Брендон Сандерсон – Колесо Времени. Книга 14. Память Света (страница 47)

– Совпадений не бывает, ваше величество, – возразил Башир. – Именно это я постиг, проведя немало времени с лордом Драконом. Нас четверо, и четыре места сражения. Каждый из нас отправится на свое, а вы, королева Илэйн, будете координировать наши действия и следить за общим ходом битвы.

– Я отправлюсь к малкири, – сказал Агельмар. – Там сейчас большинство порубежников.

– Кто в Кандор? – спросила Илэйн.

– Если туда пойдут Айз Седай, то я с ними, – вызвался Брин. – Мое место – с Белой Башней.

«Он не хочет сражаться в Андоре, рядом со мной, – подумала Илэйн. – Решил окончательно отмежеваться от меня». А вслух она произнесла:

– В таком случае кто отправится со мною в Андор?

– Я, – вызвался Башир.

– Стало быть, я – к Шайол Гул, – кивнул Итуралде. – Драться вместе с айильцами. Разве мог я подумать, что наступит такой день?

– Решено, – подытожила Илэйн, отодвигая стул. – Пора погрузиться в гущу событий и проработать детали. Нам понадобится единый центр, где я смогу работать, поскольку Кэймлин потерян. Так что устроимся пока на Поле Меррилор. Оно удалено от мест сражений, и здесь достаточно места для перемещения войск и припасов. Перрин, не мог бы ты заняться обустройством этого лагеря? Разместить площадку для Перемещения и организовать тех, кто способен направлять Силу, чтобы они наладили передачу приказов и сообщений и снабжение всем необходимым?

Перрин кивнул.

– Что до остальных, – продолжила Илэйн, – займемся распределением войск и подробной проработкой планов. Нам надо определиться с идеей, каким именно образом выманить троллоков из Кэймлина и одолеть их на удобном для нас поле боя.

Через несколько часов Илэйн вышла из шатра. Голова у нее шла кругом от тактических нюансов, потребностей в припасах и особенностей расстановки войск. Закрывая глаза, она видела перед собой карты, покрытые убористыми пометками Гарета Брина.

Остальные тоже начали расходиться по своим лагерям, чтобы заняться конкретными действиями согласно принятым на этой встрече планам. Небо потемнело, и в шатре пришлось зажечь светильники. Илэйн смутно помнила, как на собрание принесли обед, затем ужин. Она же успела поесть? Ведь успела? Столько дел, что всего не упомнишь!

Она обменивалась прощальными кивками с проходившими мимо правителями. По сути, первоначальные планы были детально обговорены и уже осуществляются. Назавтра Илэйн со своими войсками отправится в Андор и положит начало первому этапу контратаки против Тени.

Землю теперь покрывала мягкая, пружинистая темно-зеленая трава. Ранд ушел, но его влияние сохранялось. Илэйн стала рассматривать громадные деревья, и тут к ней подошел Гарет Брин.

Она удивленно обернулась. Ей казалось, Брин давно уже покинул шатер, где оставались только слуги и телохранители Илэйн.

– Лорд Брин?

– Хотел лишь сказать, что горжусь, – вполголоса произнес Брин. – Ты прекрасно справилась.

– Мне почти нечего было добавить.

– Ты взяла на себя руководство, – сказал Брин. – Ты не военачальник, Илэйн, и от тебя не ждут полководческих прозрений. Но когда Тенобия стала сокрушаться, что Салдэйя осталась беззащитной, именно ты вернула ее внимание к делам первостепенной важности. Существуют немалые разногласия, но ты объединила нас, помогла забыть о былых обидах и предотвратила раздор. Хорошая работа, ваше величество. Очень хорошая.

Илэйн усмехнулась. О Свет, как же трудно не расплыться в искренней улыбке до ушей, услышав от Брина такие слова! Во многом этот человек заменил ей отца – насколько это вообще было возможно.

– Спасибо. И еще, Брин, корона приносит извинения за…

– Ни слова больше, – сказал он. – Колесо плетет так, как желает Колесо. Я не виню Андор за то, что со мною стало. – Он помолчал. – Но сражаться буду в рядах Белой Башни, Илэйн.

– Понимаю.

Брин поклонился ей и удалился в сторону лагеря Эгвейн.

– Ну что, пора к себе? – спросила подошедшая Бергитте.

– Я… – Илэйн осеклась, услышав негромкий, но глубокий и мощный звук. Бергитте начала было спрашивать, что случилось, но Илэйн, нахмурившись, подняла руку – дескать, погоди – и отправилась смотреть, что происходит.

Вдвоем они обогнули шатер и по зеленой траве, усыпанной цветками утродыханьицы, направились на звук, становившийся все громче и громче. Песня. Прекрасная песня, не похожая ни на одну из тех, что доводилось слышать Илэйн, и такая звучная, что от нее пробирала дрожь и вибрировало все тело.

Это дивное пение, полное благоговейной радости, омывало и обволакивало душу, хотя слов Илэйн не понимала. Она приблизилась к группе существ, громадных, как сами деревья. Они стояли, касаясь шишковатых стволов деревьев, выращенных Рандом, и глаза их были закрыты.

Три дюжины огиров, все разного возраста. У некоторых брови белые, как свежевыпавший снег, а другие были не старше Лойала. Он тоже был здесь и пел, и широкая улыбка поднимала уголки губ.

Неподалеку, сложив руки на груди, стоял Перрин, а рядом – его жена.

– Когда вы упомянули Аша’манов, мне подумалось: раз уж нам требуются союзники, как насчет огиров? Я собирался поискать Лойала, но он сам нашелся – прямо здесь, среди деревьев.

Илэйн кивнула. Песнь достигла кульминации, затем стихла, огиры склонили головы, и на какое-то время наступила тишина.

Наконец один из древних огиров – с белой бородой до пояса и такими же белыми длинными вислыми усами – открыл глаза и повернулся к Илэйн. Потом он зашагал к ней, и за ним двинулись и другие старейшины обоих полов. С ними подошел Лойал.

– Ты – королева, – поклонился Илэйн древний огир. – Та, кто возглавляет это путешествие. А я – Хаман, сын Дала, сына Морела. Мы пришли, чтобы предложить топоры для вашей битвы.

– Мне очень приятно, – кивнула ему Илэйн. – Три дюжины огиров добавят силы нашим войскам.

– Три дюжины, юница? – зычно расхохотался Хаман. – Не для того собирался Великий Пень, не для того велись бесконечные споры, чтобы прислать к тебе каких-то три десятка бойцов! Огиры – все, кто способен держать топор или длинный нож, – будут сражаться наравне с людьми.

– Прекрасно! – воскликнула Илэйн. – Я найду применение вашему оружию.

– Так быстро, – покачала головой пожилая женщина-огир. – Так поспешно… Знай же, юница, что некоторые из нас предпочли бы отвернуться от тебя – и всего этого мира – перед лицом Тени.

– Что, вы и правда так поступили бы? – изумленно моргнула Илэйн. – Просто… оставили бы нас наедине с этой битвой?

– Некоторые высказывались за такое решение, – сказал Хаман.

– Я сама разделяла подобное мнение, – добавила женщина, – и аргументировала его, хотя сомневалась, что мои доводы верны.

– Что? – спросил Лойал, неуверенно ступая вперед. Похоже, он впервые услышал об этом. – Сомневалась?

– Если Темный завладеет этим миром, перестанут расти деревья, – взглянула на него женщина.

– Но почему ты?.. – удивленно посмотрел на нее Лойал.

– Чтобы в споре родилась истина, сын мой, необходимы контрдоводы. Через возражения спорщик познает незыблемость своей позиции. Разве тебе неведомо, что самые крепкие корни дерево пускает под натиском ветра? – Она покачала головой, но этот жест был полон материнской любви. – Не говоря уже о том, что ты покинул стеддинг раньше, чем следовало. Не стоило так поступать, причем в одиночку. К счастью, этот вопрос уже решен.

– Решен? – переспросил Перрин.

– Ну… видишь ли, Перрин, теперь я женат, – покраснел Лойал.

– Об этом ты еще не рассказывал!

– Все произошло так быстро… Я женился на Эрит, – кстати, она вон там. Слышал, как поет? Разве песня ее не прекрасна? Быть женатым не так уж плохо, Перрин. Почему ты мне не говорил, что это не так уж плохо? Мне очень даже нравится.

– Рада за тебя, Лойал, – вмешалась Илэйн. Огиры могут часами говорить на одну и ту же тему, если их не остановить. – И спасибо вам всем, что присоединились к нам.

– Думаю, оно того стоило, – сказал Хаман. – Хотя бы ради того, чтобы узреть эти деревья. Всю мою жизнь люди только срубали Великие Древа, и увидеть, как их не уничтожают, но выращивают… Мы приняли верное решение. Да-да, верное. Остальным надо это увидеть…

Лойал помахал рукой Перрину – по всей видимости, желая поговорить и наверстать упущенное.

– Позволь украсть его на пару минут, Лойал, – сказала Илэйн и увела Перрина к центру рощи.

За ними последовали Фэйли и Бергитте, а Лойал остался ждать. Казалось, он не может налюбоваться на могучие деревья.

– Есть у меня одно дельце, и я хочу поручить его тебе, – тихим голосом обратилась к Перрину Илэйн. – Потеря Кэймлина грозит всем нашим армиям кризисом с поставками. Несмотря на возмутительные цены на провизию, мы продолжали кормить всех досыта, а также запасались перед грядущей битвой. Теперь этих запасов нет.

– Как насчет Кайриэна? – спросил Перрин.

– Там, а также в Тире и Белой Башне, еще имеются съестные припасы, – ответила Илэйн. – В Байрлоне хранятся значительные запасы металлов и горючего порошка. Надо выяснить, чем располагают другие государства и что можно у них получить, а также выяснить, какова у них ситуация с продовольствием. Обеспечить поставки провизии и всего необходимого для всех армий – незаурядная задача. Я хочу, чтобы ею занимался один человек.

– То есть я? – спросил Перрин.

– Да.

– Прости, Илэйн, но я нужен Ранду.

– Ранду нужны мы все.

– Но я – в первую очередь, – сказал Перрин. – По его словам, Мин это видела. Если меня не будет рядом в Последней битве, он погибнет. Кроме того, мне надо довести несколько дел до конца.