Бут Таркингтон – Суета и смятение (страница 33)
Вторая запись смолкла, и в широких дверях появился Джордж, всем видом показывая, что пришел с поручением, однако не произнося ни слова. Вместо этого слуга снисходительно улыбнулся Эдит, и она незамедлительно покинула комнату. Джордж, как дипломат с успешно выполненной миссией, уступил ей дорогу и пошел следом в коридор. Он позаботился о том, чтобы все поняли, что он исполняет секретное поручение Эдит, и был счастлив и горд, что ему удалось соблюсти всю договоренность до мелочей.
Сибил напряженно застыла в кресле; ее губы приоткрылись, а глаза с любопытством вперились в удаляющуюся спину белого фрака.
— Что происходит? — тихо, но резко спросила она.
— А вот еще миленькая песня, — произнесла миссис Шеридан, весьма неуклюже притворяясь, что не слышала вопроса. Она включила музыку.
Сибил прикусила губу и принялась постукивать брошью по подбородку. Затем повернулась к Биббзу, с закрытыми глазами растянувшемуся в золотом кресле.
— Куда пошла Эдит? — не скрывая интереса, сказала она.
— Эдит? — переспросил он, распахивая глаза. — Она ушла?
Сибил поднялась и встала в дверном проеме. Прислонившись к косяку, она всё еще постукивала брошью по подбородку. Ее глаза были широко раскрыты; она сильно нервничала, пребывая в чрезвычайном возбуждении, и напряженно вслушивалась.
Фонограф стих, и ей удалось различить, как в библиотеке громыхает Шеридан, а Роскоу, охрипший от раздражения, отвечает: «Ничего не скажу. Ничего вы от меня не добьетесь — и не пытайтесь!»
Были и иные звуки: шорох, бормотание, шепот, приглушенные протесты мужским голосом. Когда миссис Шеридан завела очередную запись, глаза Сибил вдруг вспыхнул решимостью. Она вышла в коридор и направилась прямо в курительную комнату.
Лэмхорн и Эдит вскочили, размыкая объятия. Эдит мгновенно побледнела от гнева, и ее затрясло с головы до ног, Лэмхорн принялся неуверенно оправдываться.
Но бледность и гнев Эдит были несравнимы с белизной и яростью Сибил. Завидев, что парочка обнимается, она позабыла о последствиях. Она присела в реверансе, зашуршав юбками и скривив губы в насмешливой улыбке.
— Вы оба… сидите-сидите! — сказала она и обратилась к Эдит: — Это ты сообщила моему мужу, что я звонила Лэмхорну?
— Пошла прочь! — злобно выкрикнула Эдит. — Пошла отсюда прочь!
Сибил показала пальцем на Лэмхорна.
— Это ты сказал ей, что я звонила тебе и просила прийти?
— О господи! — выдохнул Лэмхорн. — Замолчи!
— Ты знал, что она доложит моему мужу, ВЕДЬ ТАК? — вскричала она. — Ты всё знал!
— ЗАМОЛЧИ! — взмолился он, охваченный паникой.
— Как это ПО-МУЖСКИ! Ох, как по-джентльменски! И ко мне не пришел… на пять минуточек не заглянул выслушать, что я хотела сказать! Тебе всё ОПОСТЫЛЕЛО! Ты же это тысячу раз слышал — и не пожелал прийти! Нет! Нет! НЕТ! — бушевала она. — Не захотел заглянуть на пять минуточек, а этой драной кошке доложил! А ОНА донесла моему благоверному! Вот какой из тебя МУЖЧИНА!
Эдит мигом сообразила, что после такого скандала Сибил несдобровать, и разгневанная девушка поддалась искушению высказать всё, что накопилось.
— Пошла вон из этого дома! — надсадно крикнула она. — Это дом моего отца. И не смей так разговаривать с Робертом!
— Ну уж нет! Я не должна ГОВОРИТЬ…
— Не СМЕЙ!
Встав лицом к лицу, Эдит и Сибил начали яростно осыпать друг друга визгливыми оскорблениями. Они завопили, и заверещали, и заорали — и захрипели. Им удалось перекричать духовой оркестр, запись которого как раз проигрывал фонограф. Их было слышно по всему дому. Их слышали на кухне, их слышали в подвале. Но им было всё равно.
— Ты донесла моему мужу! — горланила Сибил, всё ближе придвигаясь к Эдит. — Рассказала моему мужу! А этот вот сам вложил КНУТ в твои руки, чтобы ты могла посильней меня ударить! Это всё ОН!
— Надо будет, еще раз всё расскажу! Всё-всё, что знаю! ПОРА бы твоему муженьку…
Забинтованная рука разогнала их в стороны.
— Вы хотите, чтобы и соседи это услышали? — прогромыхал Шеридан.
Стало поразительно тихо. Взбешенная Сибил обнаружила, что на пороге застыли ее муж и свекровь, и сразу поняла, что натворила. Она медленно направилась к двери — и вдруг перешла на бег. Выскочила в коридор, промчалась по нему и вылетела из дома. Роскоу, вперив глаза в пол, тяжело пошагал вслед.
— НУ-КА! — сказал Шеридан Лэмхорну.
Смысл сказанного был смутен, однако тон не оставлял сомнений. Как и раздраженный взмах повязки по направлению к двери: он оказался настолько выразителен, что Джордж, Джексон и несколько служанок, собравшихся было за спиной миссис Шеридан, мгновенно испарились. Совершенно беззвучно.
— Папочка, папочка! — взвыла миссис Шеридан. — Посмотри на руку! Ну что ж ты так с Эди, ты ж руку об ее плечо разбил. Только погляди!
Действительно, по бинтам на кончиках пальцев расплывалось красное пятно, и Шеридан вдел руку обратно в перевязь.
— Ну-ка! — повторил он. — Так вы наконец уберетесь из моего дома?
— Он НЕ уйдет! — всхлипнула Эдит. — НЕ СМЕЙТЕ его выгонять!
— Не переживай, детка, — спокойно сказал Лэмхорн. — Он не понимает. ТЕБЕ нельзя волноваться.
Он смертельно побледнел, отчего стал необычайно красив, и когда покидал комнату, обезумевшей девушке показалось, что это уходит подвергнутый гонениям аристократ, равнодушный к нападкам беснующейся черни — роль черни исполнял ее отец.
— И чтоб ноги твоей здесь не было! — весьма правдоподобно для предполагаемой роли продолжил Шеридан. — Прочь из моих владений! — разъяренно выкрикнул он в коридор. — Эта семья не для тебя!
— Это неправда! — Эдит вырывалась из объятий матери. — Вы ПОЖАЛЕЕТЕ! Вы поймете! Вот увидите, чем всё обернется! Что ОН вам сделал? Это же мое дело, не суйте в него свой нос! Чем ОН не угодил, хотелось бы мне знать? Вам ничего об этом неизвестно. Неужели вы думаете, что он МНЕ ничего не рассказал? Она вешалась на него с самой первой встречи, а он лишь немного пофлиртовал. Вот и всё, а потом познакомился со МНОЙ! После этого он на нее и не взглянул, не стал бы глядеть — она для него ничего не значила. Это ОНА хотела отношений, она поклялась, что не отпустит его. Он давно ей рассказал о чувствах ко мне, а она всё не отставала и…
— Да, — строго сказал Шеридан, — ведь это ЕГО часть истории! Хватит! Больше он в наш дом не войдет!
— Вот увидите! — не унималась Эдит.
— Да, увижу! Я нынче сказал, что больше его к нам не пущу, но я знаю о нем кое-что еще. Я тайно поручил Аберкромби разузнать всё об этом человеке, он никто! Пустое место! Никчемная душа! НИКТО! Да будь он самим Джорджем Вашингтоном, после всего этого и того, что я выяснил, ноги его здесь не будет!
— Но, папочка, — начала миссис Шеридан, — если Эдит говорит, что во всем виновата Сибил, что это она бегала за ним, хотя он ее не поощрял…
— Довольно! — взревел он. — Он сюда не придет! А если я хоть от кого из вас еще раз услышу его имя…
Эдит завизжала, закрыв уши ладонями, чтобы заглушить собственный вопль, и побежала наверх, громко хлюпая носом. Мать последовала за ней. Однако через несколько минут вернулась и прошла в библиотеку к мужу. Биббз, сидя в золотом кресле, увидел ее, заставил себя очнуться от грез и тоже отправился туда.
— Она заперлась, — сообщила миссис Шеридан, печально качая головой. — Не хочет разговаривать даже со мной. Из ее комнаты ни звука.
— Ну, — ответил муж, — это ее дело. Но больше она с этим парнем не заговорит, и если он завтра позвонит по телефону… да!.. Скажешь слугам, что если он завтра позвонит, пусть сразу вешают трубку — таков мой приказ. Хотя не надо, я всё скажу им сам.
— Лучше не так, — тихо предложил Биббз.
Отец метнул в него свирепый взгляд.
— Так не пойдет, — продолжил сын. — Мама, когда вы влюбились в отца…
— О боже! — воскликнула она. — Только не сравнивай отца с этим…
— Эдит чувствует к нему то же самое, что вы чувствовали к отцу, — сказал Биббз. — И если бы ВАШ отец приказал вам…
— И слушать не хочу подобный ВЗДОР! — сердито возгласила она.
— Ты что-то хочешь посоветовать, Биббз? — спросил Шеридан. — Выкладывай.
— Пусть они видятся, сколько им будет угодно.
— Ах ты, маленький… — Шеридан задохнулся. — Даже не знаю, как тебя назвать!
— Пусть видит его, сколько хочет, — задумчиво повторил Биббз. — Вы столкнулись с тем, что сильнее вас. Если бы Эдит не была сильной натурой, у вас бы получилось, но она сильная. В ней много вашей решимости, отец, к тому же она влюблена, и вам с ней не справиться. Вам не удастся запретить им встречаться — пока в ее сердце живут эти чувства. Вам не запретить ей думать о нем. Это никому не под силу. Единственная возможность — это дать ей перегореть: если вы какое-то время не будете давить на нее, вероятно, так и получится. Самый быстрый способ охлаждения это брак, но именно его вы и не желаете, а раз уж ЭТОГО вы не хотите, вам лучше…
— С меня хватит! — взорвался Шеридан. — Если уж БИББЗ принялся советовать мне, как командовать в доме, пора мне в отставку. Мамочка, где там черный Джордж? Может, ОН знает, что мне лучше делать со своей семьей. Биббз, ради бога, уйди, ложись спать! «Пусть видит его, сколько хочет!» Господи! Вот уж посоветовал, так посоветовал…
— Биббз, — сказала миссис Шеридан, — если тебе нечего делать, можешь пойти и отнести шубку Сибил к ней домой: она оставила ее в холле. Вряд ли тебе сейчас удастся успокоить своего бедного отца.