Budda Larin – Атараксия (страница 5)

Реагируя на шум, который я издавал, девушки стали приходить в себя, и подвал наполнился нестройным хором стенающих голосов. Спустя мгновение кто-то положил мне руку на плечо, приговаривая:

– Так-так, кто это тут у нас?

От такого внезапного появления, я подскочил и со всей силы, причем абсолютно случайно, толкнул человека, приблизившегося ко мне. Это не было намеренным действием, это было состояние аффекта. Я просто подскочил и толкнул, это произошло неосознанно. И только потом я обернулся. Я увидел фокусника, который летел, а потом кровь брызнула и залила меня с ног до головы. От моего толчка иллюзионист немного отлетел назад, пробежался немного, спотыкаясь, и в конце концов запнулся и упал спиной на огромный металлический рычаг, который проткнул его насквозь, благодаря силе, с которой он на него налетел. Глаза его стали стеклянными, а кровь вытекала тонкой струйкой из уголков рта. Я не хотел этого, но я его убил. Так получилось. Рычаг вместе с фокусником, насаженным на него, опустился, и клетки, как по мановении руки, открылись. Такая вот магия…

Его ассистентка стояла рядом, с равнодушным видом глядя на тело фокусника. Потом она громко цокнула языком.

– Да-а, а я такие надежды на тебя питал, Мишаня…

– А я сразу тебя узнал, Мефистофель! Святого человека ты не обманешь человечьим обличьем. Знаешь ты слабости людские, – никто и не смотрел в глаза твои, все только телом восхищались, да оторваться не могли! Изыди, говорю я тебе! – и монах сделал устрашающий пасс рукой в сторону ассистентки.

Та закрылась рукой, согнулась, сделала гримасу, являющую боль всего мира. А через мгновение вытянулась в полный рост, приобрела какие-то неземные черты и захохотала раскатистым жутким голосом:

– Дурак ты, святоша! Начитался книжек красивых, а на деле все не так просто!

Ассистентка стала чем-то огромным, состоящим из горы мышц, она имела закрученные рога, зубастый оскал, пару копыт, длинный хвост, чешую вместо кожи, которая имела темно-красный оттенок, лапы ее были когтисты. Да и была это уже не она, а он. Монах округлил глаза, он явно не ожидал такого поворота событий и был до последнего момента абсолютно уверен в своих силах.

А Мефистофель смотрел на монаха пронизывающим взглядом, сдабривая его насмешливой ухмылкой. Одно мгновение и сам дьявол превратился в легкое красноватое облачко и полетел в сторону монаха. Гироваг принял какую-то воинственную позу и, выпятив грудь, встретил саму Тьму.

Монаха будто что-то толкнуло, он подался назад, но устоял на ногах. Облако, казалось, растворилось. Старик согнулся, уперев руки в колени и тяжело дышал. Спустя минуту он расправил плечи, глубоко вдохнул и открыл глаза.

– Все! Я победил его! Я заберу его с собой! – проговорил монах осипшим голосом.

– Вам больше ничего не угрожает. Свою миссию я выполнил и уведу его отсюда подальше, а потом истреблю! – спешно проговорил он, закидывая на плечи котомку и хватая свой посох.

– Спасибо Вам, святой отец! – проговорил я ему уже вдогонку.

Он обернулся лишь на мгновение, и я увидел яркий блеск красных глаз.

***

Я не буду утомлять читателя рассказами о том, как мы освобождали девушек, какие находили улики, как мы собирали всю информацию от свидетелей. На все это ушел далеко не один день, чтобы сложить все по крупицам и узреть общую картину. Поэтому я опущу добрую сотню страниц и перейду сразу к делу, к фактам. Вам придется принять на веру все, что я вам расскажу, каким бы невероятным это вам не показалось.

Сухие факты:

Фокусник был никем иным, как отцом Михаилом. Тем самым, о котором в детстве мне рассказывала Маша. Как вы помните, в его поведении приключились какие-то жуткие изменения. Оказалось, что это сам дьявол предлагал ему сделку. В то время, пока священник раздумывал над его предложением, его терзали жуткие бесы, поэтому он так странно себя и вел. Когда же он заключил дьявольский договор, Мефистофель вернул ему способность быть человеком.

Ассистенткой фокусника оказался никто иной, как сам Мефистофель. Он заключил с отцом Михаилом сделку и приобрел телесную форму, которою мог менять, как ему заблагорассудится.

Когда шелковое полотно взмывало вверх, фокусник нажимал кнопку, и девушка со сцены проваливалась в потайной лючок, прямиков в подвал, в уже подготовленную для нее клетку. А в конце зала появлялся уже Мефистофель в обличии их новой жертвы. Конечно, они не знали всех тонкостей жизни и манеры общения каждой жертвы, поэтому задачей Мефистофеля было показаться всем на глаза, будто с девушкой все в порядке, но и не задерживаться надолго в поселке, чтобы их зловещий план не раскрыли.

Отец Михаил собирал в свою страшную коллекцию только девушек. Молодых, красивых, полных жизни. Потому что считал их основой основ греха.

Он считал, что заряжается от них определенной энергией. Энергией страха и неизвестности, которая, по его мнению, делала его выступления по-настоящему волшебными. Он вытягивал из них жизненные силы и свято был уверен, что питается ими. Во всяком случае, так ему казалось.

Отец Михаил, одержимый дьяволом, приходил к ним каждую ночь. Он шептал им мерзкие обещания, предлагал им власть и богатство в обмен на их души. Он издевался над их верой, над их надеждами, над их телами. Он наслаждался их страданиями, питаясь их страхом.

Он был ослеплен своим триумфом и думал, что владеет ситуацией, но он жил в мире иллюзий, созданном самим дьяволом. Он шел путем, который указывала ему когтистая десница. Он думал, что девушки, попавшие в его плен, для него, лишь марионетки. Но марионеткой оказался он сам.

Конечно же, как вы уже, наверное, догадались, странствующий монах не мог победить дьявола мановением руки. И тут Мефистофель сработал блестяще артистично. Он влетел в грудь монаха, но нам показалось, что святой отец его поймал по своей воле. Конечно же, говорил с нами уже не монах. Устами гировага с нами говорил дьявол. Именно поэтому он и поспешил поскорее удалиться.

Где-то и сейчас, наверное, по соседним селам бродит дьявол в обличии монаха, с красными горящими глазами. Но это уже совсем другая история.

Декабрь 2025 г.

Случайный талант

Я веду скучнейшее существование. Скучнейшее ли? Многие могут мне позавидовать. У меня есть все, что нужно для жизни среднестатистическому человеку. Любящая жена, отличный сын, хорошая работа с приличным доходом, большая квартира, машина, загородный дом с бассейном. Я не знаю, чего еще можно было бы желать. Любые наши цели мы сразу же реализуем, покупая необходимые нам вещи.

Вроде, как и грех жаловаться, все отлично, все прекрасно. Но жизнь моя вертится только в двух измерениях: работа и дом. Да, конечно, так живет большая часть людей и всех все устраивает. Но иногда мне хочется чего-то другого, чего-то такого, что нельзя было бы купить за деньги. Мне хочется какого-то таланта, дара, какого-то творческого хобби, к которому я был бы расположен. Но, за что бы я ни взялся, у меня все идет из рук вон плохо. Я не имею никаких талантов, не могу найти себе занятие, которое позволяло бы мне немного разгрузиться и отвлечься от своего извечного дня сурка. Конечно я не думаю об этом постоянно, но в моменты критического накопления усталости меня накрывает со страшной силой и тогда меня разбирает жутчайшая тоска. Я понимаю, как все это глупо, ведь у меня есть все необходимые человеку ценности, как материальные, так и духовные. Но иногда наступают моменты, когда я ощущаю, что во мне остро чего-то не хватает, только я не могу понять чего именно. Не могу осознать и ухватить эту самую штуку, которая закроет брешь внутри. Ну и да Бог ты с ним со всем. Просто иногда от всего этого становится грустно. Но жаловаться мне не на что, я, действительно, счастливый человек! По крайней мере должен быть таковым…

***

Я привык всегда ездить на машине, но стоял погожий летний день, и я решил немного прогуляться после тяжелого рабочего дня. Я шел по городу, глядя себе под ноги. Солнце грело меня, а я щурился ему в ответ. Я был погружен в свои невеселые мысли. Но на воздухе было ощутимо легче, голова прояснялась. Через какое-то время я оторвал взгляд от асфальта и понял, что забрел в какой-то совершенно незнакомый мне район. Как я уже сказал выше, – я всегда передвигался на автомобиле и пешие прогулки для меня были скорее исключением. Город я знал отлично, как автомобилист, – все основные узлы и развязки. А вот дворы и мелкие улочки окраин для меня были сродни другим странам. Я озирался, вообще не понимая где я нахожусь, будто турист. Но не мог же я стоять здесь вечно. Я двинулся наугад. И пошел какой-то малоприметной улочкой. В конце концов улица же должна была меня куда-то привести! Какое-то время я шел, понимая, что застройка становится менее плотной, а дома все больше походят на частные. Я явно удалялся от города. Я дал себе зарок начать изучать город, как только выберусь из этой передряги.

Через несколько метров я увидел перекресток. Конечно, это не городской перекресток, который видно и слышно издалека. Это были какие-то две проселочные дороги, которые пересекались между собой. На образованном углу росло огромное дерево. Странное и величественное. Какое? Что я вам, дендролог что ли? Стоит себе и стоит, какое мне дело.