Брендон Сандерсон – Талант под прикрытием (страница 24)

– Согласен, – ответил я. – Но он наверняка знает, где Пески лежат. И очень может быть, что приведет нас к ним. Надо хотя бы попытаться за ним проследить. Это лучшая зацепка, которая у нас есть!

Бастилия неохотно кивнула:

– Только не пытайся схватиться с ним, хорошо?

– Да ни в коем случае, – сказал я. – Что ты беспокоишься, в самом деле!

Ну, если вы поверили этим моим словам, тогда послушайте, что еще я вам скажу. У меня есть на продажу хорошенький такой мостик… через кратер на Луне.

Отдадим все-таки мне должное: на самом деле у меня не было желания непременно сойтись с Темным окулятором лицом к лицу. Более того, я немного надеялся, что Бастилии удастся меня отговорить от задуманного. Обычно ведь, когда я собирался отмочить что-нибудь совсем уж отвязное, рядом оказывались взрослые, которые меня и удерживали. Но тут все было по-другому. По странному капризу судьбы – даже более странному, нежели появление говорящих динозавров и злых Библиотекарей, – я оказался за главного.

Причем меня еще и слушались!

Тут до меня начало доходить, что от моего решения зависели не только лично мои жизнь и здоровье. Если мой выбор окажется неверен, пострадать могут и Бастилия с Сингом. Оно мне надо?

Эта мысль подействовала точно ушат холодной воды. Моя жизнь стремительно менялась, а значит, пора было менять и самооценку. Только не воображайте, будто я начал превращаться в героя. Правда состояла в том, что я вырастал в собственных глазах только для того, чтобы в скором времени больней сделалось падать.

– Мы не покажемся ему на глаза, – сказал я наконец. – Просто запеленгуем его и постараемся подслушать разговоры Библиотекарей: вдруг проскользнет, куда они дели наши Пески? Мы же не драться с ним сюда пришли. Так что при первом же признаке опасности – ну, там, если Синг ногу подвернет – даем деру немедленно. Возражения есть?

Бастилия и Синг молча замотали головой. Я повернулся. Желтоватые следы пока не исчезли. Я довольно-таки осторожно двинулся по ним. Мы прошли еще несколько арок с утопленными в них толстыми деревянными дверьми, но следы вели мимо. В глубину коридора, в самые недра библиотеки.

«Чего ради строить библиотеку с интерьером, напоминающим средневековый замок?» – недоумевал я, косясь на светильник в виде дыни-канталупы. Из него вырывалось довольно приличное пламя, и, несмотря на всю напряженность ситуации, я кое о чем вспомнил.

– Огонь, – бросил я на ходу.

– Ну и что? – спросила Бастилия.

– А слабо объяснить, каким образом подобные источники света прогрессивнее электрических ламп?

– Ты до сих пор страдаешь о таких мелочах?

Я молча пожал плечами, потому что мы как раз добрались до пересечения коридоров и Бастилия выдвинулась вперед на разведку.

– Просто мне они кажутся не слишком практичными, – шепнул я, когда опасности не было обнаружено и мы пошли дальше. – Электрические хотя бы можно включить или выключить одной кнопкой.

– С этими тоже можно так делать, – сказала Бастилия. – Только без кнопки.

– Ну… – согласился я на всякий случай, – допустим…

– А еще, – сказала Бастилия, – с помощью этих ламп можно поджигать вещи. Электрические на такое способны?

– Не все. – Я указал ей новое направление: следы свернули в боковое ответвление коридора. – А вообще это идея. Да, лампы с открытым огнем – это вещь, когда надо что-то поджечь.

Солнечные очки мешали разглядеть все подробности, но у меня создалось полное впечатление, что Бастилия закатила глаза.

– Смедри, – сказала она, – они сжигают только то, что тебе хочется сжечь!

– Это как? – спросил я в недоумении. – Как это работает?

– У нас полно времени, да? – сказала Бастилия.

– Вообще-то, нет, – ответил я. – Взгляни-ка, что это там?

И я указал вперед – туда, где коридор заканчивался большой комнатой. На самом деле Бастилии здорово повезло: обстоятельства помешали растолковать мне, как работают силиматические светильники. Теперь-то я понимаю, что вряд ли она сумела бы внятно объяснить. Правда, тыкать Бастилию носом в ее собственное невежество охоты у меня нет. Эта ее привычка размахивать сумочкой, чуть что не по ней… Но мы отвлеклись.

Бастилия первой высунулась из коридора. Честно говоря, я поразился, наблюдая, до чего незаметно она кралась вдоль стенки. Комната впереди была освещена гораздо лучше, чем коридор, так что по стене за Бастилией тянулась длинная тень. Добравшись до угла, она жестом поманила нас с Сингом за собой.

Тут до меня дошло, что впереди звучали голоса.

Я приблизился на цыпочках и замер за спиной у Бастилии. Последним подкрался Синг и с едва слышным звяканьем опустил на пол свою сумку. Бастилия испепелила его взглядом. Он виновато пожал плечами.

Комната впереди на самом деле оказалась прихожей – высокой, на целых три этажа. Она имела круглую форму, а наш коридор заканчивался на втором этаже, открывая вид на весь пол внизу. Что до следов, то здесь они поворачивали и вели вниз по ступенькам. Мы тихо-тихо подобрались к краю балкона и посмотрели вниз, на людей, которых я выследил.

Одну личность я в самом деле сразу узнал. Я был знаком с ней с тех пор, когда был еще совсем мелким.

Там стояла мисс Флетчер.

Что ж, все сходилось. Зря ли дедушка Смедри говорил, что Пески из моей комнаты стырила именно она. Помнится, меня эта мысль сперва насмешила, но тогда я ничего не знал и вообще был порядком сбит с толку. Теперь я думал, что дед, скорее всего, был прав.

И все-таки до чего странно было видеть здесь, посреди библиотеки, кого-то знакомого по моей прежней, обыденной жизни. Мисс Флетчер была мне далеко не приятельницей, но с ней, по крайней мере, было связано нечто постоянное и неизменное. Одна из немногих констант в моем переменчивом существовании. Мисс Флетчер отслеживала и направляла мои переезды из одной приемной семьи в другую, она проверяла, как я живу, присматривала за мной.

Или шпионила?

Мисс Флетчер была одета все так же: белый верх, черный низ. Волосы пучком, очки в роговой оправе. Рядом с ней стоял крупный мужчина в деловом темном костюме, при черной рубашке и красном галстуке. Вот, разговаривая с мисс Флетчер, он повернулся, и я увидел, что один его глаз скрывала повязка. А на другом глазу сидел красноватый монокль.

Бастилия резко втянула в себя воздух.

– Что? – спросил я еле слышно.

– Он одноглазый, – сказала она. – Похоже, это Редриан Блэкбёрн. Алькатрас, это очень могущественный окулятор! Говорят, он сам себе удалил один глаз, чтобы сосредоточить в оставшемся всю свою мощь и тем усилить ее.

– Блэкбёрн, – нахмурился я. – «Черная гарь». Занятная фамилия.

– Это название горы, – сказала Бастилия. – По-моему, в стране, которую вы называете Аляской. Библиотекари дали свои имена горам. А нашими именами они называют тюрьмы!

Я поскреб затылок и сказал:

– Сдается мне, Бастилия, остров Алькатрас куда как постарше меня.

– Тебя назвали в честь одного человека, жившего ранее, Алькатрас, – сказал подобравшийся к нам Синг. – Один знаменитый окулятор в старину носил такое же имя. И в нашем мире, и у наших врагов принято повторять имена. Традиция, знаешь ли…

Я снова выглянул с балкона. Этот Блэкбёрн вовсе не выглядел таким уж внушительным. Ну то есть голос у него был в меру нагловатый, да и черный с красным прикид производил некоторое впечатление, но я ждал чего-то… не знаю… особенного. Может быть, плаща у него за плечами?..

И конечно, я пропустил кое-что важное. Что именно – сейчас сами увидите.

Бастилия, притаившаяся рядом со мной, жутко и нескрываемо нервничала. Я увидел, как она подтянула поближе свой ридикюль и запустила в него руку. Это движение немало удивило меня; я сомневался, чтобы у нее в сумочке лежало достойное оружие против Темного окулятора. Я мельком подумал об этом и сразу отвлекся, переключившись на голоса, долетавшие снизу. Мне приходилось изо всех сил напрягать слух, но кое-что из сказанного Блэкбёрном я все же смог разобрать.

– …ты не отпугнула его прошлым вечером, – говорил окулятор, – мы не оказались бы в нынешнем затруднительном положении…

Мисс Флетчер заломила руки:

– Но я же принесла тебе Пески, Редриан! Ведь ты хотел именно этого!

Блэкбёрн покачал головой. Сцепил руки за спиной и стал неторопливо прохаживаться. Я слышал, как пощелкивали по камням его начищенные ботинки.

– Предполагалось, – сказал он, – что ты не просто похитишь Пески, а будешь наблюдать за мальчишкой. То, что ты сделала, Шаста, – это неряшливость в работе. Ужасная неряшливость! А какая муха тебя укусила, что ты натравила на ребенка обычного головореза?

«Так это она подослала типа с пушкой! – Почему-то эта мысль ужасно разозлила меня. – Она все время на них работала!»

– Я сделала то же, что и всегда, – отрезала мисс Флетчер. – Просто послала одного из своих людей, чтобы он перевез мальчишку в другую приемную семью!

Блэкбёрн остановился и посмотрел на нее.

– Этот твой человек, – сказал он, – попробовал застрелить Смедри.

– Такого не должно было произойти, – возразила мисс Флетчер. – Наверняка его кто-нибудь подкупил. Полагаю, из другой фракции. Может, за этим стоит орден Разбитой Линзы? Наверняка мы это узнаем лишь по завершении допроса, но можно предположить – они очень боялись, что тебе удастся завербовать мальчишку.

Меня? Завербовать?.. Это предположение заставило меня почесать в затылке. Впрочем, я вычленил кое-что не менее важное. А именно: мисс Флетчер не собиралась меня убивать! Глупость, конечно, но почему-то эта мысль доставила облегчение.