже, здесь нет, — вероятно, все заняты ее поисками. Джес не азартный игрок, но она готова поставить несколько кредитов, что именно об этом кричал Свифт.

Что ж, всего один охранник? С ним она вполне может справиться.

Ей удается заметить знакомую широкую шляпу кюдзо. Слишком знакомую. Этого не может быть…

Когда страж поворачивается, оглядываясь вокруг, она узнает охотника за головами, который время от времени работал в команде ее тети. Да, это Эмбо. Джес до сих пор иногда по нему скучает. Обычно он был молчалив, а если и говорил, то только на своем родном языке. Но в детстве она нашла время выучить этот язык, и в итоге у них сложились близкие, в каком-то смысле почти семейные отношения.

К слову, Джом Барелл в чем-то напоминает ей Эмбо — он столь же молчалив и смертоносен, но вместе с тем приятен в общении. С ним нелегко сойтись, но когда это удается, сразу видно, насколько он может быть добр.

Но если это в самом деле Эмбо — что дальше? Знает ли он, что охотится за ней? Кому он больше предан — своей работе или Джес? И если работа для него на первом месте… ничего хорошего ждать не приходится. Кюдзо — умелые бойцы. Эмбо стал старше, но она готова побиться об заклад, что былых навыков он не растерял.

Придется действовать как можно осторожнее.

Эмари сосредоточивается, пытаясь унять головокружение.

Плавным бесшумным движением она соскальзывает в дыру и повисает на руках, уцепившись пальцами за узкую гладкую щель в камне. Эмбо расхаживает возле трапа челнока внизу — до него далеко, но Джес вполне способна рассчитать прыжок. Она с силой раскачивается всем телом и…

Выставив руки и присев, она приземляется прямо на челнок, стараясь производить как можно меньше шума, но ей это не вполне удается. Перекатившись, она устремляется вперед, нырнув за стабилизатор корабля и распластавшись на нем.

Слышатся шаги и ворчание. Эмбо смотрит в ее сторону…

«Если сумею проскользнуть мимо него, все будет намного проще».

Джес мчится вдоль кормы корабля, прыгая с одного ускорителя на другой, пока не оказывается на земле, а затем пробирается мимо челнока, — может быть, если она успеет метнуться внутрь, кюдзо ее даже не заметит. А потом она запустит двигатели и…

Перед ней возникает высокая безмолвная фигура. На нее нацелен арбалет, размеров которого вполне хватит, чтобы с такого расстояния снести ей голову с плеч.

Эмбо ее увидел. В полутьме ангара сверкают оранжевые глаза. Его нагрудник весь в шрамах, золото давно стерлось, подол красной боевой рубахи пообтрепался.

— Эмбо? — удивленно спрашивает Джес.

Арбалет остается на месте, а его владелец лишь слегка наклоняет голову набок и произносит на языке кюдзо:

— Это ты, подружка?

Она облизывает губы, озираясь вокруг. Эмбо мог бы убить ее на месте. Он сражался против охотников за головами, пиратов, джедаев, ситхов — и либо одерживал верх, либо оставался жив, чтобы сразиться позже. Джес сглатывает комок в горле, чувствуя, как потеют ее ладони.

— Рада новой встрече, Эмбо. Давно же мы не виделись. Как Маррок?

— Умер несколько лет назад.

Маррок — ручной ануба Эмбо. Враги считали его злобным зверем, но к ней длинномордый пес всегда ластился, переворачиваясь кверху брюхом и предлагая смеющейся девочке себя почесать.

— Жаль. Он был хорошим псом.

— Да, был.

— Так ты, значит… снова работаешь в команде?

Оба ее сердца колотятся столь часто, что ей кажется, будто в груди раздаются пушечные выстрелы. «Стоит мне шелохнуться — и он меня прикончит».

— Я всегда работаю в команде. Кюдзо не любят быть одни.