Букер Вашингтон – Восставая из рабства. История свободы, рассказанная бывшим рабом (страница 10)
Через два или три дня после этого он пришел ко мне и сказал: «Черити, как ты смотришь на то, чтобы тебя продали мистеру Кинмору?» Я сказала ему, что предпочту быть проданной ему, чем кому-либо другому, потому что мой муж принадлежал когда-то этому человеку. Мистер Кинмор согласился купить нас, и мы с детьми отправилась к нему жить.
Вскоре ее новый хозяин умер, а его жена не была так же добра к ней, как он. Тогда Черити принялась усердно трудиться, чтобы выкупить свободу своих детей.
У меня было шестнадцать детей, а еще двенадцать я выкормила для хозяйки. С рождения своего первенца я мечтала скопить денег и купить свободу для них. Для них это было важнее, чем для меня. Я была уже слишком стара и слишком привыкла быть рабыней.
Чтобы скопить денег и выкупить детей, она открыла закусочную прямо у себя дома. Если появлялись желающие отведать устриц и крекеров, она кормила их. Таким образом она собрала двести долларов, но ей все равно не удавалось вызволить даже одного из детей. В те времена было непросто освободить раба, даже если у тебя были средства. Черити рассказывала, что хозяйка «продавала детей на сторону, одного за другим, одного за другим». По словам женщины, она обязана своей независимостью «худому человеку в шляпе».
Иногда, он говорил: «Тетя Черити, приготовьте мне что-нибудь вкусненькое, а то мне сегодня нездоровится». Я всегда с удовольствием стряпала для него, а если у него не было мелочи, кормила его просто так.
Именно этот темнокожий торговец, согласно ее рассказу, в конце концов купил ее вместе с пятью детьми и подарил им свободу.
После этого я решила, что перееду в свободные штаты. Здесь я занимаюсь стиркой, моя дочь ловко орудует иглой, и мы очень неплохо живем.
В рабстве было много всего помимо тягот и жестокости – много нежного, человечного и душевного. Героические усилия, которые многие рабы прилагали, чтобы выкупить свободу себе и своим детям, заслуживают уважения наравне с преданностью, которую они часто проявляли на службе у хозяев. Так или иначе, учитывая качества, которые темнокожий человек развил в себе за времена рабства, нет поводов беспокоиться о его будущем.
Глава IV
Восстания рабов и черная угроза
По данным профессора Альберта Бушнелла Харта, до Американской революции в Соединенных Штатах произошло около двадцати пяти восстаний рабов. При этом не учитываются ни вспышки, происходившие до этого в Луизиане, ни те, что имели место в других испанских, французских и английских колониях в Вест-Индии[56].
Например, после английского вторжения на Ямайку в 1655 году рабы, сражавшиеся вместе со своими испанскими хозяевами против англичан, ушли в горы и в течение почти ста лет жили небольшими повстанческими коммунами. В 1738 году эти коммуны получили официальный статус. Общины просуществовали до 1796 года. Поселенцы построили себе новые дома и проложили дороги, которые в итоге открыли англичанам путь для нападения. Известно, что их потомки до сих пор живут на этой земле, в горных перевалах Ямайки.
Восстание рабов, которое в конце концов привело к созданию в 1804 году Черной Республики Гаити, было частью революционного движения, начавшегося во Франции в 1789 году. Многое было сказано и написано о жестокостях, творившихся в те времена на острове. Но я думаю, если сравнить происходившее на Гаити и в Санто-Доминго с событиями, имевшими место в тот период во Франции, то найдется не слишком много различий. Деятельность лидера восстания, Туссена-Лувертюра[57], достойна восхищения.
В 1831 году произошло самое значимое восстание, имевшее огромные последствия. Это надолго запомнившееся южанам выступление рабов возглавил Нат Тернер[58]. Но еще до этого памятного события два темнокожих раба, Габриэль и Джек Боулер, в 1800 году предприняли попытку мятежа в Вирджинии. Бунтовщики собрали около тысячи цветных округа Хенрико и двинулись на город Ричмонд. Оползни, вызванные недавней бурей, заставили их остановиться. Участники мятежа рассредоточились в надежде продолжить путь на следующую ночь, но их выследили, и жителям Ричмонда удалось отразить атаку. За Габриэля и Джека Боулера была назначена награда. Их поймали и казнили.
Двадцать два года спустя в Чарльстоне, штат Южная Каролина, свободный темнокожий Дэни Беси организовал новое восстание. Беси прославился как знаток Библии, оказывая заметное влияние на общину. Особенно ярко это проявлялось на религиозных собраниях, которые он проводил в форме народного обсуждения. Заговор также раскрыли, а сам бунтовщик и тридцать четыре члена его отряда были преданы смерти.
Во времена моего детства в Вирджинии мне доводилось слушать истории, которые, сидя в хижинах, старики рассказывали о «пророке» Нате Тернере и об ужасах восстания 1831 года. Тернер проповедовал рабам в округе Саутгемптон, штат Вирджиния. Его мать, которая была очень религиозной женщиной, внушала сыну, что он, подобно Моисею, должен стать освободителем своей расы. Она прилагала огромные усилия, чтобы передать ему знания, которыми обладала сама, и заставляла его учить главы из Библии, особенно части из Ветхого Завета. Тернер впитал причудливую культуру плантаторских гимнов, что укрепляло веру в выпавшую на его долю миссию – даровать свободу своему народу.
Тернер вырос молчаливым, мечтательным человеком. Известно, что он задумал собрать большое количество рабов и укрыться с ними на болоте Дисмал, расположенном на юго-востоке штата Вирджиния. 21 августа 1831 года, веря, что исполняет волю Божью, Нат Тернер вместе с шестью товарищами отправился в путь. Вскоре к ним присоединились другие повстанцы. В результате их отряд насчитывал шестьдесят человек. План состоял в том, чтобы истребить столько белых, сколько возможно. За короткое время на разных плантациях было убито шестьдесят человек. Собралось местное ополчение. Вскоре подтянулись войска Соединенных Штатов. Повстанцы, численность которых на тот момент составляла более сотни человек, отчаянно сопротивлялись. Однако вскоре их взяли под стражу. Сорок три раба были преданы суду. В итоге двадцать один человек был оправдан, двенадцать – проданы за пределы штата, а двадцать, включая Ната Тернера и одну женщину, – осуждены и повешены.
В 1859 году в Харперс-Ферри произошел бунт Джона Брауна[59]. В нем участвовало всего пять человек, из которых трое были рожденными на воле рабами, а двое – беглыми. Во время боя Дэнджерфилд Ньюби и Льюис Лири были убиты, Джон Коупленд и Шилдс Грин – схвачены, преданы суду и казнены. Осборн Андерсон оказался единственным, кому удалось бежать.
Ньюби был высоким, хорошо сложенным мужчиной в возрасте около тридцати лет. Двадцатичетырехлетний Лири родился в Северной Каролине. Он проживал в колонии цветных южан в Оберлине, штат Огайо, и получил хорошее образование. Коупленду, который являлся родственником Лири, на тот момент исполнилось двадцать два, и он был родом из Оберлина. Его тюремные письма, адресованные близким, доказывают, что это был умный и смелый молодой человек. Незадолго до казни в одном из своих посланий он обратился к брату с такими словами:
Мой тюремщик, капитан Джон Авис, – честный джентльмен с храбрым сердцем. Мы столкнулись с ним в Харперс-Ферри, и он сражался, как это подобает смелому человеку. С тех пор как мы оказались в его власти, он ограждал нас от оскорблений и поношений, которыми нас осыпали. Он поступил как отважный и благородный человек. Один из его помощников, мистер Джон Шитс, был очень добр к нам и делал все возможное, чтобы защитить нас от безумствующей толпы. Любимый мой брат Генри, если судьба когда-нибудь сведет вас и эти люди будут нуждаться в помощи, сделай это ради меня.
Утром в день казни Коупленд написал длинное письмо своей семье в Оберлин. Привожу один интересный фрагмент:
Скажу лишь, что я сожалею не об участи быть казненным – я не страшусь смерти. Мне жаль, что существует такой несправедливый институт, который вправе отнять жизнь у меня или у любого другого. Институт, для которого человеческая жизнь значит столько же, сколько ноль для бесконечности.
Шилдс Грин был беглым рабом из Южной Каролины, двадцати четырех лет от роду, не знавшим грамоты, но, по слухам, обладавшим выдающимися способностями и мужеством. По всему было видно, что, будь у него возможность получить образование, он стал бы выдающимся человеком. Грин приехал в Чамберсбург, штат Пенсильвания, чтобы присоединиться к Брауну и Фредерику Дугласу[60].
По рассказам Дугласа, когда он уже намеревался покинуть каменоломню Чамберсбурга, где у него состоялась беседа с Джоном Брауном, Грин спросил последнего: «Он остается?» Последовал утвердительный ответ. Грин взглянул на Брауна, затем на Дугласа и произнес: «Что ж, думаю, я тоже с вами».
В Харперс-Ферри разгорелся бой, но постепенно стало очевидно, что сопротивление бесполезно, и повстанцы попытались бежать. По дороге к арсеналу Грин попал под обстрел. Один из бойцов сказал, что ему лучше последовать за ними. Грин повернулся и посмотрел в сторону оружейного склада, перед дверью которого стояли его немногочисленные защитники, и спросил: «Думаешь, у нас нет шансов?» «Ни одного», – прозвучало в ответ.
Оказавшись в тюрьме, Грин постоянно отсылал Брауну письма со словами поддержки. Утром, в день казни Джона Брауна, Грин написал товарищу, что был счастлив оказаться рядом с ним и готов встретить собственную смерть.