Бруно Обри – Миллиардеры Ривьеры. Жизнь и нравы самых богатых и знаменитых на курортах Лазурного Берега Франции (страница 2)

Но главное – информация о возникновении новой «золотой тысячи». Количество жителей Земли, у которых на текущих счетах больше миллиарда долларов, снова превысило тысячу: зарегистрировано 1011 миллиардеров, то есть за один год их прибавилось 218 (+27,5 %).

Все вместе они имеют 3600 миллиардов долларов, то есть прирост за год составил 50 %. Кризис забыт: сто пятьдесят четыре миллиардера, которые были вычеркнуты из списка, снова на коне; среди них особенно много русских (семьдесят семь вместо прежних сорока девяти, по данным русского журнала «Финансы»), появились также девяносто семь новых магнатов, среди которых шестьдесят два из Азии. Сумма состояний десяти богатейших людей России подскочила на 84 %. «В России количество миллиардеров увеличивается быстрей, чем где-либо еще», – такой заголовок был в номере Courrier international от 12 марта 2010 года. Так есть ли кризис? «От него осталось лишь неприятное воспоминание!» – утверждает lefigaro.fr, который внимательно следит за ситуацией и чувствует даже слабые ее изменения. «Мировая экономика приходит в себя. Финансовые рынки ожили, в особенности развивающиеся рынки», – радовался Стив Форбс, называя приведенные выше цифры во время пресс-конференции. «С возрождением экономики пополняются ряды русских миллиардеров», – утверждает в заголовке агентство Reuters. Седьмое место в списке богатейших занимает француз Бернар Арно (27,5 миллиарда долларов), который обошел немца Карла Альбрехта и отнял у него титул самого богатого европейца. И Le Parisien[9] пишет о «возвращении сил к миллиардерам» в разгар кризиса. «Разрыв между богатыми и бедными увеличивается. С одной стороны, снова превышена символическая цифра – миллиардеров в мире стало больше тысячи. С другой стороны, безработица продолжает свое разрушительное дело», – комментирует эта газета.

Сосновые леса, море, горы, казино и особняки, яхты и икра, покер и джокер помогают миллиардерам Ривьеры забыть об их бедах. Ситуация в экономике только заставляет их быть еще более сдержанными и осторожными. Даже самые болтливые замолкают, даже самые большие экстраверты замыкаются в себе как устрицы в раковине. Но они ждут лучших дней, и они все там же! На этой территории, где находятся примерно 31 176 скромных французских налогоплательщиков, облагаемых налогом солидарности на состояние[10], от Монако до Сен-Тропе и до гор Альпилл и Люберона (Альпиллы и Люберон – горные цепи на юге Франции. – Пер.) деньги элиты не пахнут. Точнее, у этих денег есть не запах, а лишь легкий аромат беззаботности, мечты, каприза или наглости, скандальной эксцентричности – того дерзкого хвастовства, которого со временем становится все меньше в этих жизнях из массивного золота. А иногда это аромат любви к риску или великодушия.

Глава 1

Сон в летнюю ночь: необыкновенный день

Лето 2009 года на Мысе. Борис неохотно покидает смятые за ночь простыни из шелка диких шелкопрядов. Со своей «самой большой в мире» кровати площадью 8 квадратных метров, из красного дерева, способной поворачиваться на 360 градусов и при желании владельца наклоняться, он окидывает взглядом Средиземное море, а потом медленно идет в ванную комнату. Она отделана каррарским мрамором такой чистейшей белизны, что смотреть на него утомительно. Борис подставляет лицо под струю прохладной воды, которая течет из крана, покрытого листовым золотом высокой пробы, потом спускается вниз и усаживается на террасе, продолжением которой служит наполненный до краев бассейн.

Он бросает быстрый взгляд на часы «Ролекс» из золота и платины, которые вырвал за 20 000 евро на благотворительном аукционе в поддержку борьбы против плохого обращения с детьми. До того как к нему приедет Владимир поговорить о делах, остался еще час. Ожидая гостя, Борис делает несколько звонков. Полученные новости его не успокаивают. Его советники словно сошли с ума и не отрывают глаз от зеленых экранов главных биржевых площадок. Его активы то падают, то поднимаются, как волчок «йо-йо» на веревочке. Индексы играют на его нервах. Ему нужно быть начеку.

Его ум не может сосредоточиться, мысли скользят с одного предмета на другой, и у него болит спина. «Этот жалкий тип снова помнет мои растения ветром от винта своего „Алуэтта“ („Алуэтт“ – марка вертолета. – Пер.)…» – думает он.

Ах, цветники! Поддерживать в них порядок – его единственная настоящая радость. Борис улыбается. «Как красивы вон те розы», – думает он. И вспоминает, как пять лет назад летал за ними в Южную Африку. Эту страстную любовь к ботанике он разделяет с шестью садовниками, которые все дни проводят в работе – выпрашивают где-нибудь редкие растения и поддерживают цветовую гамму на клумбах, которые так дороги их хозяину.

Но вернемся к Владимиру. Три года назад он на два дня испортил Борису удовольствие от купания, когда пожелал, чтобы в бассейн бросили живых омаров и потом каждый из гостей – а там были африканский министр и несколько нефтяных принцев – сам ловил себе омара и жарил его на углях, которые разжег повар-пакистанец Мохамар.

Восходящее солнце блестит на хромированных деталях «феррари-тестароссы» его младшего сына. Машина въезжает в ворота с дистанционным управлением, за которыми наблюдают глаза трех верных и бдительных сторожей – вращающихся камер. Таких камер вокруг владения Бориса расставлено около пятидесяти, а площадь этого владения примерно 14 гектаров, и оно тянется до Средиземного моря. Эти устройства связаны с залом управления, и там двадцать четыре часа в сутки люди Бориса – бывшие специалисты секретных служб – изучают поступающие с камер изображения. «Безопасность – действительно последнее, о чем надо волноваться!» Сын Михаил уезжает…

– Не беспокойте меня!

Дворецкий, маленький филиппинец, бормочет извинения. «Ваши кубинские сигары, месье. Вы вчера вечером сказать мне принести их вам, как только самолет привозить ваши кубинские сигары». Вслед за дворецким появляется секретарь. Стараясь быть незаметным, он кладет газеты и удаляется, пока не разразилась буря. Борис просматривает их, и ему кажется, что он видит в них, как в зеркале, свое лицо, но не узнает себя. Биржи рушатся, курсы валют обваливаются, индексы падают. «На яхту и виллу миллиардера наложен арест», – читает он заголовок на первой полосе одной из газет. Даже Nice-Matin, которая обычно старается видеть во всем хорошую сторону, особенно летом, сегодня пугает его: «Миллиардер устраивал оргии с участием проституток, одна ночь которых стоила 150 000 евро. Двенадцать человек арестованы». А ведь он и сам чуть было не поддался искушению… Вот так дела! Но Борис предпочитает надежные ценности. А порядок его предпочтений таков – вино «Шато Петрюс» (красное вино, одно из лучших. – Пер.) со льдом: Борис все напитки пьет со льдом, как водку, затем рулетка и покупка вилл. Он коллекционирует виллы, как другие собирают марки. Кстати, ему надо бы поинтересоваться замком Абрамовича на Антибском мысу. Ходят слухи, что владелец хочет его продать, чтобы купить нового нападающего. Абрамович предложил мюнхенской «Баварии» 65 миллионов евро за Франка Рибери (знаменитый французский футболист-полузащитник. – Пер.). Кстати, купив клуб «Челси» в 2003 году, он создал моду. Каждый покупает себе английский клуб первой лиги. Вот и «Портсмут» только что приобретен миллиардером из Дубая. И еще в газетах пишут про этого китайца из Гонконга, Карсона Янга (который предложил 57,13 миллиона фунтов (66 миллионов евро) за «Бирмингем», когда уже имел 29,9 % акций этого клуба. Поглощения, порожденные тем, что американская семья Глейзер получила контроль над «Манчестер Юнайтед», а контроль над «Манчестер Сити» перешел к фонду развития и инвестиций шейха Мансура бин Зайеда аль-Нахьяна из Абу-Даби[11]. А вот Михаил Прохоров (чье состояние оценивается в 17,85 миллиарда долларов), который до недавнего времени был самым богатым человеком в России, но в последнем списке Forbs уступил первое место тихому Владимиру Лисину (у того 18,8 миллиарда долларов), интересуется баскетболом. Если верить последним новостям, он рассматривает возможность приобрести клуб «Нью-Джерси Нетс».

Однако английские клубы имеют большие долги. За последнее время в премьер-лиге доходы от рекламы на майках футболистов уменьшились на 15 %. У трех лучших клубов этой лиги долг в три раза превышает собственный бюджет: «Манчестер Юнайтед» должен 780 миллионов евро, «Ливерпуль» 507 миллионов, а «Челси» Абрамовича 935 миллионов. Однако российский миллиардер объявил, что преобразовал долг клуба в собственный капитал и таким образом ликвидировал задолженность.

«Слишком дорого и, в сущности, не рентабельно», – вздыхает Борис. И как только люди могут любить футбол? У него самого другие маленькие слабости – красивые дома, старинные камни и живопись. Но и для них сейчас не время: на рынке недвижимости дела тоже обстоят плохо. Он купил картину Пикассо – соперничал с Максимом, который приобрел работу Матисса. Кстати, где она висит – в Нью-Йорке или в Межеве? (Межев – альпийский горнолыжный курорт, один из старейших. – Пер.). Арлекин, который на ней нарисован, не кажется ему ни красивым, ни безобразным. Смешная картина, но это работа Пикассо, надежная ценность.