Брэд Мельтцер – Трюкач (страница 67)
– Как тебе это удалось, Ройол? «Синяя книга» засекречена на высшем уровне. Какой дурак тебе о ней разболтал?
– Ты делаешь поспешные выводы, Нола. Я уже говорил, что я не тот, что прежде.
Ноле захотелось броситься на него не медля ни секунды, перекрыть большим пальцем венозный возврат и лишить сердце бывшего «папы» притока кислорода, приговаривая ему на ухо, какое он дерьмо. Нет, рано – она еще не получила ответы на все свои вопросы.
На следующий же день после ее побега Ройол сменил фамилию. Нола ни на секунду в этом не сомневалась. Именно этот финт помог ему скрыться.
– Новая фамилия, новые водительские права. Как здорово, наверное, было поработать на себя любимого? Да дело в том, что ты…
– Ты не все обо мне знаешь, – перебил ее Ройол. – Ты понятия не имеешь, кем я стал и от чего отказался, когда уехал от тебя. Дом, связи, отношения… все, что я создал из ничего… твоя чертова учительница рисования направила копов к мистеру Уэсли! Ты отняла у меня всю жизнь! – крикнул Ройол.
Звук его голоса рикошетом заметался под металлической кровлей.
– Несколько лет я изготавливал документы на чужое имя, позволяя людям начать новую жизнь. А тут пришлось заново начинать с нуля собственную… Ты считаешь, что сама прошла через такое, хотя на самом деле ни черта ты не знаешь. Ты жила у меня, я тебя кормил. Но знакома ли ты с полным одиночеством? Знаешь ли, каково отказаться от машины, потому что нет денег на бензин? Это – смерть, – продолжал Ройол чуть спокойнее, только кадык его ходил ходуном. – Прошел год, пока я снова не связался с мистером Уэсли. Я точно рассчитал время. Он предложил новую работу – большой заказ на триста удостоверений личности со всеми справками для их проверки. Прибывала целая группа – морем. У меня появился шанс восстановить прежнее. Мы не знали, что федералы установили прослушки. Сидели и слушали, не вылезая. Нас обоих взяли. Нарушение подпало под федеральные законы, так что…
– Ты подался в стукачи, – закончила за него Нола.
– Я заключил сделку.
– Ты заложил Уэсли и дал на него показания. А потом что? Госслужбам приглянулась твоя продукция?
– Они были восхищены. Когда федералы увидели, на что я способен… Они смекнули, что я подделывал не просто документы – целые жизни. Догадываешься, сколько пользы в этом увидели военные? Для начала меня проверили. Я заткнул за пояс всех их экспертов. Со временем меня перевели в «Синюю книгу». Я создавал новую «жизнь» для наших «студентов»-морпехов, пряча их по университетам, снабжая их такими легендами, что никому и в голову бы не пришло заподозрить подставу.
Это мое призвание. Я стал другим человеком, заново родился, Нола. Но знаешь, какой фокус помог мне вернуться назад? Даже сейчас, когда я оглядываюсь на нашу поганую жизнь с тобой и сравниваю ее с новой… знаешь, что их отличает?
Ты, Нола. Стоило тебе уйти из моей жизни, как я пришел к успеху. И знаешь почему? Потому что ты – вредный грибок, ты заражаешь все, к чему прикасаешься. В самые черные дни я старался сбросить с себя прежнюю жизнь, уничтожить ее. А на самом деле требовалось отбросить только тебя. И в этом состоит великая насмешка жизни. Все, что произошло… все, что я создал… даже то, что я получил от «Синей книги» и гибели этой Камиллы… всем этим я обязан тебе.
Нола покачала головой. Ройол оставался все тем же интриганом и сволочью.
– Знаешь, на пару секунд я тебе почти поверила. Мне показалось, что ты действительно кем-то стал с помощью «Синей книги». Но как бы высоко ты ни взобрался, в душе ты все тот же мелкий жулик, не так ли? – спросила она, плотно держа палец на спусковом крючке.
– Следи за базаром.
– А то что? Не станешь рассказывать, как ты вляпался со своей затеей по самую шею? Я и сама могу себе это легко представить, Ройол. В «Синей книге» ты некоторое время выполнял работу как положено. Но никогда не прекращал посматривать вокруг в поисках подходящего момента, чтобы уцепиться за него когтями. Обуть лоха – твой излюбленный прием. Дай угадать – однажды ты установил личность их кассира, парня по кличке Гудини.
На складе воцарилась тишина. Ройол прирос к месту и больше не улыбался.
– Я угадала? Обычно Гудини возил деньги на устранение всяких государственных ляпов. Но в данном случае он вляпался сам. Гудини передавал небольшие суммы фальшивым студентам, чтобы никто не заподозрил, что их финансирует Дядя Сэм. Но ты понял, что он не чист на руку. Почуял свой шанс.
– Ты не соображаешь, что несешь, – ледяным тоном ответил Ройол.
– А ты не соображаешь, насколько ты предсказуем. Не проходит и месяца без ареста очередного кассира, позарившегося на перевозимые им деньги. Гудини тоже не устоял перед соблазном, верно? Тяжело, зарабатывая тридцать тысяч в год, не думать о миллионах в своей сумке. Гудини – специалист по ликвидации последствий, никто бы и не заметил, что заодно, перекочевав в его бумажник, ликвидировалось немного налика, тем более что новые кучи денег поступают регулярно.
Нола, конечно, понимала, что, как и всякая военная программа, «Синяя книга» имела свои оперативно-тактические нормативы. Не меньше двух раз в год руководство собирало своих тайных агентов для опроса и подведения итогов в одном и том же, обычно неприметном месте – на заброшенной военной базе или, как в последнем случае, когда спецов по России вызвали на совещание о путинских попытках скрытого проникновения, в штате Аляска вблизи местного национального парка. Именно там Гудини хотел сделать решающий ход.
– Ты его застукал, так ведь? Понял, что Гудини подворовывает перевозимые деньги. Возможно, припер его к стенке и потребовал устроить на такую же работу. Но зная тебя, я думаю, что ты врезал наотмашь, пригрозил заложить, если не поделится. Гудини либо взял тебя в долю, либо сообщил о новой крупной партии денег, которую ожидал получить накануне тайного совещания на Аляске. Тебе показалось, что настал долгожданный момент, день большой получки, с такими деньжищами жизнь стала бы совсем другой. Ты ведь примерно так рассуждал, Ройол? Столько бабла мимо носа проходит – ты не смог удержаться. Уж больно ты жаден.
С этого момента ты взял себе псевдоним «Горацио» и вступил в сговор с Гудини, чтобы забрать себе часть или всю сумму – сколько получится. Ты нацелился на кучу бабла, прибывающего на Аляску. Возможно, ты даже вызвал парочку своих гнилых дружков – видит бог, вокруг тебя их всегда много крутилось. По иронии судьбы, твои начальники по «Синей книге» увлеклись слетом «студентов» и совершенно упустили из виду, что ты и Гудини – их собственный кассир и набивший руку на фальшивых документах алчный прилипала – собираются их обчистить.
– Хватит!
– Ты сам подал идею большого хапка? Или просто макнул Гудини мордой в грязь, чтобы поглубже заглотил крючок?
– Я сказал – хватит! – зарычал Ройол, чуть отклонив голову.
Нола сразу поняла, что он больше не смотрит ей в глаза. Он что-то задумал, однако рассудок не успел зафиксировать перемену. Ройол смотрел мимо Нолы. Как если бы говорил с кем-то еще – у нее за спиной.
Черт!
Нола, оборачиваясь, молча выругалась. Ройол ни за что не пришел бы сюда один.
Раздался треск, точно оторвали куриное крылышко. Нола услышала звук раньше, чем ощутила огненную боль в ноге. Острое лезвие рассекло подколенное сухожилие. Сержант мгновенно опрокинулась, как велосипед, из-под которого вышибли откидную ножку.
Затылок девушки с глухим стуком ударился о бетон. Свет померк, засверкали искры.
У нее вырвался крик.
Над ней нависла черная тень напавшего – нечеткое пятно. Нола, держась за коленный сгиб, извивалась на полу. На руках что-то мокрое. Кровь! Рана кровоточила.
Нола взглянула на фигуру напавшего, стоящую спиной к свету, отчего она выглядела грязным расплывчатым пятном. По очертаниям тела и оружию – четырем острым клинкам, торчащим из кулака наподобие когтей тигра, – сержант поняла, кто перед ней. Высокая индианка с ледяными голубыми глазами.
– Нола, кажется, ты уже встречалась с Финитой, – произнес Ройол. – Тереза, это моя дочь, Нола.
Вскинув когтистый кулак, Финита с силой опустила его вниз в направлении горла жертвы.
85
Нола не вскрикнула.
Ее никто бы не осудил – Финита распорола швы на плече Нолы, вскрыв рану под ключицей. Боль была невыносима, сноп молний пронзил тело от ключицы до колена. Но и тогда Нола не издала ни звука.
Перекатившись на бок, она прищемила кожу между большим и указательным пальцами. Этому приему она научилась еще во время совместной жизни с Ройолом. Если защемить кожу как следует, вся другая боль станет незаметной.
– Т-ты зря меня не убил, – пригрозила Нола, все еще лежа на боку.
Изо рта тянулись длинные нитки слюны.
– Думаешь, она не просила? – спросил издалека Ройол. Он медленно приближался. – Я сам с тобой разберусь. Это моя привилегия.
Нола попыталась встать, найти свой пистолет. В глазах еще мельтешило. Что это на полу… серое… пистолет? Она протянула руку.
Финита наступила ей каблуком на запястье, прямо на рану, которую нанесла вчера вечером.