Брендон Сандерсон – Утраченный металл [litres с оптимизированными иллюстрациями] (страница 51)

Вакса пробрал озноб. Он подошел к сестре.

– И решение этой проблемы – уничтожение Эленделя? Половины всего населения Бассейна?

Тельсин продолжала смотреть в небо.

– Тельсин, этот безумный план не сработает, – сказал Вакс. – Южане нападут на нас, как только почувствуют слабину. Отдаленные Города придут в ужас от содеянного тобой и восстанут. Я знаю тамошних мэров. Они злятся на нас, но они не чудовища. Уничтожив Элендель, ты ввергнешь весь мир в хаос. Да, начнется борьба. Но в ходе нее нам придет конец, как и в случае нападения Автономии. Ты не добьешься того, чего хочешь. Автономия водит тебя за нос. Ты об этом не задумывалась? Может, она хочет, чтобы ты уничтожила Бассейн и избавила ее от необходимости марать руки.

Тельсин так на него и не взглянула. Ржавь, Ваксу показалось, что он случайно нашел недостающий фрагмент мозаики. Гармония рассказывал об Автономии так, будто та подстегивала людей к преодолению себя, к самоутверждению. Уничтожение города – жестокий поступок, вполне годящийся для самоутверждения. Поэтому Тельсин к этому и стремилась.

«Но как быть с письмом, согласно которому в этом замешаны многие элендельские сенаторы? – подумал он. – Что-то не сходится. Я строю догадки, не имея полной информации».

– Идем. – Тельсин подошла к пожарной лестнице. – В подворотнях слишком воняет.

Вакс наставил на нее револьвер с туманными патронами. Алюминиевая пуля разрывалась, попадая в цель, – убойный снаряд, способный оторвать руку или ногу. Ранетт изобрела их по просьбе Вакса, когда тот обнаружил Браслеты Скорби и стал искать способ силой удалить штыри из тел гемалургов.

Тельсин начала подниматься, не обратив на него внимания. После первого пролета она оглянулась на Вакса.

– Идем, – повторила она и продолжила подъем.

Ржавь. Вакс поднял Виндикацию к уху, бросил другой рукой пулю и оттолкнулся от нее, пролетев мимо Тельсин на крышу. Сестра вскоре присоединилась к нему, и они встали рядом, созерцая город.

– Вакс, если бы ты остался в Дикоземье, жизнь была бы куда проще, – сказала Тельсин.

– Остался бы, если бы вы с Эдварном не пропали.

– Нам пришлось спрятаться, – ответила она. – Гармония рассказал тебе, что случилось с нашими родителями?

– Несчастный… случай.

– Это агенты Гармонии поработали, пытаясь избавиться от меня. Он так тебе и не признался? – Тельсин обошла его. – Судя по выражению твоего лица, нет.

«Вакс, не позволяй ей вешать лапшу на уши. Выведай, что нужно».

– Тельсин, я знаю, что пусковой механизм вашей бомбы не работает. Собираюсь найти его и окончательно уничтожить. Если кому и надо прятаться в Дикоземье, то тебе. А лучше попросить меня о помощи. Если армия Автономии готова к удару, нужно вместе придумать, как с ней справиться.

Тельсин остановилась на краю, облокотившись на каменные перила.

– Красиво, согласись? Это город будущего. Все симметрично, как на идеальном лице. Красота без изъянов.

– Тельсин. – Вакс подошел к ней.

– Вакс, да брось уже свои констебльские замашки. Посмотри на город! За шесть лет под моим руководством он стал лучше Эленделя. Признай, что от чрезмерного покровительства нам было хуже. Малвийцы обскакали нас в развитии, а на других планетах люди добились такого, что ты и представить не можешь. Мы безнадежно отстаем. Мы уязвимы.

– Тельсин, я не понимаю, как нам поможет разрушение столицы.

– Потому что ты никогда не отличался проницательностью. Когда перед тобой появляется нечто сложное и многогранное, ты не пытаешься это понять, а отворачиваешься.

Вакс не стал подходить чересчур близко.

– Тельсин, зачем ты пришла? – спросил он. – К чему все это на самом деле?

– Семейные узы потянули? – ответила она и улыбнулась, когда Вакс скептически посмотрел на нее. – Я хочу, чтобы ты исчез. Насовсем. Ты мешаешь, даже когда у тебя ничего не получается.

«Да уж, нет ничего хуже, когда родной брат все портит», – подумал Вакс. Тельсин снова отвернулась, но он почувствовал напряжение. Она действительно беспокоилась, что ее планам не суждено сбыться и Автономия пошлет в бой свою армию.

Нельзя, чтобы планам мешала родня. Злобное божество вряд ли оценит это, когда будет решать, оставить тебя в живых или нет.

– Ты же не думаешь, что угрозами сможешь заставить меня уйти, – сказал он.

– Не слишком, – тихо ответила Тельсин. – Но попытка не пытка.

«Да, она крайне обеспокоена». Тельсин хорошо знала его, но и он знал ее не хуже. Может, Гармония был прав, предлагая просто с ней поговорить. Точеный меч рубит лучше, а Вакс всю жизнь точил один конкретный клинок.

– Помнишь Поселок? – спросил он. – Как ты мечтала об отдельной комнате?

– Отец настаивал, что нам так приличествует. Из-за родословной. Делиться – не в нашей крови.

– Поэтому ты подложила кузине краденые деньги. И даже этим не ограничилась – тебе нужно было жить одной, чтобы совершать свои вылазки. Ты во всем искала выгоду.

– Потому что я готова к любым вызовам, – ответила Тельсин. – Готова руководить. Я встала во главе нашего дома, когда погибли родители. Теперь я встану во главе всей планеты. Вакс, это неизбежно. Жаль только, что для этого придется убрать с дороги тебя.

Вакс посмотрел ей в глаза и осознал нечто важное.

Он не видел в этом человеке ничего родного.

Знакомое – да. Но в Тельсин не осталось ни следа того, что он когда-то любил. Все это уступило место тем чертам характера, которые он всегда терпеть не мог.

– Вакс, даю последнюю возможность, – сказала она, не отводя взгляда. – Возвращайся в Дикоземье. Когда Эленделя не станет, тамошним жителям нужен будет защитник и наставник. Ты подходишь как никто. А с Автономией тебе не тягаться. Ты и сам должен понимать.

Вакс открыл рот, чтобы возразить. Сказать, что однажды он уже сбегáл от ответственности. Не хотел иметь дела с политикой, высшим обществом и ожиданиями, которые на него возлагали. Ему хотелось приключений, он мечтал о Дикоземье, но более всего жаждал оказаться там, где каждый человек что-то да значит. Где все казалось проще.

Но он прикусил язык, осознав существенную ошибку сестры. У нее сложилось о нем неверное представление.

Он изменился. Стал другим человеком, поборовшим страхи. Тельсин этого не понимала. Она не знала о Лесси. Не могла оценить, насколько крепка их дружба с Уэйном. Насколько Вакс любит Стерис и почему принял предложение Гармонии вернуться из мертвых и получить второй шанс.

Она совсем его не знала, хотя думала, что знает.

Ржавь. Впервые в жизни у него появилось преимущество. Тельсин, годами погруженная лишь в свои амбиции, дошла до крайности. Она шла по тому же пути, на который встала еще в детстве. А вот Вакс с него сошел. Он повзрослел. Изменился.

– Может, я и не смогу исправить Элендель, – машинально произнес он. – Может, я до конца не понимаю твоих отношений с Автономией. Зато я могу обезвредить бомбу. И обезврежу.

Тельсин вздохнула, по-прежнему видя перед собой прожженного законника. Младшего брата-фантазера.

– Если б ты знал… – прошептала она, отворачиваясь. – Вакс, у тебя не получится. Даже если найдешь бомбу, у Автономии множество запасных вариантов, чтобы добиться желаемого. Мы должны доказать, чего стоим. И я это сделаю.

Запасные варианты. Что она хотела этим сказать? Вряд ли имела в виду армию Автономии. Какие-то внутренние обстоятельства? Конкуренты? Он ткнул наугад.

– Тебя стремится обставить Гейв Энтроун. Хочет занять твое место.

– Энтроун трус, – возразила Тельсин. – Он против меня не пойдет. Вакс, ты и вполовину не настолько умен, как тебе кажется.

Да, наверное, он чего-то не понимал. Но если Энтроун был трусом, возможно, Вакс сейчас допрашивал не того человека. Сломать Тельсин вряд ли получится. Но стало ясно, что о планах Автономии известно не только ей.

«Значит, нужно сломать Энтроуна», – подумал он.

– Ты когда-нибудь стоял на вершине, чувствуя непреодолимый позыв броситься вниз? – спросила вдруг Тельсин.

– Нет. – Вакс нахмурился. – Я могу прыгнуть, если захочу. Не захочу – не прыгну.

– Проклятие стальных толкателей. – Тельсин окинула взглядом город. – Вы не чувствуете желания сделать что-то рискованное, артистичное, впечатляющее.

– Желания покончить с собой от нечего делать? – озадаченно спросил Вакс.

– Возможности испугаться, – прошептала сестра. – Попробовать нечто новое и захватывающее. Я ведь долго противилась установке штырей для толкания и хватания. Не хотела утратить боязнь высоты. Но затем столкнулась с новыми страхами, новыми вызовами, новыми амбициями.

Вакс медленно кивнул. Да, это была Тельсин, которую он знал. Женщина в постоянной, безумной погоне за чем-то новым. Могуществом. Ощущениями. Впечатлениями. Властью над другими.

– Космер огромен, – сказала она. – Немногие знают о нем, а о том, чтобы весь его увидеть, могут мечтать единицы. Но у меня есть такая возможность. Она реальна. Я не позволю тебе ее отнять. Вакс, повторяю в последний раз: я не стану сдерживаться. Цель оправдывает средства.

– А я тебя остановлю. Любыми средствами.

– Как был моралистом, так и остался. – Она смерила его взглядом. – Задираешь нос, прикидываясь, будто видишь дальше всех, а на деле толком не понимаешь проблем, которые пытаешься решить. А я их уже решила. Хочешь послушать про Трелла? Про Автономию? Каково быть ее аватарой?

Отчасти ему хотелось. Но если она готова об этом рассказать… если сама предлагала…