Брэд Мельтцер – Трюкач (страница 69)
Столы для бальзамирования – фарфоровые крышки составлены в ряд, как доски для серфинга, – Зиг работал на них в самом начале после переезда в Довер.
Коснувшись их плечом, Зиг заметил щербины на старом фарфоре, покрывшемся после десятков лет эксплуатации зеленоватой патиной от химикатов. Зиг вспомнил своего самого первого погибшего военнослужащего – тридцатидвухлетнего пилота с раздавленными во время крушения вертолета ногами, жена покойного попросила положить в гроб горсть монет по двадцать пять центов – ее муж любил играть на автоматах. Дастин Ли Мортенсен – погибший № 1.
Подойдя к следующему проходу, Зиг, не снимая пальца со спускового крючка, осторожно заглянул за угол. Как и все остальные, этот ряд был не освещен. Зиг не видел, куда он ведет, но заметил, что проход узкий. По обе стороны стояли похожие на огромные кегли двухсотлитровые бочки с надписью:
ОСТОРОЖНО!
ФОРМАЛЬДЕГИД
НЕ ВДЫХАТЬ / НЕ ДОПУСКАТЬ ПОПАДАНИЯ НА КОЖУ
В проходе никого не было.
Свернув в новый ряд, Зиг увидел полдюжины высоких пепельниц – все без верхней части. В одну из стоек были всунуты зонты, в другую – деревянные линейки, в третью – длинные металлические прутья.
Ага!
Зиг вытащил один из прутьев, словно меч из ножен, – старый троакар для отсасывания жидкостей из полостей тела. После окончания бальзамирования Зиг вставлял острый наконечник под ребра трупа и сцеживал кровь из брюшной полости, грудной клетки, сердца и остальных мест. Он сам не знал, зачем схватил трубку. Или как оружие, или чтобы ею не завладел Ройол.
Современные троакары легкие и удобные. Этот тяжелый и прочный – чем не бейсбольная бита с острым металлическим концом? Инструмент привычно лег в ладонь – еще один привет из прошлого. Пока Зиг медленно продвигался вперед, вытягивая шею и вглядываясь в каждый темный угол, на удивление привычный запах навеял новые воспоминания.
Медицинский спирт, смешанный с химикатами и… формальдегидом.
Зиг почуял запах раньше, чем увидел. А вот и она самая – расползающаяся по полу лужа. Жидкость вытекала из-под книжного стеллажа из огнеупорной пластмассы, набитого выцветшими коробками для хранения документации.
Это амбре было знакомо Зигу с первых дней работы танатопрактиком. Он дышал им каждый день. Во всем мире так воняло только одно вещество – жидкость для бальзамирования.
Железные бочки стояли за несколько рядов отсюда. Видимо, Ройол вскрыл одну из них.
В дальнем конце прохода по полу растеклась еще одна лужа. Теперь для бальзамирования использовался гель. С ним легче работать, меньше брызг. А эти лужи… жидкость в них старого образца, когда она была более едкой и… горючей.
О, черт!
– Нола, вставай! Вставай! Вставай! – заорал Зиг, бросившись обратно. – Он хочет все взорвать!
Зиг на полной скорости обогнул угол, держа пистолет в одной руке, а троакар – в другой.
– Нола, ты слышала, что я…
Кулак врезался ему в челюсть, оборвав фразу на полуслове.
Зиг, потеряв равновесие, упал навзничь. Он попытался вскочить, вскинуть пистолет, но не совладал с инерцией.
Ройол налетел на него товарным поездом, несущимся на всех парах.
Зиг успел лишь увидеть летящий в лицо кулак.
87
Зиг надавил на спуск. Но пистолета в руках не оказалось.
Послышался лязг металла о бетон, потом звонкий удар. И пистолет, и троакар у него выбили.
«Старый дурак!» – мысленно обругал себя Зиг, проследив, как пистолет отлетел по проходу через лужу жидкости для бальзамирования. Троакар лежал ближе. Если дотянуться…
– Что она тебе наобещала?! – взревел Ройол и нанес еще один сокрушительный удар по лицу Зига. Потом еще один. Плечо Ройола намокло от крови. Если он и чувствовал боль, то не подавал виду. – Что такого она тебе наврала, чтобы ты сюда прискакал?
Удар отбросил Зига на пол, он врезался в частокол высоких устаревших галогеновых ламп.
Зиг пинком ноги повалил несколько ламп на Ройола. Того это не остановило. Отпихнув лампы, он бросился на свою жертву с багровым от ярости лицом, злее прежнего.
– Ты веришь этой сопливой негре больше нашего брата? – спросил он.
Насколько Зиг мог судить, Ройол не проходил военную подготовку. Обычный задира. Лезет в драку бездумно и безыскусно. Достаточно позволить ему нанести пару ударов, перетерпеть боль, заманить в ловушку.
Зиг на карачках отполз назад, разбросав галогеновые лампы в разные стороны.
Ройол немедленно набросился на него с кулаками.
– Вот-вот, козел, давай ближе, – пробормотал Зиг, все еще лежа на полу. Он примерился к щиколоткам и коленям, суставам. Так легче всего нанести серьезные повреждения.
– Грязные приемчики? Думаешь, тебя спасет? – рявкнул Ройол.
Зиг еще не успел ударить, как Ройол схватил его за лодыжку.
Чтобы высвободить ногу, Зиг принялся ею отчаянно дрыгать. Ройол не отпускал. В его жилах кипел адреналин.
Подтянув Зига поближе одной рукой, другой он нанес удар по бедру, потом животу и наконец попал прямо в промежность, по тестикулам.
– У-у-у! – взвыл Зиг.
Боль ослепила, как сигнальный факел, внутри все словно перемкнуло. Корчась от боли, Зиг отбрыкивался с удвоенной силой.
– Хватит! – рявкнул Ройол, но лодыжку противника не отпустил.
Он выволок Зига из кучи поваленных ламп обратно в проход к… вот он, прямо за спиной Ройола.
Троакар!
Инструмент лежал на другой стороне прохода рядом с лужей жидкости для бальзамирования, закатившись под нижнюю полку одного из книжных стеллажей.
Ройол не мог его видеть.
Когда обидчик рывком развернул его, Зиг понял: настал последний шанс. Используя инерцию, он перевернулся на бок и протянул руку. Одним размашистым движением схватил троакар и махнул им, как битой.
Хлобысь!
Ройол перехватил троакар на лету и вырвал прут из рук Зига.
– Думаешь, оружие тебя спасет? – спросил Ройол.
Он замахнулся троакаром, как полицейской дубинкой. Зиг попытался откатиться в сторону.
Ройол нанес удар со всей яростью. Зиг успел достаточно отодвинуться, однако острый наконечник все же попал сбоку по голове.
Свет мгновенно сменился непроницаемой тьмой. Никаких искр – одна пустота.
Ройол занес руку над головой, делая замах пошире. Зиг опять хотел уйти из-под удара, но, даже приняв его выставленным предплечьем, не смог помешать острию врезаться в горло рядом с трахеей.
Что-то мокрое хлынуло в горло. Этот медный привкус во рту… Кровь. Рана кровоточила, Зиг хватал ртом воздух.
Ройол сделал новый замах. Зиг свернулся калачиком, пытаясь прикрыть череп. Будь на месте троакара бейсбольная бита, ему бы уже пришел конец. Троакар был полый внутри, но ущерб тоже причинял немалый.
– Знаешь, во сколько ты мне обошелся? – ревел Ройол, нанося очередной удар, и еще один – молотя троакаром, как дубиной, по руке, по ребрам, достав напоследок до нижней челюсти, отчего у Зига завертелось в голове.
С губ брызнула кровь, он закашлялся, задыхаясь ею… нащупал выбитый зуб. Выплюнул его на пол вместе с вязкой слюной и кровью.
Ройол не собирался останавливаться.
С каждым взмахом, каждым ударом Зигу становилось все труднее дышать. Острая боль в ребрах… как пить дать пробито легкое.
Крак!
Металлический стержень трахнул по руке – сломал локтевую кость.
Зиг дышал неглубоко, толчками. Рот наполнился кровью. И тут как будто само время закрутилось юлой. Зиг хорошо знал пределы человеческого организма.