Брендон Сандерсон – Звездная эскадрилья (страница 3)

Ну, это не то чтобы полет вслепую, но неприятно близко к нему.

– Мы собираемся отступать? – спросила Ящерка.

Это было бы более приемлемо. Если бы мы отправились обратно, за орудийные платформы, мы как минимум могли бы спрятаться или пробраться обратно к платформе Прима, под прикрытие пояса обломков.

– Ответ отрицательный, – сказала Нос. – Отключить коммы. Придерживайтесь маневров уклонения. Постарайтесь сделать так, чтобы противник был занят, и ждите дальнейших указаний.

– Указаний? – переспросила я. – Но как ты собираешься давать нам указания с отключенными коммами?

– Пилоты, мы должны смолкнуть, – произнесла Нос. – Приказ самого адмирала Кобба. Держитесь своего напарника. Если отстали от него, найдите другого члена звена и держитесь его. Собираемся с обратной стороны. Конец связи.

Скад!

– Страж, – передала я по выделенному каналу, – ты слышала, что сказала Нос. Нам надо держаться вместе. – Я понятия не имела, что задумало командование, но Кобб никогда не отдал бы такого приказа без веской причины. – Следуй за мной.

Я – старший пилот. Это моя работа – сохранить ведомого живым.

– О… ладно, – ответила Сэди.

Судя по голосу, она была близка к панике, и я не могла ее за это винить. Ужас сковал меня изнутри, когда я коснулась кнопки связи.

И отключила ее.

2

Мир погрузился в тишину, за исключением гула моих приборов. Корабли вокруг меня не издавали ни звука, а битва продолжалась. Я впервые позавидовала Спенсе – ее корабль был оснащен ИИ. Он болтал, как Киммалин, съевшая слишком много десертов, но, по крайней мере, он не был… немым.

Мы с Сэди держались рядом, чтобы не терять друг друга из виду. Передо мной развернулась битва: корабли, летевшие вместе, разбились на пары, в то время как враги в основном сохранили прежнее построение, гоняясь за нашими истребителями группами по трое-четверо. Они превосходили нас численностью, но мы летали лучше и водили их кругами.

Сэди будет ждать, куда я ее поведу. Мне нужно было придумать план, как использовать этот новый приказ к нашей пользе и сообщить это во время полета, поскольку разговаривать мы не могли.

Но, звезды, я не могла выносить эту тишину!

Я потянулась к петле для ремня на моем комбинезоне. Я никогда не использовала свой передатчик во время полетов. Йорген не одобрил бы, если бы я посылала в комм лишний шум. Мой передатчик не передавал дальних сигналов, но он делал кое-что получше.

Он транслировал музыку. Ручные передатчики были редкими и дорогими. Отец подарил мне его, когда я стала пилотом, я пользовалась этим подарком куда чаще, чем отец, когда жила дома. Сегодня мне захотелось чего-то бодрого, что точно не сможет сыграть на моих похоронах группа из трех человек.

Поэтому я включила одну из своих любимых песен, которую отец называл «биг-бендом», хотя во многих других песнях звучало гораздо больше инструментов. Мне показалось, что я поняла: эта группа была большой не из-за количества музыкантов (которых все равно было больше, чем когда-либо играли вместе в пещерах Россыпи), но из-за звуков, которые они издавали, громких и резких, как будто сама музыка пыталась вас раскачать и подбросить.

Я притопывала ногами по полу, прислушиваясь к ритму, летая по окраинам поля боя, наблюдая и ожидая своего хода. Приказано было придерживаться маневров уклонения, но можно было использовать множество уловок, которые могли бы нанести урон врагам, но при этом считались бы уклонением.

Я получила свой шанс, когда три корабля отделились от основной массы сражающихся и помчались к нам. Я выскочила вперед, кивая в такт барабанам, а корабли погнались за мной, оставив Сэди стрелять из своих деструкторов. Она все еще злоупотребляла ими – в бытность свою кадетом она училась не у Кобба, поэтому нам пришлось позаниматься с ней дополнительно, после того как она стала пилотом, чтобы ввести ее в курс дела.

От деструкторов было мало толку, пока креллы закрыты щитами, но у меня не было возможности использовать ИМИ и продолжать утверждать, что я уклоняюсь. ИМИ уничтожил бы вместе с крелльскими и мой щит, а я не осмеливалась сделать это при отключенной связи – у меня не было бы возможности позвать на помощь, если бы я попала в настоящую беду.

Нам полагалось обороняться, но это не означало, что я должна была позволить этим кораблям расстреливать нас. Я покачала головой в такт ударным и обошла какие-то обломки, плавающие над платформами вне досягаемости огневых точек.

Я подхватила один из вражеских дронов энергокопьем и, развернув двигатель в его направлении, потащила его за собой на каменную глыбу. Сэди бросилась вперед, увлекая за собой два других корабля, а я помчалась среди обломков. Затем развернулась и в последний момент отключила энергокопье, нырнув вниз, под обломки, а корабль креллов врезался в глыбу надо мной.

Я просчиталась. Мои гравикомы исчерпали себя, и по мне ударила перегрузка, заставившая кровь прилить к голове. На мгновение у меня все покраснело перед глазами, но я снизила скорость и сумела не потерять сознания, хотя музыка искажалась в моих ушах, а огоньки на пульте управления расплывались.

Я начала приходить в себя; голова у меня все еще кружилась, я обнаружила, что Сэди летит ко мне, уже без двух вражеских кораблей на хвосте. Не знаю, оторвалась ли она от них или уничтожила, пока я отвлеклась, но в любом случае я была рада. Я подняла палец, чтобы вызвать Сэди и сказать ей об этом, но потом вспомнила: молчание. Мы летели в молчании.

И я так и не поняла почему. Мы с Сэди развернулись, когда музыка достигла крещендо, и мы снова взлетели к главному полю боя.

Мои датчики приближения подали звуковой сигнал поверх музыки, предупреждая о кораблях, летящих прямо ко мне на высокой скорости. Я не осмелилась сделать музыку громче, хотя и хотелось, и приняла схему полета, двигаясь в такт звукам горна. Первый вражеский корабль повторил мой маневр, как будто хотел врезаться прямо в меня. Я ушла в пике, Сэди последовала за мной. Затем я метнулась вправо, когда один из наших истребителей прошел прямо у меня перед носом.

«Кошмар-7». Корабль Ящерки. Четыре истребителя Верховенства неслись за ней по пятам, и лишь один из них отвлекся, чтобы обрушить на меня огонь деструкторов.

Скад. Где напарник Ящерки? Она пролетела так близко, чтобы привлечь мое внимание, потому что не могла позвать на помощь по рации. Я развернула ускорители, поворачиваясь в сторону Ящерки. Сэди позади меня дала залп по одинокому кораблю рядом с нами; казалось, будто выстрелы следуют такту малого барабана. Сэди исполнила петлю Альстрома, чтобы развернуться и последовать за мной. Тот корабль мог погнаться за ней, но я решила, что она уж как-нибудь справится с одним противником.

Ящерка с четырьмя преследователями на хвосте попала в гораздо бо́льшую беду, и ей требовалась помощь. Мы были лучше обучены, но у сил Верховенства всегда были более мощные деструкторы и более прочные щиты. Я ускорилась до Маг-4, чтобы догнать противников. Впереди меня Ящерка крутанулась в «двойных ножницах», пытаясь стряхнуть хвосты, но они прилипли к ней. Вся эта группа состояла из пилотируемых кораблей, и они работали вместе лучше, чем крелльские дроны, с которыми мы обычно сражались. Когда Ящерка вышла из «ножниц», один из креллов поразил ее выстрелом из деструктора.

Мы должны были помочь ей. У нее еще был щит, но он слабел. Ящерка знала, что делает, – она летела в сторону артиллерийской платформы, где можно было подманить противников достаточно близко, чтобы платформа открыла огонь. Но мы были слишком далеко от нее. Ящерка не успела бы.

Содрогаясь всем телом в такт музыке, я открыла огонь по ближайшему креллу, заставив его уклониться и оторваться от преследования Ящерки. Сэди нагнала меня, а потом, ускорившись, вырвалась вперед.

Она становилась мишенью, давая мне возможность разобраться с другими кораблями, пока она и Ящерка принимали на себя огонь деструкторов. Это был рискованный шаг: хотя щит Сэди все еще был полностью заряжен, деструкторы креллов могли быстро его уничтожить. Если бы у меня была рация, я бы крикнула ей, чтобы вернулась обратно и перестала вести себя так безрассудно. Йорген никогда бы не одобрил такого маневра.

Но я не могла. Я ничего не могла ей сказать. Вместо этого я последовала за ней, бросившись вперед, чтобы вступить в бой с одним из крелльских истребителей.

Мы уже приближались к артиллерийским платформам, когда один из истребителей креллов клюнул на наживку и погнался за Сэди. Она выполнила идеальный сдвоенный маневр уклонения, уйдя от огня деструктора.

Я бросила энергокопье, но промахнулась, и два других корабля направились к Ящерке, одновременно ударив по ней из деструкторов. Ящерка уклонилась от многих разрывов – но не от всех. В мгновение ока ее щит отключился.

Я потянулась к кнопке связи, затем отдернула руку. Мы были одни. Я врубила форсаж и промчалась перед Ящеркой, пытаясь отвлечь истребители креллов. Если бы они последовали за мной, я могла бы уклониться от них, пока Ящерка сбежит и перезарядит свой щит.

Но уловка не сработала. Креллы сосредоточились на Ящерке, и удар деструктора поразил ее ускорители, заставив корабль развернуться в сторону планеты. Я беспомощно наблюдала, как корабль Ящерки приблизился к орудийным платформам и превратился в огненную вспышку. Звук цимбал, казалось, усилил взрыв.