Бычевский Александр – Искатели кнопки (страница 6)

– То есть, ты хочешь сказать, существует кнопка, которая перезапустит чертову вселенную? И ей можно задать любые параметры и даже сделать меня снова молодым?

– Именно, копи, Лихой Уолли! – почтенно ответил Док.

– Не надо этих сокращений, я космический пират старой закалки! – Живущий во дворце, – с издевкой обвел пространство Док.

– И что, черт бы тебя, старого, зануду побрал? Вначале воруешь, потом шикуешь! Ты же знаешь эту историю, парень?

– Да-да, я слышал сотню раз, как вы поживились на подлете к Андромеде, – Хьюго улыбнулся Уолли и продолжил: – Нам бы человека, который сумеет нас доставить в систему Уни.

От смеха Уолли задрожал жилой модуль, едва не посыпались картины, не попадали статуэтки. Смех его слышался не только на станции КИК, но и на другом краю вселенной.

– При всем желании стать снова молодым, но это невозможно парни, – пират задумчиво опустил голову.

– За беспокойство мы заберем у вас, – начала размышлять вслух дочка Уолли, тот выхватил бластер и прицелился в нее.

– Тоже мне забиральщица, а ну закройся!

– Хорошо, папочка!

Хьюго усмехнулся, поймав на себе недоуменные взгляды. Сандра в этот раз явно не чуяла границ, помышляя на полном серьезе забрать корабль у искателей кнопки. Несмотря на годы дружбы, Уолли тоже призадумался над этим, но, вспомнив, на какой таратайке летал Док, понял, что за нее и не выручить пары сотен кредитов. Поэтому за дружескую консультацию он попросил скромный перевод на часы. Док усмехнулся, но не просьбе, а над старым другом, растерявшим прозорливость. Если бы задница пирата не приросла к стулу, то, осмотрев корабль и движок, они бы как минимум увеличили свой капитал, а как максимум выкупили бы целый квартал на станции. Док махнул часами, Уолли скорчил недовольную гримасу.

– Что это за цифры Саймон?

– А то мы и без тебя не знали, что невозможно попасть в Уни!

Хьюго и Сандра оставались недвижимы, наблюдая за великой дружбой.

– Ладно, давай хотя бы… – Уолли заткнулся, Сандра наклонилась и что-то ему прошептала, а когда закончила – старик будто омолодился: его глаза смеялись, а улыбка так и просила назвать его Лихим. – Пятьдесят тысяч кредитов!

– У, – выдохнул Хьюго.

– А на кой ляд тебе пятьдесят тысяч кредитов, милая? – Сандра что-то прошептала, Уолли с горечью вздохнул. – Мог бы ты себе представить, Саймон, что Сандра вместо пиратства будет расхаживать по чертовым ресторанам, пытаясь обобрать моих друзей?

– Мне несложно оплатить ужин крестнице, – улыбнулся Док и, как богач, не думающий о суммах, взмахнул часами. – Да черт ее раздери! Я забыл, что все переводы больше пяти тысяч выполняются с голосового подтверждения Хьюго…

Сандра и Уолли по-семейному нахмурились, а потом засмеялись так, что их услышали и в другой вселенной.

– С каких пор юнец распоряжается твоими деньгами? – издевался Уолли пока не вспомнил, что его деньгами распоряжалась жена, дочь, внук и любимый песик.

– С тех пор, как он проигрался на Марсе, – сухо ответил Хьюго.

– На? На Марсе? Ты не мог долететь до нормального казино? – сквозь смех выдавила Сандра.

– Иногда мужчине нужно просто проиграться на Марсе… – с интонацией некронуарного детектива сумрачно произнес Док. – Так что, Хьюго? Разрешишь ли ты потратить мои деньги на крестницу?

– Разрешаю.

– Поэтому я и люблю тебя, дядюшка Саймон! И корабль твой я бы в жизни и пальцем не тронула, – Сандра напоминала малышку, которой дали заветный леденец, на нее было невозможно злиться.

– И я тебя люблю, милая! Сандра поцеловала Док в щеку, потрепала по голове Хьюго и, насвистывая, направилась на выход.

– Ладно, мы в расчете? – спросил Док.

– Да-да, но не лезьте в ту систему, ну его к чертам парни, а? – произнес Уолли, а потом ладонью помахал в сторону выхода.

7

Недалеко от дворца Уолли располагался ресторан «Лихицца», где по семейному рецепту готовили пиццу. Только вместо очаровательной официантки Натальи вышел Уолли. Одной рукой он опирался на трость, а другой раскачивал поднос, так что в какой-то момент искатели решили, что не заморят червячка.

– Ваша пицца, господа! – улыбнулся он и сел рядом с Доком. – Ща еще две принесут, я тоже изголодался.

Прикончив несколько сытных кусков, Док тоскливо оглянул старого друга. Бедняге бы не помешало омолодиться, но не через все эти биоинжерные приблуды и прочую чушь, от которой мозги превращались в жидкость, которая, если слегка наклонится, вытекала через ухо, а иначе. Через кнопку. На самом деле Доку просто нравилась сама идея кнопки, а применений ей столько, что у него плавился мозг, но пока не вытекал через ухо.

– Я кинул весточку молодняку того, глядишь, вам кто поможет, – по отрепетированному годами дружбы подмигиванию Хьюго понял, о ком шла речь. Он отвел взгляд, старики заметили это, Док сменил тему.

– Ты не хочешь с нами?

– Такие приключения мне не позволительны, Саймон, но знаешь… – искатели наклонились в сторону Уолли. – Если нападете на след, то кидай весточку? Совершу приключение, так сказать, в один конец… Док переменился в лице и отвел взгляд в сторону.

– Тебе не обязательно лететь туда, если кнопка и существует, то, вероятно, Док сможет сделать все без твоего участия.

– Хьюго, ты же не глупый? Если такая кнопка есть, то вам наверняка потребуется помощь! Вряд ли она весит в пространстве со стрелочкой-указателем «нажми меня»?

Док отмахнулся, взял кусок и, нарочно громко зачавкал. Уолли хотел что-то сказать, но, увидев отчужденность в глазах Дока, махнул рукой, взялся за трость, с трудом поднялся и направился к выходу. Док искал слова, которые можно сказать на прощанье другу, и крикнул:

– Черт с тобой, я кину весточку!

– Я не сомневался, – с радостью человека, чья жизнь вновь обрела смысл, прогромыхал Уолли, а затем откинул трость в сторону, сделав несколько оборотов, как танцор балета.

– Ну, ты и ублюдок, – восхитился Док.

– А ты будто нет? – кинул через плечо Уолли.

– Весело тебе? – Док кинул злобный взгляд на Хьюго, будто тот работал в полиции улыбок, и написал в рапорте «случай не безнадежный, умеет улыбаться».

8

Недалеко от ресторана располагался семейный оружейный магазин «Убивихо», за ним стоял кинотеатр «Смотрихо», однако лифт, к которому шли искатели, оказался общественным. Правда, чтобы дойти до него, требовалось преодолеть не малый путь, начинающийся с улицы «Лихого Уолли», вначале которой появился новый для Дока указатель «Парк развлечений Лихо, 550 метров».

– Он совсем тронулся? – брюзжал Док.

Если до этого было мало пришельцев, то с каждым шагом в сторону лифта искателей поглощала суета. Суета на КИК никогда не нравилась Хьюго. То ли дело Луна с ее набитыми битком космопортами! Там хотя бы пришельцы в основном стояли в очереди, а не шныряли туда-сюда, наступая на пятки. Там шумно, но, несмотря на рынок, не звучит алчная симфония «копи и купи», где шелест кредитов правил балом так умело, что опустошал не один банковский счет. Искусные зазывала межгалактических масштабов уговаривали раскошелиться на: сувениры дамочек, экстремальный досуг. На КИК можно купить самую смелую фантазию, и не факт, что продадут настроенную виртуальную реальность с тактильным костюмом в придачу, а не отвезут за тридцать тысяч систем, чтобы воплотить желаемое в жизнь. Под фразой «смелая фантазия» чаще подразумевались причуды богачей. Один чиновник захотел собрать всех карликов во вселенной и устроить гладиаторские бои в Колизее, и его мечту воплотили. Призом было огромное количество кредитов. Победивший карлик в отместку устроил гладиаторские бои чиновников. Конечно, все совпало: перевыборы, новый состав чиновников, неслыханные богатства, выигранные благодаря «смелой фантазии», что послужило лучшей рекламой того, что на КИК действительно возможно все.

В лифт набилась армия детишек с шариками «Лихо», они так верещали, что в какой-то момент ни Док, ни Хьюго не слышали собственных мыслей, но этого и не требовалось. Они поглядывали на детскую непосредственность, думая о том, что еще не случилось в их жизнях.

Хьюго всего тридцать лет. Впереди вся жизнь, и, вероятно, однажды он созреет для отцовства. Док же и Марта решили, что не будут заводить детей до момента, пока не решат, что это жизненно необходимо. И такая необходимость возникла несколько лет назад, когда Марта вышла на пенсию. Старики искали подходящую даму, чтобы та родила им ребеночка, но оказалось, им сложно угодить. Кто-то говорил им, что безрассудно заводить детей в таком возрасте, но они их не слушали, уверяя, что, как и другие старики, подбирались к принятию искусственного омоложения. Именно ребенок то, что, по мнению Марты и Дока, должно заставить их пересмотреть закостенелые взгляды на эту процедуру, ведь малыш не будет цветком на могилу, а вероятнее всего, они сами застанут его старость.

Расплатившись за парковку, искатели плелись к кораблю, размышляя о том, что делать дальше. Док боялся, что Хьюго будет настаивать вернуться на Землю, и ему будет нечего возразить. Однако, на его радость, с каждым шагом чуткое обоняние улавливало знакомый аромат. Хьюго тоже учуял этот проклятый сандал с черникой и лимоном.

– Чувствуешь? – осторожно спросил Хьюго.

– Уж точно не слышу, – улыбнулся внутренний сноб Дока.

Внутренний голос Хьюго приказывал бежать, но он его не слушал. Док улыбался, будто Сара его родная дочь. Зеленоглазая блондинка прильнула губами к правой щеке старика, затем к левой, оставив на них нежно розовый отпечаток помады, а после приветственного церемониала смирила Хьюго насмешливым взглядом.