Бьянка Иосивони – Магия крови (страница 29)

Один вампир приблизился почти вплотную, обнажив проклятые клыки. Я использовал эту близость против него и всадил клинок в глотку. Свободной рукой выхватив из кобуры пистолет, направил дуло прямо в сердце вампира.

Я спустил курок. Грянул выстрел – и кровосос упал замертво. Пришлось подарить ему быстрый конец, потому что надо следить за оставшимся противником. Я сделал вид, что целюсь в сердце, но вместо этого выстрелил в плечо. Вампир согнулся, и я вогнал ему в грудь кинжал, с которого еще капала кровь его приятеля. Он ничком растянулся на камнях.

Переводя дыхания, я стоял над двумя трупами. Шум схватки в другом конце переулка тоже стих, и я наклонился достать из вампира второй кинжал.

– Уорден? – голос Кейн непривычно дрожал.

Обернувшись, я остолбенел. Она сидела рядом с вампирами, которых убила, и выглядела не сильно живее. Мертвенно-бледная, она держалась за левую ногу залитыми кровью руками.

На бедре зияла страшная рана.

Глава 17

– Срочно в лазарет.

Я покачала головой – и очень зря. Перед глазами все плыло, из раны хлестала кровь. Один из вампиров умудрился задеть меня собственным кинжалом. Такую рану нелегко залечить, даже имея регенерацию охотницы на кровопийц.

Уорден опустился рядом со мной на корточки:

– Кейн, нам правда нужно…

– Нет, – перебила я. Как же тонко и обиженно звучал мой голос! Самой тошно. Тело бил озноб. Очень холодно… – Если мы явимся в лазарет, все узнают об охоте. Грант сделает все возможное, чтобы помешать нам продолжить поиски Жюля. Это меня убьет. А рана – нет.

Уорден поджал губы и задумчиво уставился куда-то мимо меня. Затем достал телефон.

– Я же сказала, нет…

– Успокойся, – оборвал меня Уорден. – Я просто хочу кое-что проверить.

Спустя несколько секунд, показавшихся вечностью, он снова заговорил:

– Неподалеку отсюда есть ветлечебница. Там мы найдем все необходимое, чтобы тебя залатать. Идти можешь?

Я кивнула, потому что выбора как такого нет. Рану надо зашить. У меня сильная кровопотеря, и даже ускоренная регенерация с ней не справлялась.

Опираясь на здоровую ногу, я попробовала встать. Перед глазами замелькали черные точки. Я закрыла глаза, будто это могло спасти от головокружения, тянувшего к земле. Зря. Ноги задрожали и подогнулись.

– Проклятье! – выругался Уорден и снова вперил взгляд куда-то в пустоту. Будь он охотником на духов, я бы забеспокоилась.

– Может, все-таки в штаб?… – снова предложил он.

– Нет.

Не допущу, чтобы родители и Грант пронюхали об охоте. Стиснув зубы, превозмогая боль, я напряглась всем телом и рывком встала. Меня тут же повело.

Уорден обхватил меня за талию, не давая рухнуть.

Мир, кружившийся перед глазами, наконец-то немного замедлился. А в следующий миг земля снова ушла из-под ног, и я повисла на руках Уордена.

– Да что ты делаешь? – слабо возмутилась я.

– Держу тебя.

– Не… Не нужно.

– Нужно. Ты истекаешь кровью. Придется потерпеть, пока не дойдем до лечебницы, – усмехнулся Уорден и тронулся с места.

Ненавижу быть такой уязвимой. И еще больше ненавижу, что Уорден прав: как я смогу бежать, если с трудом стою на ногах?

Мы доковыляли до выхода из переулка, когда в свете уличного фонаря я заметила блеснувший клинок.

– Оружие…

– Я написал Уэйну. Он все уладит.

Я хотела повернуть голову к Уордену, но она была слишком тяжелой:

– Ты рассказал ему?…

– Нет, не переживай. Как и в случае с бассейном, он считает, что я один несу ответственность за это свинство.

– Спасибо, – пролепетала я, опустив голову на плечо Уордена. Безумно хотелось закрыть глаза и потеряться в его тепле. Я очень устала и очень замерзла. Веки налились свинцом, а вот разум был таким легким, будто в любой миг мог воспарить.

– Эй, не спи, – Уорден явно нервничал.

Я разлепила глаза. Даже не заметила, когда их закрыла. Судя по всему, какое-то время назад.

Уорден быстро тащил меня по городу. Мы на широкой улице, вокруг люди, которые не видели нас благодаря магии амулета.

– Расскажи что-нибудь, – попросила я. Не только потому, что хотела оставаться в сознании. Разговор отвлек бы от боли, пульсирующей в ране.

Уорден посторонился, пропуская парочку, прошедшую в миллиметре от нас.

– Что ты хочешь услышать?

– Без разницы, – пробубнила я ему в грудь.

Я почувствовала, как он глубоко вздохнул, и прижалась еще ближе. Его грудь мерно вздымалась в такт дыханию. Наконец Уорден прошептал:

– В бассейне ты спросила, помню ли я нашу совместную охоту. Так?

Я с трудом что-то промычала.

– Тогда я солгал. Помню эту охоту так отчетливо, будто она была вчера. Звездная ночь, я ужасно нервничал, но все прошло хорошо, потому что ты охотилась вместе со мной.

Мне хотелось улыбнуться, но сил не хватало.

– Нетрудно догадаться, что ты нервничал, – неразборчиво пробубнила я.

– Правда?

– Да. Я видела тебя насквозь.

Я ненадолго потеряла сознание, поэтому не знаю, ответил Уорден что-нибудь или нет. В себя я пришла уже в лечебнице. Она оказалась закрыта, и Уорден опустил меня на землю, чтобы взломать замок. Ужасно не хватало тепла его тела.

Освещая себе путь фонариком на телефоне, Уорден втащил меня внутрь. В приемном покое, где, по счастью, можно затемнить окна, он щелкнул выключателем. Лампочки на потолке зажглись ярким синеватым светом. Я невольно сощурилась.

Уорден помог мне устроиться на столе для осмотра. На нем нет мягкой подкладки, как в человеческих больницах. Сидя на ледяном металле, я снова начала дрожать. От холода, шока или потери крови – уже не разберешь.

Уорден скрылся в соседней комнате. Я слышала, как он обыскивает полки и ящики. Вернулся Уорден с дезинфицирующим средством, бинтами, медицинской иглой и нитями, а также шприцом и маленькой бутылочкой.

– Штаны разрезать, или ты их снимешь?

– Сниму.

Уж лучше так, чем ощущать ножницы близко к ране.

Со стоном соскользнув со стола, я расстегнула пуговицы. Стащить штаны не получилось: из-за крови они прилипли к коже и каждое движение отдавалось болью во всем теле.

– Поможешь? – процедила я сквозь зубы.

Помешкав, Уорден подошел ко мне. Он такой теплый… Снова захотелось опустить голову ему на плечо. Уорден стянул с меня штаны, но не одним слитным движением, как я ожидала, а медленно, заботясь о том, чтобы не задеть рану.

Его прикосновения, осторожные, нежные, так контрастировали с ужасной болью… Оперевшись на Уордена одной рукой, я кое-как избавилась от джинсов.

Смотреть на рану я не рискнула. Не потому, что боюсь крови, просто нога представляла не самое вдохновляющее зрелище. Судя по всему, рана очень глубокая.

Уорден усадил меня обратно на столик. Вымыв руки, он пододвинул стул и потянулся за бутылочкой, которую принес из соседней комнаты.