Cd Pong – Анкнит. Свет или Тьма (страница 32)

В гнетущей тишине, что накрыла всё вокруг, были слышны лишь тихие всхлипы Резоны, баюкающей голову погибшего любимого у себя на коленях.

Колдун уже чёрными глазами обвёл присутствующих и с громогласным:

— Это ещё не конец! — вновь кинулся он к Этану. С силой впечатавшись тому в грудь, он выбил из него весь дух. Пальцы юноши разжались, и маленький камушек выпал из ладони на покрытую пылью землю. Первый нит отсвечивал глянцевой поверхностью.

Почти изящно одержимый тьмой колдун подхватил этот камушек.

***

Анисина судорожно перебирала флакончики, смешивая зелье. Девушка не отвлекалась на происходящее: перед ней стояла практически недостижимая цель — вернуть душу.

Жидкость в руках сновидицы меняла цвет — от красного до чёрного, а следом становилась кислотножёлтой.

— Так, Реза. А сейчас мне нужна твоя помощь. Прийди в себя!!! Думай о нём. Вспоминай всё, что только можешь: первую встречу, его голос, тепло его рук, ваш первый поцелуй. Всё!!! — Договорив, она поднесла пустой флакон к лицу девушки. И когда из глаз той скатилась очередная слезинка, она ловко поймала её и тут же примешала к кислотного цвета жидкости. Зелье вновь поменяло цвет, становясь кристально прозрачным, словно родниковая вода.

На миг прикрыв веки и сделав глубокий вздох, она поднесла колбочку к губам бездыханного лучника и вылила ему в рот всё до капли.

— Резона. Если получится Точнее, когда получится Он не сможет быть, как и прежде, в двух мирах. Лишь в одном. Вам придётся выбирать. Твоя сила тоже исчерпана, ты более не страж. Но Анкнит даст выбор: остаться тут, в вечности, или вернуться и состариться вместе. Выбор будет за вами

Только она успела произнести эти слова, её тело поднялось в воздух. Девушка взвизгнула.

Это Киран силой тьмы оплетал тонкую фигурку, причиняя боль. Морок дёрнул руку на себя, и девушка перелетела через разделявшее их горное плато.

Она упала на колени перед хозяином тьмы и подняла полный страха и одновременно презрения взгляд.

— Хм Кто тут у нас? — проскрежетал мужчина. Он коснулся двумя пальцами виска девушки.

— Что? Что ты сделал? — ужаснулась она.

— Забрал. Сущий пустяк, поверь. Всегото возможность видеть сны.

И он исчез в поглотивших его тенях.

Мнема медленно приобретала привычные очертания. Но, не произнеся ни слова, кинулась вдогонку за тьмой.

А Анисина нашла взглядом Аксиса. Тот был белее белого снега, лежащего на дальних склонах. В широко раскрытых глазах навигатора плескался первобытный ужас. Самый большой страх Аксиса обретал реальность и надвигался неминуемо и неотвратимо.

Разноглазка выглянула на свои теряющие осязаемость конечности и вновь пересеклась глазами с любимым, из-зо всех сил спешащим к ней.

— Ани! — воскликнул он, падая на колени.

— Жди меня. Я обязательно вернусь.

— Сагиттар! — крикнула Резона, выбежав из‑под свода. — Стой! Пожалуйста!

На миг ей показалось, что в глазах любимого мелькнуло узнавание, но оно мимолётно сменилось гримасой жестокости и злобы.

— О‑о‑о… Какие люди. Бывший страж… И как оно? Без сил? — произнёс он с ужасающей улыбкой от уха до уха.

Анисина, замеревшая неподалёку, резко обернулась на Резону. Пробежалась взглядом по её лицу и всё поняла… В девушке почти не осталось связи с Анкнитом: сила стража утекала, словно вода сквозь сито. Но… Не совсем. Эта сила вливалась в…

Внезапно позади Сагиттара появилась Умбра. Глаза хранительницы горели яростным светом, и вся она источала неимоверную силу и мощь. Именно Умбра забирала себе силы Резоны.

И тут свет внутри Анисины проявился вновь, спустя многие дни тишины.

«Будто готова. Помни: в самое сердце!» — воскликнула светлая сущность, а следом покинула тело девушки, врываясь в грудь хранительницы склада.

Та вцепилась в шею Сагиттара железной хваткой и тянула из него, что было сил, всю накопленную им мощь. Вокруг Умбры, словно белоснежные ленты, извивались потоки силы. Она цеплялась за «хозяина тьмы» всё сильнее, когда тот, рыкнув, швырнул задыхающегося Аксиса в сторону и обратил всё своё внимание на нападавшую хранительницу.

Анисина бросилась к ударившемуся спиной о скалы Аксису.

— Живой? — спросила она быстро.

— Я не могу умереть дважды, волчонок. Ни царапинки, — он продемонстрировал свою шею, что только что была в крепкой хватке одержимого Сагиттара.

К ним подбежала Резона, и Аксис тут же спросил:

— Вы чего там, чай пили?

Девушка непонимающе сдвинула брови.

— В смысле?

— В смысле тебя шесть дней не было. Ани успела выспаться и снова уснуть, — ответил ей Аксис, разглядывая руки Резоны. — Реза, твои силы… Ты что сделала?

— Да что вы все заладили?! Я дала ей, — она махнула ладонью в сторону Умбры, — возможность сражаться за нас. За Анкнит. За свет! Только так она смогла покинуть склад! Я уже испорчена, не могу я быть стражем! Как вы этого не понимаете, он отравил меня, моя душа запятнана, испорчена, проклята….я приняла единственно верное решение. Отдала старейшей и сильнейшей из хранителей, той кто стоял у истоков Анкнита… Она хотела биться с тьмой! Вы бы видели, когда я пришла она ломилась в двери склада и он раз за разом возвращал ее обратно, она уже выбивалась из сил, и тогда я предложила выход…Да! Не самый удачный! Я понимаю…но так правильно! Её силы умножились и…

— И кажется, их мало… — еле слышно произнесла Анисина.

Все трое обернулись к схлестнувшимся в яростной битве — Сагиттару и Умбре.

Силы оказались неравны. Даже так, выпив до дна энергию стража и с поддержкой светлой сущности, Умбра сдавала позиции. Мужчина истерично захохотал, вырывая у хранительницы сначала одну руку и хватаясь за вторую. Из её ран потёк чистый свет — словно мифическая кровь единорога: жемчужно‑серая и искрящаяся.

— Ну что, старая? Как в прежние времена? А? Вместе? — раздался голос Кирана, вальяжно ступающего по каменистой поверхности. За ним шаг в шаг шла Мнема.

Она пробежалась взглядом по внучке, скользнула по Аксису с Анисиной и сосредоточила взор на Мраке.

— Как в последний раз, старый друг, — ответила она.

И они ринулись в бой. Мнема насылала видения, которые дезориентировали тьму и мешали направить удар. Киран же поднимал столбы пыльных бурь: песок и грязь застилали глаза и заставляли прикрывать их.

— Скорее! Пока они его отвлекли! — воскликнула Анисина, материализуя на ладони кинжал.

Она протянула его Резоне. А та отшатнулась от предмета, как от огня.

— Нет, нет, нет… Я не могу. Это же Тар. Нет. Простите… — запричитала она.

— Резона, я не смогу его вернуть, если это сделает кто‑то из них, — она кивнула в сторону сражающихся хранителей и колдуна. — Он должен пасть от руки любящего человека — лишь так останется лазейка для его души. Пойми ты это.

Анисина вновь подтолкнула остриё кинжала к рукам Резоны. Та даже взяла его, крепко сжав, но в следующий миг выронила из рук. Кинжал упал со звоном, ударившись о камни.

— Не могу… — еле слышно шептала девушка. — Я не могу…

Анисина подняла клинок и встала на колени перед Аксисом.

— Значит, ты.

— Я? — удивился он. — Волчонок, ты что‑то путаешь. Я тебя люблю, а не… Его.

— Акс, он тебе дорог не меньше, чем Резоне, а может быть, и больше. Он твой лучший друг. Твой брат… Хочешь сказать, это не любовь?

Аксис внимательно всматривался в разноцветные глаза, и до него медленно начинал доходить смысл её слов. Но слишком медленно.

Все трое вздрогнули от душераздирающего крика и синхронно обернулись.

Умбра прекращала своё существование в Анкните. Мрак поглощал её душу, её свет — свет её старшей сестры, что столько тысячелетий освещал самые отдалённые и тёмные уголки Анкнита. Морок втягивал его в себя, превращая в вязкую гнилую слизь, стекающую по его подбородку. И даже Мнема с Кираном замерли в недоумении: как такое могло произойти? Как же зло обрело такую мощь, что победило добро? До какой же глубины пала тьма, если сумела склонить весы равновесия в свою пользу?

В повисшей тишине внезапно раздался гулкий звук шагов, а следом — болезненный вздох.

Аксис в два стремительных шага оказался рядом с другом и вонзил клинок в самое сердце Сагиттара.