Брендон Сандерсон – Звездная эскадрилья (страница 11)

– Конечно нет. – Йорген снова скривился. – И если бы я прислушался к тебе, то не сидел бы сейчас с изрезанным лицом. Скажи честно: насколько ужасно это выглядит?

– Медики сказали, что с тобой все будет в порядке.

– Да, но я выгляжу нелепо.

Его лицо было скреплено кусочками пластыря, так что он был по-своему прав.

– Слушай, девушкам ведь нравятся шрамы, разве не так?

Йорген прикрыл глаза.

Ну да. Есть лишь одна девушка, чье мнение его интересует, и ее нет здесь, чтобы оценить картину.

Хотя… теперь, когда я подумала об этом…

– Ну, в смысле, если кто из девушек и способен оценить шрамы, так это Спенса, верно же?

Йорген посмотрел на меня с таким потрясением и ужасом, что я поняла: потревожила его раньше, чем он пришел в себя и не перевел разговор снова на меня.

– Я думал, мы обсуждали твою внезапную одержимость правами животных.

– Я думала, мы обсуждали твое лицо, но если ты хочешь поговорить о правах животных…

Йорген перевел взгляд на что-то позади меня, и я, повернувшись, обнаружила, что в коридоре стоит адъютант Кобба.

– Адмирал Кобб вызывает вас в командный центр, – сказала она Йоргену. – Мне передать ему, что вы нездоровы?

Йорген застонал:

– Нет, скажите ему, что я иду. Он все равно рано или поздно об этом узнает.

– Как ты думаешь, зачем он тебя зовет? – спросила я. – Для доклада еще рано.

– Пойдем со мной – и сама все узнаешь, – сказал Йорген. – Ты можешь помочь мне объяснить, что случилось с моим лицом. Ну, раз уж ты специалист по защите слизней и все такое.

Мне нужно было отыскать Жабра и всех, кто успел освободиться за это время. Но я не собиралась упускать возможность узнать о планах Кобба. Я пошла следом за Йоргеном вниз, в командный центр адмирала – большую комнату с широким столом и голопроектором перед ним.

Кобб сидел за столом, с двумя адъютантами по бокам от него. Напротив Кобба сидела темнокожая женщина с черными волосами, как у Йоргена, только свои она укладывала вокруг головы.

Джешуа Уэйт, мать Йоргена, была одним из самых титулованных пилотов, когда-либо ушедших из ССН. Ее политическое влияние лишь возросло, когда в состав Национальной ассамблеи вошел ее муж. С ней было еще два человека – по их дорогой одежде я предположила, что это либо менее важные политики, либо другие представители, которым поручено говорить от имени Национальной ассамблеи.

Тор вместе еще с одним инженером стоял во главе стола, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Мы думаем, что близки к тому, чтобы заставить работать систему планетарной обороны, – сказал Тор. – Этот шифр с трудом поддается расшифровке, но мы взломали часть кода и пытаемся разобраться в том, что видим. Он намного сложнее всех программ, которые мы используем в пещерах, и мы не знаем, что именно многие из этих программ делают.

Тор, по-видимому, был способен говорить в присутствии Кобба, хотя я видела, что он нервничает. Люди склонны полагать, что любой, прошедший тест на пилота, будет чувствовать себя комфортно при проявлении общественного внимания – или, по крайней мере, привыкнет к нему, – но, думаю, в случае с Тором это было не так. По крайней мере, он не пытался сделать вид, будто представителей Ассамблеи не существует, хоть и выглядел так, будто ему хотелось, чтобы его самого не существовало.

– Вероятно, именно этот код заставляет орудийные платформы стрелять по кораблям в небе, так? – ровным тоном произнесла Джешуа. – Так что, если вы сумеете взломать его, мы сможем использовать эти орудия для собственной пользы. Нам бы очень помогла возможность использовать эти огневые установки так, как мы используем зенитные орудия вокруг Альты.

– Мы на это надеемся, – сказал Тор. – Мы также работаем над возрождением старых систем обороны, которые могут помочь нам защитить планету от будущих атак. Но многое из этого остается для нас загадкой, поэтому мы ничего не можем обещать.

Джешуа услышанное явно не порадовало, но Тор и остальные инженеры делали все, что могли.

– Спасибо за доклад, – сказал Кобб. Потом он посмотрел на нас с Йоргеном, стоящих у двери. – Сынок, что, во имя Полярной звезды, с тобой случилось?

Йорген скривился:

– Случился небольшой инцидент с одним из тейниксов. Очевидно, с ними нужно обращаться с осторожностью.

Джешуа встревожилась.

– Вы мне не говорили, что эти существа опасны, – сказала она Коббу.

– Они – гипердвигатели, – объяснил Кобб. – Я уверен, что они очень опасны.

Это заявление явно не порадовало Джешуа.

– Возможно, эти эксперименты должен проводить кто-то более квалифицированный.

Она посмотрела на Йоргена с неодобрением. Йорген одновременно вытянулся по стойке смирно и словно бы сжался. Ну да, ведь его мать фактически заявила, что он не способен выполнять свою работу. Не то чтобы мне полагалось говорить на этой встрече, но Йорген просил меня помочь объясниться.

– Слизень плохо отреагировал, когда Йорген попытался связаться с ним цитонически, – сказала я. – Но мы разрабатываем некоторые теории, чтобы это не повторилось.

Джешуа, прищурившись, посмотрела на меня:

– Вы кто такая?

– Пилот из звена Йоргена, – сказал Кобб. – Она помогает Йоргену и Тору в экспериментах со слизнями.

– У ФМ есть некоторый опыт работы с тейниксом, – сказал Йорген. – Она помогает нам разобраться, как лучше с ними обращаться.

Джешуа посмотрела на залатанное лицо Йоргена и цокнула языком.

– Она явно не очень хорошо справляется со своей работой.

Я ощетинилась, но промолчала.

– Тут нет ее вины, – вмешался Тор. – Такова природа научного процесса. Мы должны предпринимать какие-то попытки, чтобы получить результат.

Фух! Очевидно, Тор меня не ненавидит, раз готов защищать перед начальством. Ему явно было комфортнее говорить о том, в чем он разбирается, а никто из нас не мог похвалиться, что хорошо разбирается в тейниксах и гипердвигателях. Возможно, если бы я выбрала минутку для разговора о другой его работе, он бы перестал относиться ко мне как к изгою.

– У нас пока нет отчета для вас, – добавил Йорген. – Мы еще работаем над ним.

– Ничего, – сказал Кобб. – Я вызвал вас не за этим. Мне нужно, чтобы вы кое-что услышали.

Кобб кивнул адъютанту, и та нажала несколько кнопок на голопроекторе. Однако вместо голограммы зазвучала аудиозапись.

«Адмирал Кобб, – произнес голос. Неизвестный говорил с акцентом, и голос его звучал странно ровно, словно он был не совсем реален. – Говорит министр Куна. Я сожалею, что наш предыдущий разговор прервался. Меня предали те же существа, которые наслали делвера на вашу планету, и я больше не имею возможности совершать гиперпрыжки. У меня есть информация от вашего агента Спенсы. Она просила меня прибыть на вашу планету и предложить помощь, но меня атаковали наши общие враги, и я не могу теперь добраться до вас, как планировалось. Вместе этого я вынужден просить о помощи вас. Мы с моим народом застряли на заброшенном аванпосте на Солнцекрае, и радикалы, захватившие контроль над правительством Верховенства, охотятся на меня. Боюсь, у нас очень мало времени. Если вы сможете добраться до нас, в ответ я предложу вам любую помощь, какая только будет в моих силах. Мы находимся в…»

Голос начал называть координаты – и запись оборвалась.

– Это все? – спросил Йорген.

Кобб кивнул.

– Даже если бы у нас были полные координаты, я не знаю, как добраться до них без работающего гипердвигателя. Я хочу знать, не почувствовал ли ты чего. Что-нибудь из вибраций, о которых ты говорил.

Лицо Джешуа потемнело, когда Кобб заговорил с Йоргеном о его цитонических способностях, но вмешиваться она не стала.

– Нет, – ответил Йорген. – А должен был?

– Предыдущие сообщения от министра Куны приходили по радио, – сказал Кобб, – но это пришло по старым системам связи платформы. Возможно, они использовали какое-то устройство связи, работающее быстрее скорости света. Мы подумали, что, если они использовали цитонические технологии, возможно, в сообщении есть какой-то компонент, который может ощущать только цитоник.

Йорген покачал головой:

– Мне очень жаль, сэр. Я ничего не почувствовал.

– Как мы получили это сообщение? – спросила я. – У нас есть прибор связи БСС?

Наверное, у меня не было права задавать этот вопрос, но Тор все равно ответил:

– Насколько нам известно, нет. Но в системах платформы есть много такого, чего мы пока не понимаем. Это сообщение поступило по одному из приемных устройств в системе связи.

– Итак, мы получили сообщение, – сказал Кобб, – но мы в точности не знаем, как именно оно поступило. Инженеры пытаются выяснить, есть ли у нас возможность ответить.

Интересно. Если бы мы могли подняться сюда много лет назад и исследовать платформы, выведенные на орбиту планеты, мы, возможно, могли бы вычислить, как лучше защитить себя.

Возможно, это одна из причин, по которым Верховенство так старалось удержать нас в пещерах под поверхностью планеты.