Carbon – Алая сова Инсолье 2 (страница 25)

— Ну так то лишь первая попытка. Орденцев много, еще попробуем.

— Отговорки для слабаков. — Я спрятала улыбку, покосившись на хмурого мужа. Он упихивал в переметные сумки сложенную палатку.

— Это ты некроманту говори. Даже до середины плана толком не доколупал на своих двоих. — Козодой смешно извернулся и почесал клюв лапой.

— У моего мужа как раз все получилось. Кого хотел, того достал. И спалил.

— Если бы не я, его бы разоблачили еще в учебке, — самодовольно выдал Филипп. — И спалить он бы смог только пару метров в диаметре. То бишь… лишь себя.

— Это не имеет значения. Ты просто послужил удобным элементом рельефа. Для маскировки. На пути к цели.

На это козодой, выпучивший один глаз от возмущения, не нашелся что ответить. Зато где-то впереди на своем битюге рассмеялся Паоло. А сзади уже давно тихо ржал Инсолье. Ему явно нравилось, как я обозвала главного хитреца всего ордена элементом рельефа.

— Неблагодарные отпрыски! Одного всю учебу прикрывал, двух почти на руках вырастил, с ложечки кормил, пеленки стирал! Да что далеко ходить, вас не поймали в этом лесу, лишь благодаря моим стараниям. А то давно б уже болтались в петле. Бездыханные. И как вы мне за это платите! Перья из хвоста выдираете! Пинаете и палки кидаете!

— Если бы я не знала, какая ты сволочь, даже поверила бы в искренность твоего кудахтанья.

— Ну и ладно, — бросил кривляться пернатый гад. — Давай серьезно. Чего ты хочешь? Не просто так пригласила меня задержаться в этом тщедушном птичьем тельце и действовать вам на нервы.

— В идеале? Тебе не понравится.

— Догадываюсь. Поэтому давай сразу реальный вариант. Желательно прибыльный для всех сторон данной сделки.

— Тихо! — вдруг приказал Паоло, пробиравшийся по тропе впереди всех. Тяжелый конь под ним послушно застыл, сжатый мощными коленями.

— О, какие зверушки, — прокомментировал Филипп, привстав на роге и вытянув шею. — Голодные, небось.

— Твоих рук дело, гнида? — прорычал Инсолье, спрыгивая со своей лошади и обнажая меч. Он быстро просквозил мимо нас с кабаном и встал на тропе рядом с Паоло, загородив всю компанию от чего-то неприятного прямо по курсу. Я, увы, даже нитями не смогла обрисовать, что там такое, за скальным уступом.

— Ага, как же. И чума на островах по моей вине, и коровы в предгорьях передохли по ней же. А, точно! Икоту пьяницам тоже я насылаю!

— Заткнись, командир, — коротко приказал Паоло. — Подержи лошадей. Соль, твои двое левых.

— Сам такой. Меня зовут Инсолье! Хорошо, — отозвался муж.

— Чем я их должен подержать? — недоуменно спросил у меня козодой, для наглядности развернув крылья. — Не, ну я, конечно, попытаюсь, из солидарности. — Птиц демонстративно уселся на седло битюга. И взъерошил перья.

— Не лезь. Он до сих пор называет тебя командиром, заметил? — Я задумчиво, но довольно шустро сползла со свиной спины и подцепила поводья спокойного как танк битюга. Сунула в пасть кабану, тот понятливо сжал их зубами. Я же пошла ловить осла и кобылку мужа, чтобы их поводья тоже вручить Хрюше. Если кто и удержит скотину на узкой тропе, так это только нереально сильный кабан.

— Ага. Только не воспринимает, — удивительно рационально отозвался козодой.

— Это потому, что рожа у тебя сейчас страшная. И на командирскую не похожа. В остальном — скотина ты, еще раз говорю. Этот человек тебе доверял и ничего плохого не сделал.

— Так и я ничего такого не сделал. Разве ему сейчас плохо?

— Разве не ты пытался убить его руками моего мужа?

— Руками твоего мужа можно только дурь дурацкую натворить. Мало я ему всыпал. А мне нужно было убрать из ордена единственного человека, которого я хочу сохранить для себя. Заодно и мысли чуточку взболтать. Так что, как ты там говорила? Вы просто послужили удобным элементом рельефа. — Птица снова распушила перья, всматриваясь в тени, мелькающие за кустами.

— Инсолье ты рассказывал совсем другое.

— А с чего бы мне с ним откровенничать? Объяснять еще чего-то этому мстюну, оно мне надо? Я дал ему направляющего пинка, дальше он сам полетел.

— Ну спасибо. Мне ты дал направляющего пинка, когда выкинул слепой на дорогу?

— Я тоже человек. Имею право на нервный срыв из-за чужого идиотизма. Это во-первых. Во-вторых — полетела же. Причем сразу замуж. Ну и чем ты недовольна?

Глава 36

Инсолье

— Что за… — недоуменно прошептал я, когда в меня чуть не прилетело дротиком. Нежить, использующая оружие? Но я отчетливо чувствовал эманации темной магии от мелькающих в тенях существ!

— Троглодиты, — зло рыкнул Паоло. — В твоем курсе нежитеведения их точно не было. Уйди! Отступи назад, надо…

Я не успел возмутиться и наорать на него, на героя этого героического и дебильного. Отступи, как же. С чего бы мне от…

— Идиот! — рявкнул Паоло, отбивая еще один дротик и резко толкая меня обратно за поворот. — Эти твари всегда берут в клещи! Беги на другой конец тропы! Имран там одна осталась!

Едва эти слова дошли до моего мозга, я развернулся и со всех ног рванул обратно. И успел увидеть, как мелькнуло в скалах алое платье. А потом до меня донесся заполошно-злой крик козодоя.

— Свин! — заорал я что есть мочи. Не знаю, чего я ждал от кабана — что он кинется за ней или подберет меня, чтобы скакать на врага. Хоть что-то!

Но свина тоже не было на тропе. Только брошенные лошади и перепуганный ишак. Зато где-то выше по склону среди уступов яростно взревело. Кажется, кадавр вступил в бой.

В отчаянии я кинул заклинание гниения сразу по площадям, не опасаясь, что оно заденет Элле. Мои заклинания никогда ее не трогали, поскольку первым делом после того, как она надела мой браслет, я встроил ее параметры в свою ауру, и любое мое плетение отныне воспринимает мою жену как часть меня. Кадавр неживой, и ему тем более не страшно. А если сгниет козодой — туда ему и дорога.

В ответ мне прилетело сразу десятком дротиков и камней, брошенных из-за скал. Но все-таки моя атака прошла не бесследно — болезненные вскрики подтвердили попадание как минимум сразу в несколько целей. Это сколько же тут этих тварей?! Все, я разозлился.

— Они ждали караван. — Паоло вылетел из-за уступа, весь покрытый зеленоватой липкой кровью и разъяренный, каким я никогда его не видел. — За мной!

И поскакал вверх по склону, как натуральный гончий козел, только с мечом и в кольчуге. Я выругался и рванул следом, на ходу раскручивая сразу десяток самых гадостных плетений из своего арсенала.

Где-то впереди истошно продолжал орать козодой. То ли из него там на ходу перья драли, то ли он нарочно разорялся, чтобы мы не потеряли след. Даже если второе, благодарить врага не за что. Путеводная нить все еще связывала меня с Элле.

Судя по всему, наш рывок не прошел даром, и расстояние до беглецов сократилось — теперь Филипп не просто орал истошным ором, я вполне явственно слышал, как он матерится. Причем в основном на…

— Ду-у-ур-р-р-ра! — вопил темный пернатый гад. — Идиотка! Дебилка! Опять?! Когда ты поумнеешь, безмозглая?!

О, что-то новенькое. Даже Паоло ненадолго застыл, не понимая происходящего. Причем сделал это настолько резко, что я едва смог спасти свой нос от столкновения с его кольчугой.

Мы с паладином переглянулись и побежали наверх еще быстрее. С основной караванной дороги не было видно, что тут, на, казалось бы, неприступном склоне, между камней тоже петляет едва заметная тропка. По ней троглодиты спустились в ущелье, чтобы зайти нам в тыл, и по ней же теперь тащили «добычу».

Точнее, пытались тащить. Взбежав еще на сотню шагов, мы обогнули очередной скальный уступ и едва не вляпались в сеть.

Светящуюся. Фиолетовую. Над которой с ором и матами летал козодой, метко гадя мелкими, но от этого не менее смертельными заклинаниями сверху на головы каким-то отвратительным жабоподобным людям с огромными зубастыми ртами и отсутствием каких-либо намеков на глаза.

А те пытались драпать дальше по своей разбойничьей тропе, волоча на спинах наши седельные сумки и Элле. Но буксовали на месте, потому что моя жена изображала помесь ишака и паука одновременно.

Судя по всему, она давно пыталась зацепиться своими нитями за окружающий ландшафт, но повезло ей только теперь, потому что тропа уходила в узкую щель между двумя скалами. Вот в этой щели она и застряла намертво, раскинув переплетение силовых линий и вцепившись ими во все каменные шероховатости округи. Выглядело феерично — кривая светящаяся паутина между скалами, а в середине алое платье моей жены, в которое лапами вцепились сразу три урода и пытаются протащить вместе с паутиной дальше по тропе.

— Чего стоим? Кого ждем? — гаркнул козодой, делая круг над нашими головами и швыряя очередную черномагическую искру куда-то в ближайшие от нас кусты. Из зелени раздался мерзкий визг, и в нос ударила гарь сгоревшей плоти. — Я, конечно, тот еще меткий сокол! Уф! Но уж больно шустрые жабы! Н-на! Могу по нашей самоотверженной ду… уй! Жене! Твоей! Нечаянно попасть! Уф! Хотя на поддержку с воздуха, так уж и быть, — кры-ы-ы! — соглашусь. Потом рассчитаемся, сколько и чего вы мне должны будете!

Паоло тоже издал злобный боевой клич и кинулся кромсать врага. На нас опять посыпался град камней и дротиков, но я уже не обращал на это внимания, выставив щитовое заклинание. В основном, конечно, над Элле, но и нас с паладином прикрыл.