Бронислава Вонсович – Туманы Унарры (страница 10)

– Вообще-то, мы с вашим хозяином разводиться собираемся, – напомнила Антонелла.

– Так приготовьте ему такой ужин, чтобы он об этом забыл.

– Он, может, и забудет, – мрачно ответила девушка, – а вот я – нет.

– Ой, инора, будете вы мне сказки рассказывать. Для чего тогда вы собрались готовить ужин, если не хотите произвести на мужа впечатление? А если ужин не собирались делать, то что вы искали в кухонных шкафах?

Нелла поняла, что проще будет приготовить ужин, чем объяснить, что же она забыла на кухне. Да, одни проблемы с этими мужьями! Она всего день замужем, а уже чувствует себя словно рабыня: убрать, постирать, теперь еще и ужин приготовить. Может, сказать этому Гвидо, как все на самом деле обстоит с их браком и что всего-то, что ей сейчас нужно, – имя мужа? В конце концов, какое ей дело, что о ней подумает этот инор, которого она никогда больше не увидит? Ну, решит, что она дура, так на момент брака так и было. А дурак не тот, кто не делает ошибок, а тот, кого они ничему не учат…

– Ладно, хозяйствуйте тут без меня, – прервал молчание Гвидо. – У меня тоже дела есть, по ним и пойду. Уверен, инор капитан голодным не останется.

Слуга ушел, а Нелла благополучно закончила обыск кухни. Счетов там не оказалось. Зато оказался очень вкусный сыр. После третьего бутерброда девушка решила, что имя супруга ей вовсе и не нужно, искать его она не будет, а домой он в любом случае придет, рано или поздно. Так что, наверное, имеет смысл приготовить ему ужин: голодные мужчины мало чего понимают, уж это она точно знает. Они и сытые не всегда вменяемые.

Так, в делах, день и пролетел. Муж засветло домой не явился, Гвидо тоже как ушел, так и не возвращался, поэтому даже не у кого было спросить, насколько это в характере хозяина квартиры и каковы шансы того, что он вообще придет в ближайшие дни. Нелла металась по квартире и кляла себя всеми ругательствами, которые только могла припомнить. Это не особо помогало ни в деле успокоения, ни в деле призыва мужа. Этак он на пару недель пропадет! Нужно было на него поставить метку, но кто знал, кто знал…

Спать она ложилась в самых мрачных предчувствиях, так что даже испытала подобие радости, когда муж все-таки появился. Он долго гремел чем-то на кухне, потом вломился в спальню и начал раздеваться. Почти ни на что не надеясь, Антонелла намекнула, что хотела бы остаться здесь, и одна. И о чудо! Богиня услышала ее молитвы или просто решила, что разочарований девушке на сегодня достаточно. И муж ушел спать в гостиную. Пожалуй, он не столь безнадежен.

Как ни странно, спала Антонелла спокойно, хотя была уверена, что будет вздрагивать от каждого шороха. Но нет, выспалась она прекрасно и даже успела одеться к тому времени, когда во входную дверь настойчиво затарабанили.

Первой мыслью, которая пришла ей в голову, было: «О нет! Сейчас его вызовут на работу, он опять исчезнет, а я здесь застряну!» Она рванула открывать, чтобы сразу заявить, что никто никуда не пойдет, пока они не дойдут до Храма и не разведутся, и сразу столкнулась с мужем. На удивление выглядел он прилично: ни опухшей физиономии, ни заплывших глаз, и даже щетина на подбородке, по которой он провел рукой перед тем, как открыть дверь, уже не казалась столь ужасной. Рубашку он и не подумал накинуть, даже ради приличия. Но Нелле почему-то совсем не захотелось его в этом упрекнуть.

Дверь распахнулась, и муж мрачно спросил:

– А еще раньше прийти нельзя было?

– Федерико, – улыбка Паолы была фальшивой донельзя, Антонеллу аж перекосило, – ты так жесток. Вы оба поступаете с нами жестоко. И с этим нужно срочно что-то делать, пока не стало слишком поздно.

Дверь немного качнулась, и Нелла с удивлением увидела Кристиано. Кристиано с мученическим выражением на лице, казавшимся не менее фальшивым, чем улыбка его спутницы.

– Нелла, дорогая, – выдохнул он. – Я не хотел верить, но это оказалось правдой. Как? Как ты могла так со мной поступить?

Он театрально схватился за голову. Антонелле внезапно стало стыдно. И за него, и за себя. За то, что влюбилась в этого придурка, не заслуживающего даже уважения. Она опустила глаза вниз и внезапно увидела двух филларов. Кому они принадлежали, было сразу понятно: магическая связь у обоих с Паолой была очень яркой и сильной. Ранее Антонелле доводилось видеть нескольких филларов, и все они казались весьма милыми. Эти же, с наглыми и жуликоватыми рожами, совсем как у хозяйки, казались полноценными членами заявившейся поутру компании. На редкость противной компании.

– Нелла, все еще можно изменить, – продолжал заливаться соловьем Кристиано. – Я готов все забыть и простить. Ведь я же тебя так люблю…

Глава 7

Федерико проснулся рано. Наверное, сыграло свою роль непривычное место сна: диванчик капитану оказался коротковат, и капитанские ноги постоянно зависали над краем, подвергаясь атаке холодного воздуха. Нормально спать в этом положении невозможно. Нет, Федерико знал, что недовольные жены так и норовят выставить мужа из спальни, но не в их же ситуации?

Антонелла тоже уже проснулась и тихо шебуршала в его, Федериковой, спальне. Он согнул ноги, чтобы укрыть их одеялом. Нет, положительно он сегодня не выспится. Но кого в этом винить? Сам хорош. Сколько он тогда выпил, что даже не запомнил, как прошел через Храм? Припомнить этого Федерико не мог, как ни старался. Он расслабился и привычно вытянул ноги – снизу повеяло холодом. Хоть на ковер переходи, там поддувать не будет. Только грязный он… Капитан перевел взгляд на пол и от неожиданности даже приподнялся на своем неудобном лежбище. Ковер был почти таким, каким его принесли из магазина. С учетом вытертости, разумеется. В остальном – чистый пушистый ворс, на таком и поспать можно, и главное – выспаться. Федерико обрадованно собрал плед, чтобы уже на полу доспать эти несколько часов, так нужные его измученному организму, но тут в дверь требовательно застучали. Федерико бегло просмотрел ауры. Оказалось, что к нему заявилась Паола, да не одна, а с группой поддержки в виде неизвестного инора и двух филларов. Удачно он вчера активизировал защиту на двери, а то бы с любовницы сталось опять вломиться без предупреждения. Плед и подушка перекочевали за спинку дивана, тоже, на удивление, чистую, Федерико даже немного задержался и провел по нему рукой. Вряд ли этим занимался Гвидо, значит, жена. Наверное, и разрешение просила на использование магии, а слуга все перепутал.

К двери он подошел почти одновременно с женой. На ее лице была написана мрачная решимость. Значит, инор, пришедший с Паолой, Антонелле очень даже знаком. Надо же, как заволновалась любовница, уже наверняка бывшая: жениться Федерико на ней не собирался, а она, напротив, решила поменять статус инориты на инору.

Паола начала сразу с обвинений, к ней присоединился и спутник, этакий лощеный красавчик, одного взгляда на которого было достаточно, чтобы понять – жулик, причем мелкий. Почему-то такие обычно нравятся девушкам, чем беззастенчиво пользуются. Он подчеркнуто обращался только к Антонелле, делая вид, что больше никого нет. Обещал забыть и простить. Именно в таком порядке. Федерико покосился на жену, она смотрела в пол и, похоже, была готова поддаться на уговоры.

– Прошу прощения, инор, – с усмешкой сказал капитан красавчику, – но если вы собираетесь все забывать, то прощать уже излишне.

– Да вы вообще молчите! – взвился тот. – Воспользовались тем, что девушка не совсем адекватно воспринимала действительность, поскольку неправильно меня поняла, и женились на ней! Думаете, это вас красит? Антонелла – моя невеста, свадьба на днях. Уверен, в ситуации, в которую мы попали по вашей вине, самое правильное вам помолчать и развестись как можно скорее, а мы сделаем вид, что ничего не случилось. Я даже согласен признать вашего ребенка, если таковой вдруг появится у моей невесты в результате проведенных с вами ночей. Признать и воспитать как своего.

Он с гордостью от самопожертвования посмотрел на Неллу, но та так и не поднимала глаза от пола. И молчала.

– Я в состоянии сам признать своих детей, – возмутился Федерико неожиданно даже для себя, – а уж воспитывать вам их я точно не доверю. Шли бы вы, инор, туда, откуда приехали, и не мешали нашему семейному счастью. Ищите себе другую жену, мою вы не получите.

Для подтверждения своих слов он приобнял Антонеллу и притянул к себе. На удивление, никакого возмущения с ее стороны не последовало. Наоборот, она наконец-то посмотрела на жениха и немного неуверенно сказала:

– Федерико прав, тебе лучше уехать, Кристиано.

– Нелла, любовь моя, это говоришь не ты, а твоя обида, но я все сделаю, чтобы ее загладить, – Кристиано принял эффектную позу, наверняка подсмотренную в театре. В жизни она выглядела не слишком естественно. – Я не могу тебя оставить здесь, с ним тебе грозит опасность. Нелла, не будь столь наивной, этот тип хочет выслужиться всеми силами, а для этого попытается поймать бесчинствующего здесь маньяка. Ты ему нужна как приманка, и все.

– Ему хотя бы нужна я, – усмехнулась девушка. – А тебе только деньги моего отца.

– Неправда! – возмущение Кристиано было искренним, почти, но Федерико невольно подумал, что в Антонелле того привлекало еще что-то. – Нелла, признаю, что закрепление нашего делового союза с Паолой столь неподобающим образом оказалось ошибкой. Но я же на ней не женился, я женюсь на тебе!