Брюс Стерлинг – Схизматрица Плюс (страница 79)

– В придачу мы снабдим вас стабилизированной плазменной решеткой для хранения.

Такая неожиданная и баснословная щедрость должна была ее ошеломить. Создание плазменных решеток оставалось далеко за пределами человеческих технологий, и получить такую было чудо, происходящим раз в десять лет. И это же – последнее, что ей хотелось.

– Неинтересно, – ответила она.

Инвестор приподнял пелеринку:

– Неинтересна базовая валюта галактической торговли?

– Нет, если тратить ее я могу только у вас.

– Торговля с молодыми расами – неблагодарное дело, – заметил Инвестор. – Полагаю, тогда вам нужна информация. Вы, молодые расы, всегда хотите торговать технологиями. У нас есть некоторые техники шей-перов – для продажи в их фракции. Это вам интересно?

– Промышленный шпионаж? – сказала Паучья Роза. – Спросили бы меня восемьдесят лет назад. Нет, я слишком хорошо знаю вас, Инвесторов. Вы только продадите им самим техники механистов, чтобы поддержать баланс сил.

– Мы любим конкурентный рынок, – признался инопланетянин. – Это помогает избегать болезненных ситуаций с монополией, как сейчас, в сделке с вами.

– Мне не нужна никакая сила. Статус ничего для меня не значит. Покажите что-нибудь новенькое.

– Не нужен статус? А что подумают ваши сородичи?

– Я живу одна.

Инвестор спрятал глаза под мигательными перепонками.

– Подавили свои стадные инстинкты? Зловещий поворот. Что ж, тогда новый подход. Согласны ли вы рассмотреть оружие? Если согласитесь на некоторые условия касательно его применения, мы можем снабдить вас уникальным и мощным арсеналом.

– Я уже сама разобралась с этим вопросом.

– Вам могли бы принести пользу наши политические навыки. Мы можем значительно повлиять на основные группы шейперов и защитить вас с помощью договора. Это займет десять-двадцать лет, но вполне осуществимо.

– Это они боятся меня, – сказала Паучья Роза, – а не наоборот.

– Тогда новое жилье, – Инвестор был терпелив. – Вы можете жить в сплошном золоте.

– Мне нравится то, что у меня есть.

– У нас есть некоторые артефакты, что могут вас заинтересовать, – сказал Инвестор. – Приготовьтесь к получению данных.

Паучья Роза восемь часов изучала список товаров. Спешка была ни к чему. Она стала уже слишком стара для нетерпения, а Инвесторы жили для того, чтобы торговаться.

Ей предлагали разноцветные плесневые культуры, производившие кислород и инопланетные духи. Конструкции из метафольги, сделанной из сжатых атомов, для защиты от радиации и нападений. Редкие техники, превращавшие нервные ткани в кристалл. Гладкий черный жезл, благодаря которой железо становилось таким податливым, что его можно было лепить руками. Маленькую люксовую подводную лодку из прозрачного металлического стекла для исследования аммиачных и метановых морей. Самовоспроизводящиеся сферы из узорного кремния, в которых по мере роста разворачивалась игра с симуляцией рождения, роста и упадка инопланетной культуры. Судно для суши, воды и воздуха – такое маленькое, что его нужно было надевать как костюм.

– Меня не интересуют планеты, – сказала Паучья Роза. – Не люблю гравитационные колодцы.

– В определенных условиях мы могли бы предложить генератор гравитации, – ответил Инвестор. – Он будет защищен от несанкционированного доступа, как жезл и вооружение, и сдаваться внаем, а не продаваться. Мы обязаны избежать утечки подобной технологии.

Она пожала плечами:

– Нас сокрушили наши собственные технологии. Мы не можем ассимилировать и то, что уже имеем. Не вижу причин отягощать себя чем-то новым.

– Это все, что мы можем предложить не из запретного списка, – сказал пришелец. – Конкретно на этом корабле находится множество предметов, подходящих только для рас, проживающих при очень низкой температуре и очень высоком давлении. И у нас есть то, что наверняка доставило бы вам удовольствие, но оно вас убьет. А то и весь ваш вид. К примеру, литература на [непереводимо].

– Если мне понадобится инопланетная точка зрения, я могу почитать литературу с Земли.

– [Непереводимо] – не настоящая литература, – добродушно заметил Инвестор. – На самом деле это нечто вроде вируса.

На ее плечо влетел таракан.

– Питомцы! – воскликнул инопланетянин. – Питомцы! Они вам нравятся?

– Это мое утешение, – сказала Роза, разрешив таракану сжевать заусенец с ее большого пальца.

– Надо было подумать об этом сразу. Дайте мне двенадцать часов.

Она легла спать. Проснувшись, изучила инопланетное судно через телескопы, пока ждала ответа. Корабли Инвесторов покрывали фантастические рисунки из кованого металла – головы животных, металлические мозаики, глубокими рельефами со сценками и надписями, – а также грузовые отсеки и оборудование. Но эксперты обращали внимание на то, что базовая форма под украшениями всегда одинакова: простой восьмиугольник с шестью длинными прямоугольными бортами. Инвесторы немало постарались замаскировать этот факт; и нынешняя теория предполагала, что корабли были куплены, найдены или украдены у более развитой расы. Инвесторы со своим легкомысленным отношением к науке и технологии явно не могли построить их сами.

Лейтенант возобновил связь. Его мигательные перепонки выглядели белее обычного. Он держал маленькую крылатую рептилию с длинным шипастым гребнем цвета пелеринки Инвестора.

– Это любимец нашего командира по имени «Малыш с чутьем на прибыль». Мы все его обожаем! Расставание с ним стоит большого горя. Мы должны были выбрать между тем, чтобы потерять лицо в этой деловой сделке или потерять его, – лейтенант поиграл с рептилией. Та ловила толстые пальцы иноплане своими чешуйчатыми лапками.

– Он… милый, – сказала Паучья Роза, отыскав полузабытое слово из детства и произнеся его с гримасой неприязни. – Но я не собираюсь менять свою находку на какого-то плотоядного родственника ящерицы.

– Но подумайте и о нас! – посетовал Инвестор. – Обречь нашего Малыша на инопланетное логово, кишащее бактериями и гигантскими паразитами… Однако ничего не поделать. Вот наше предложение. Примите нашего любимца на семьсот наших дней плюс минус пять. Мы вернемся на обратном пути из вашей системы. Тогда вы выберете, оставить себе его или свою находку. Тем временем обещайте не продавать драгоценность и не извещать никого о ее существовании.

– Хотите сказать, что оставите мне своего питомца в качестве некоего задатка.

Инвестор закрыл глаза мигательными перепонками и прикрыл пупырчатые веки. Это был признак острого стресса.

– Он заложник вашей жестокой нерешительности, Лидия Мартинес. Откровенно говоря, мы сомневаемся, что можем найти в этой системе хоть что-то, способное удовлетворить вас лучше нашего любимца. Если только вам не сгодится какой-нибудь новейший способ самоубийства.

Паучья Роза удивилась. Она никогда не видела, чтобы Инвестор проявлял столько эмоций. Пришельцы отличались отстраненным мировоззрением, по случаю демонстрируя поведенческие паттерны, напоминавшие чувство юмора.

Она наслаждалась собой. Роза уже прошла ту точку, когда ее могли соблазнить обычные товары Инвесторов. В сущности, она обменивала драгоценный камень на умонастроение – не эмоцию, ведь их она раздавила, но на более слабое и чистое ощущение: интерес. Ей хотелось чем-то заинтересоваться, найти, чем себя занять, кроме мертвых камней и космоса. И предложение пришельцев определенно интриговало.

– Ладно. Я согласна. Семьсот дней плюс-минус пять. И я храню молчание, – она улыбнулась. Паучья Роза не разговаривала с людьми уже пять лет и не собиралась начинать.

– Позаботьтесь о нашем Малыше с Чутьем на Прибыль, – сказал Инвестор – это была и просьба, и предупреждение одновременно, причем он подчеркнул оба нюанса так, чтобы компьютер ничего не упустил. – Нам он нужен, даже если вам, из-за какого-то необратимого осквернения души, нет. Он ценный и редкий. Мы отправим вам инструкции по уходу и питанию. Приготовьтесь к получению информации.

Они выстрелили грузовой капсулой с существом в тугую полиуглеродную паутину ее логова. Та была сделана из восьми спиц с каплеобразными капсулами на концах, их вращение создавало центробежную силу, которая натягивала всю конструкцию. При столкновении с грузом паутина грациозно выгнулась, и восемь массивных металлических капель подтянулись в невесомости к центру по изящными дуговым траекториям. На паутине поблескивал слабый солнечный свет, пока она расширялась из-за отдачи, а вращение слегка замедлилось из-за того, что энергия шла на гашение инерции. Дешевая и эффективная стыковочная техника, поскольку скоростью вращения управлять намного легче, чем сложным маневрированием.

По полиуглеродным волокнам заспешили промышленные боты с ногами-крюками и подхватили капсулу с питомцем зажимами и магнитными щупальцами. Ведущим роботом Паучья Роза управляла лично, все ощущая захватами и наблюдая за обстановкой камерами. Роботы перенесли грузовое судно в воздушный шлюз, извлекли содержимое и присоединили маленькую бортовую ракету, чтобы отправить обратно на корабль Инвесторов. После того как та выполнила задание и пришельцы отбыли, роботы собрались обратно у капсул-гаражей и отключились в ожидании, пока паутина не задрожит в следующий раз.

Паучья Роза отсоединилась и открыла шлюз. Питомец влетел в комнату. В сравнении с лейтенантом Инвесторов он выглядел крохой, но сами Инвесторы были огромны. Зверек оказался ей по колено и на вид весил килограммов десять. От незнакомого воздуха он дышал с мелодичным присвистом, пока облетал помещение, то ныряя вниз, то время от времени бросаясь из стороны в сторону.