Бронислава Вонсович – Туманы Унарры (страница 11)

– Простите, инор, у моей жены уже есть муж. Другой ей без надобности.

Федерико чуть выставил свободную руку перед собой, пока еще с развернутой ладонью. Но если этот типчик и дальше будет наглеть, ладонь соберется в кулак, а кулак с удовольствием пройдется по этой холеной морде. Ишь, моду взял, приставать к чужим женам! Свою пусть заведет, а потом… Тут Федерико понял, что мысли пошли куда-то не туда. И все же девушка, вычистившая ковер почти до первозданного состояния и приготовившая ему замечательный ужин (а в том, что ужин был делом ее рук, а вовсе не Гвидо, Федерико теперь не сомневался), может рассчитывать на защиту Сыска от жуликов. Хотя бы в его лице и от жулика конкретного.

– Рико, как ты можешь так говорить, – всхлипнула Паола, и не только всхлипнула, по ее щекам покатились самые натуральные слезы. – Неужели то, что между нами было, для тебя ничего не значит? И ты все это просто так отбросишь?

– Отбросила же ты, когда залезла к этому инору в постель?

В том, что это было так, Федерико не сомневался. Слишком хорошо он знал магичку. Вон как у нее быстро высохли слезы, когда поняла, что этим не проймешь.

– Рико, – нежно проворковала Паола и даже положила руку на капитанское плечо, – если я пообещаю, что больше ни с кем и никогда… Что я выйду за тебя и всегда буду рядом…

– Нечего приставать к моему мужу, – заявила Антонелла и отодрала руку магички от плеча Федерико, свою же руку, напротив, туда положила, подчеркнув тем самым: все, место занято. Рука у нее была приятно теплая и очень нежная. – Наглая какая! И чего пришли, спрашивается, да еще так рано, когда все нормальные люди спят?

– Действительно, – поддержал ее Федерико, – давайте уже закончим этот никому не нужный разговор.

Не прекращая приобнимать жену, он просто закрыл дверь перед носом жуликоватой парочки. Или даже четверки, если считать филларов, которые замерли изваяниями по бокам от хозяйки. Антонелла попыталась сразу вырваться, но капитан приложил палец к губам и сделал вид, что прислушивается, а потом глазами указал на артефакт. Девушка замерла, боясь помешать.

Федерико активировал слухач и направил очень тонкий экранированный щуп к парочке за дверью. Там была тишина, но, насколько он знал Паолу, для ее спутника эта тишина не предвещала ничего хорошего. Предчувствия его не обманули. Раздался звук пощечины, резкий, оглушительный. У Федерико аж голова дернулась, хотя удар пришелся и не по нему.

– Идиот, – прошипела Паола, – какой же ты идиот! Говоришь, никуда не денется? Так вот же, делась!

– Паолина, солнце мое, ты несправедлива, – заныл Кристиано. – Кто же знал, что она найдет твоего… жениха и они побегут в Храм? Мне сейчас так же плохо, как и тебе, если не хуже. Я-то теряю больше. Это же она…

Паола застонала громко и выразительно.

– Она? Жизнь тебя так ничему и не научила, да? Нельзя совмещать все в одном! Идиот, зачем я с тобой связалась? Ей находиться в этом городе нельзя, понял?

– Но почему?

Судя по постукиванию каблуков и затихающим голосам, парочка спускалась по лестнице, и Федерико все время приходилось подстраивать артефакт, чтобы их не потерять, но и себя не выдать: слишком сильное воздействие могла заметить даже Паола, хотя она на такое обычно не обращала внимания, считала, что, в случае чего, филлары предупредят. Но зверьки такой слабый магический поток игнорировали, в чем капитан уже не раз убеждался.

– Потому что я так сказала! – отрезала Паола. – Девица должна немедленно отсюда убраться, а не то велика вероятность, что ты сядешь. И надолго сядешь.

– Не пугай, не на того напала. С чего это я сяду? А если сяду, то и ты тоже, – неожиданно огрызнулся Кристиано. – Я вообще не думал, что это противозаконно.

– Я тоже, но теперь точно знаю, что если все выплывет, мы влипли. Не думаю, что тебя утешит, если сядем вместе.

– Врешь ведь, – недоверчиво сказал Кристиано. – С чего вдруг посадят? Максимум – оштрафуют.

– Если бы. Скорее всего, никто ничего не заподозрит, если уж до сих пор не обнаружили. Но все это намного серьезнее, чем ты думаешь. Объяснять не буду, уж прости. Но девки твоей чтобы здесь не было. Делай что хочешь, но увози.

– Легко сказать. Этот твой… он меня раздавит и не заметит. Да он еще из Сыска. Так хоть опоить можно было бы или магией какой…

– Магией?

– Слабой и ненадолго, – деловито пояснил Кристиано, – чтобы остаточные следы не были видны уже через пару часов. Зелье-то нельзя.

– Естественно, нельзя. Слабой, говоришь? Чары убеждения?

Кристиано неприятно хохотнул.

– Что ты, дорогая, ты бы заметила и не простила. Я же не идиот.

– Идиот. Но я не про себя.

– Но не совсем, правда? Поэтому на такие гадкие инсинуации буду отвечать твердым «нет». Неужели ты думаешь, что в меня нельзя влюбиться просто так? Признаю, казалось удобным получить все и сразу. Девочка-то талантливая и красивая. А ее поцелуи… – жулик мечтательно причмокнул, а Федерико передернулся от внезапного отвращения. – Ее поцелуи были такими сладкими и многообещающими.

– Вот и не получил ничего в результате.

– Уверен, получу. Она в меня влюблена, такое за день не проходит.

– Федерико очень убедителен в постели.

– Думаешь, у них до этого уже дошло? – неуверенно спросил Кристиано.

– Наверняка. Вон она как к нему жмется, – Паола употребила весьма крепкое словечко, которых она обычно избегала при разговоре с Федерико. – Да и он держал ее этак собственнически.

– И на меня она не хотела смотреть, словно стыдилась чего, – задумчиво протянул Кристиано. – Может, ты и права. Но нет, Паолина, не все потеряно. Наедине бы только с ней поговорить. Зря мы вот так, нахрапом попытались. Их нужно отлавливать поодиночке.

– И делать это срочно. Каждый день промедления опасен. Опасен для нас обоих, Крис.

Голоса все удалялись и удалялись, становились все более слабыми, пока не сошли на нет. Преследовать эту пару было бессмысленно: уж такое филлары точно заметят и доложат хозяйке. Да и пришлось бы оставить Антонеллу одну. Федерико перевел взгляд на жену. Она жадно смотрела ему в лицо, ловя малейшие эмоции. В самом деле, у нее же не было возможности слышать эту занимательную беседу. Весьма занимательную…

– А скажи-ка ты мне, дорогая, – сразу решил прояснить важный вопрос Федерико, – что ты такого делала для Кристиано? Запрещенного, разумеется. И не просто запрещенного, а подсудного.

– Я?

Девушка явно удивилась, но Федерико ей ни на миг не поверил: слишком занимательный разговор он только что услышал.

– Ты. Он определенно про это говорил. И Паола знает.

– Да не делала я ничего такого, за кого вы меня принимаете? – Антонелла возмущенно уперлась обеими руками в капитанскую грудь. – Отпустите, теперь не перед кем изображать счастливую семейную пару.

Федерико неохотно убрал руку. Пожалуй, он не отказался бы и дальше обнимать эту строптивую красотку. А жена была хороша, особенно сейчас, когда глаза горели возмущением, а из прически выбился непослушный завиток…

– Скорее всего, вы что-то неправильно поняли, – убежденно сказала Антонелла.

– Предлагаю перейти на «ты». После ночевки в одной постели обращаться к друг другу на «вы» странно, не находишь?

– Не нахожу, – отрезала она. – Ночевка была ошибкой, а поутру мы собирались разводиться. И если до сих пор не развелись, то лишь потому, что вы сбежали с самого утра и до поздней ночи так и не появились. А сейчас еще пытаетесь обвинить в чем-то незаконном.

– Паола вполне определенно сказала, что тебе в Унарре нельзя находиться, поскольку это опасно для них обоих.

– Вы точно их неправильно поняли.

– Возможно, ты считаешь, что то, что ты сделала, не является незаконным, – Федерико проявлял свойственные ему терпение и настойчивость. – Но ты точно для него что-то делала, что-то, на чем остался отпечаток твоей магии. Иначе чего бы Паоле так волноваться, что ее могут посадить?

Глава 8

Глупо, но когда Федерико ее обнял, Антонелла почувствовала поддержку. Пусть даже иллюзорную: капитан зачем-то показывал непрошеным гостям то, чего не было и быть не могло. Поэтому она с удовольствием подыграла, когда понадобилось дать отпор наглючей магичке. Немного удивило, что рука на Федериковом плече лежала так естественно, словно делала это не впервые. Но дальше было уже не до удивлений. Муж захлопнул дверь перед носом Кристиано и Паолы, а сам активировал один из своих артефактов. Судя по всему – подслушивающий, потому что лицо Федерико стало внимательно-напряженным, а его рука на талии Антонеллы закаменела. Такие артефакты настраиваются лишь на владельца, поэтому девушке оставалось только догадываться, что же тот слышал. Да и догадки приходилось строить на пустом месте – слишком уж непроницаемым было лицо мужа, поэтому его вопрос о ее криминальных склонностях оказался полной неожиданностью. В чем в чем, а в этом ее никто обвинить не мог.

– Единственное, что я делала для Кристиано, – отчеканила она, – целительские артефакты для его тяжелобольной тети. И при этом я ничего не нарушала, поскольку имею полное право делать такие артефакты уровнем не выше четвертого, на что имею сертификат. А уровень как раз четвертый, максимальный для меня. Доход нулевой, поэтому и налоги с него я не платила. Больше ничего, связанного с магией, для своего бывшего жениха я не делала. Как видите, инор капитан, сложно обвинить меня в пренебрежении законами.