Брендон Сандерсон – Архив Буресвета. Книга 3,5. Осколок Зари (страница 2)

– Судно, – сказал Ялб. – Слева, три румба. Команды не видно.

Капитан посмотрела на рулевую, затем кивнула. Посыпались приказы матросам, работавшим на снастях. Корабль повернул к замеченному паруснику.

– Ялб, бери абордажную команду, – распорядилась Смта. – На случай, если понадобится твой особый опыт.

Особый опыт… Слухи не соответствовали действительности, но принявшие их на веру моряки шептались, что Ялб много лет ходил на корабле-призраке – потому-то шквальное судно и исчезло в конце концов. По той же причине никто не желал нанимать всех троих выживших вместе, и каждому пришлось идти своим путем.

Ялб не жаловался на свою репутацию. Капитан проявила благосклонность, взяв его в команду. Он готов был выполнить любой ее приказ. И хотя он оставался самым обычным матросом, старший помощник смотрел ему в рот, когда они наконец причалили к незнакомому судну.

Паруса разодраны в клочья. Сильный крен. На палубе нет даже призраков.

Корабль не исчез у моряков из-под ног ни когда они ступали на палубу, ни когда рыскали по каютам. Потратив час на поиски, вернулись с пустыми руками. Ни судового журнала, ни команды, живой или мертвой. Только название: «Первые сны». Старпом припомнил, что слышал о таком частном судне. Месяцев пять назад оно отправилось в какой-то таинственный рейс – и пропало.

Ожидая, пока капитан и прочие чины решат, что делать дальше, Ялб облокотился на планшир и уставился на злосчастный корабль, медленно дрейфующий по течению. Судьба ли, что именно он заметил этот парусник? Не ее ли промысел в том, что человек с исчезнувшего корабля теперь обнаружил другое судно – с исчезнувшей командой?

Капитан наверняка распорядится оснастить находку запасными парусами, чтобы вернуть ее в родную гавань. На войне понадобится каждый корабль.

А Ялбу суждено оказаться на борту этого корабля. Он не сомневался в этом. Сама шквальная королева отправит его туда.

Море – непостижимый властелин. Искренний. Доброжелательный. Завораживающий.

Иногда даже слишком.

1

Для иного торговца выбор следующего рейса – скука смертная, а для Рисн это увлекательная охота. Да-да, сидя за столом, заваленным бумагами, она была охвачена подлинным азартом следопыта.

В этих бумагах таится вожделенная добыча. Где-то среди подробных сведений о доступных товарах и о портах, куда эти товары нелегко доставить из-за военных действий, скрывается прекрасная возможность обогащения для ее команды. Рисн выискивала ее, как разведчик, бесшумно пробирающийся сквозь подлесок, чтобы определить наилучшее направление атаки.

Вдобавок столь интересное занятие отвлекало ее от других забот. К сожалению, подумав об этом, Рисн сразу невольно бросила взгляд на Чири-Чири. Сутки напролет покрытая панцирем, с большими перепончатыми крыльями, ларкин либо клянчила еду, либо, пытаясь ее добыть, ввязывалась в неприятности. Но нынче, как и вчера, как и вообще в последнее время, она спала, свернувшись калачиком в гнездышке из одеял на дальнем конце длинного стола, возле горшка с шинской травой.

Чири-Чири выросла примерно в фут от кончика носа до основания пятнадцатидюймового хвоста. Стала такой большой и тяжелой, что Рисн приходилось держать ее обеими руками. Вытянутый клюв-рострум, заостренные жвалы, глаза хищника – красотка, да и только! Но в последнее время коричнево-фиолетовый панцирь Чири-Чири странным образом выблек до цвета мела. Такая белизна – явно не преддверие обычной линьки. С ларкином что-то не так.

Рисн скользнула по длинной скамье. Раньше она предпочитала маленькие уютные комнаты. Позднее сообразила, что выбирала такие помещения неосознанно, просто потому, что хотела спрятаться.

Хватит думать об этом. Теперь у нее громадный кабинет, со множеством окон, обставленный, как ей удобно; меблировку пришлось заменить. Два года назад в результате несчастного случая Рисн потеряла способность ходить, однако позвоночник был поврежден не так сильно, как у многих ее подруг по несчастью и переписке. Она могла сидеть самостоятельно, хоть и приходилось сильно напрягать мышцы спины, если не было опоры. Но это отличная тренировка!

Вдоль длинных столов вместо стульев Рисн распорядилась установить скамьи с высокой спинкой – цепляясь за край стола, сдвигаться по ним хоть вправо, хоть влево совсем нетрудно. В этом светлом кабинете она чувствовала себя прекрасно. Удивительно, что прежде ей нравилось таиться в темных каморках.

Рисн доехала до конца скамьи и остановилась рядом с гнездышком Чири-Чири. Отложила перо, достала бриллиантовую сферу из стоявшего рядом кубка и подтолкнула ее к ларкину. Сфера сияла, приглашая маленькое чудовище полакомиться буресветом.

Чири-Чири чуть приоткрыла серебристый глаз и едва заметно пошевелилась. Вокруг Рисн возникли несколько спренов тревоги, похожие на извивающиеся черные кресты. Вот буря! Ветеринары не смогли ей толком помочь – они предположили, что ларкин чем-то больна, но пояснили, что недуги у каждого вида большепанцирников свои. А Чири-Чири была единственной представительницей вида, с которым они никогда не имели дела.

Стараясь не поддаваться тревоге, Рисн положила сферу возле головы Чири-Чири и приказала себе немедленно вернуться к охоте. Она уже отправила через даль-перо запрос тому, кто, по ее мнению, мог хоть чем-то помочь. Придется ждать, пока не придет ответ, ничего не поделаешь. Рисн устремилась к своему рабочему месту, но, лишь оказавшись перед бумагами, поняла, что забыла перо. И начала двигаться обратно.

Но не успела добраться – Никли, стоявший, как и положено, у дверей, бросился к столу, схватил перо и подал ей. Какой нетерпеливый!

Рисн вздохнула. Никли – ее новый старший слуга, он носит или возит хозяйку, когда ей нужно перебраться из одного места в другое. Родом он откуда-то с запада, из земель Макабаки, и, хотя неплохо владеет тайленским, долгое время маялся без работы. Слишком он необычный из-за белых татуировок на лице и руках.

Никли дорожил своей должностью, а Рисн ценила инициативу. Но все же сказала ему, принимая перо:

– Спасибо, Никли, только впредь будь любезен, не спеши с помощью – жди, когда я о ней попрошу.

– О! – Слуга поклонился. – Простите.

– Все в порядке. – Она взмахом руки отправила его в другой конец комнаты.

В поведении Никли не было ничего необычного. Когда Рисн объясняла бригадиру плотников, какие скамейки ей нужны в кабинете, он искренне удивился: «Но зачем?»

Да чтобы избавиться от дурацкого «зачем».

Всем вокруг ее действия казались странными. Она торгмастер, владелец корабля со слаженной командой. Отдаст приказ, и слуги выполнят все, что угодно. Время от времени ей действительно требовалась помощь. Но «время от времени» – совсем не то же, что «всегда». Этот урок пришлось усвоить и самой Рисн, поэтому она не винила Никли за промашку. А стряхнув легкое раздражение, сосредоточилась на задаче, стараясь вернуть угасший было азарт.

Ее ожидал второй рейс в качестве судовладельца. Первый – доставка груза согласно прямому торговому соглашению – завершился две недели назад, позволив Рисн и команде приглядеться друг к другу. Все прошло как нельзя лучше, прибыль оказалась изрядной, и команда оценила это. Сделки, заключаемые Рисн, – источник дохода моряков.

И все же было в этих людях – и в матросах, и в капитане – нечто такое, что озадачивало ее. Некоторые просто избегали Рисн. Может, дело в том, что моряки привыкли ко Встиму, ее бабску, а она все-таки другой человек и ведет себя немного иначе? Или морякам хочется, чтобы рейс оказался более увлекательным и доходным, чем рядовое плавание?

Рисн терпеливо перебирала предложения и наконец отложила три. Любое сулит выгоду, но какое предпочесть? Она некоторое время обдумывала условия, затем составила список плюсов и минусов каждой сделки, как учил ее Встим.

Потерла виски, позвякивая украшениями на бровях, и, решив отложить окончательный выбор на несколько минут, стала читать свежие сообщения от женщин, подобно ей не владевших своими ногами. Письма приходили изо всех уголков мира.

Общение с подругами по несчастью радовало и вдохновляло. Женщины испытывали те же эмоции, что и Рисн, и стремились поделиться с ней всем, чему научились. Азирка Мюра, проявляя удивительную креативность, разработала несколько замечательных устройств, здорово облегчающих повседневную жизнь. Крючки на кольцах и колышки для развешивания обеспечивают беспрепятственный доступ к разным вещам. Специальные обручи с тросиками и изогнутые стержни позволяют самостоятельно одеваться.

Читая последние письма, Рисн воспрянула духом. Совсем недавно она чувствовала себя бесконечно одинокой. А теперь поняла, что в мире полно людей, которые сталкиваются с теми же проблемами, что и она. Только до них никому нет дела, они сами за себя. Предложенные ими решения воодушевили Рисн настолько, что она распорядилась внести изменения в оборудование своего корабля. На квартердеке, недалеко от капитанского мостика и штурвала, появились стационарное сиденье и навес от солнца, а в каюте – приспособления, позволявшие без особых проблем передвигаться по ней и одеваться.

Плотники соорудили все это, пока корабль стоял в порту. Как обычно, не обошлось без непонимающих взглядов, без этих проклятых «зачем» и «для чего».