Брайан Томсен – Однажды в Королевствах (ЛП) (страница 31)
— Ну, ты постоянно теряешь драгоценные камни и даже не замечаешь этого, — она протянула руку, и на раскрытой ладони лежало около семи красных драгоценных камней.
Глава 16
Пэсспоут был одновременно напуган и шокирован. Он закрыл руками лицо, ожидая, что случится что-то страшное и закричал:
— Нет!
— Не глупи, — удивленно проговорил Шарлин, — В конце концов, неважно насколько ты богат, ты же не хочешь терять эти рубины, так?
— Нет! — снова закричал Пэсспоут, дёргая головой и всё ещё прикрывая лицо руками.
— Я тебя не понимаю. Почему бы тебе не взять эти камни и положить обратно в свой мешочек, к остальным драгоценностям.
— Нет! — снова закричал он, теперь уже посматривая на дверь, готовясь в любой момент выбежать на улицу.
— О, не стесняйся. Мне действительно нравятся актёры, особенно богатые. Так что дай мне свою руку и забери свои драгоценности.
Крики Пэсспоута и мурлыканье Шарлин были неожиданно прерваны скрипучим голосом, раздавшимся из темноты.
— Простите, — сказал Чин, которого теперь освещала одинокая настольная свеча, — Я не хотел вам помешать. Мне просто нужно было пройти в туалет.
Он подошёл к барной стойке, на которую Шарлин вывалила красные драгоценные камни, и опустил голову, посмотрев на камни.
- О, камни некроманта. Уходите!
Внезапно, все красные камни пропали.
— Эй, стой! — крикнула Шарлин, — Пэсспоут, держи его, он украл камни!
Чин остановился и сказал:
— Камни вернулись туда, где и должны быть, — после чего продолжил свой путь в туалет.
— Что ж, это к лучшему, — неловко сказал Пэсспоут.
— Но как же рубины? — настаивала Шарлин.
— Забудь о них. Ты что-то говорила про сближение.
— Ты ненормальный, — сказала она, отталкивая драматурга, — Они же стоят целое состояние.
— Забудь о…
— Слушайте сюда, мистер, — серьёзно начала она, — Больше нет никаких “мы”. Ты драматург. Хорошо, я могу это принять. Ты толстый. Что ж, ты можешь похудеть. Но то, что ты вот так запросто расстаёшься с целым состоянием. Нет уж. Я иду спать.
— Шарлин, — умоляюще заныл драматург, глядя на поднимающуюся на второй этаж девушку.
— Забудь её, — сказал Чин, неожиданно вышедший из тени рядом с Пэсспоутом, — Таких, как она, интересуют только деньги, а не счастье.
— Наверное, ты прав, — уныло ответил драматург, — Видимо, дочери богатых купцов ничем не отличаются от остальных женщин.
— В чём-то ты прав, — сказал старик, похлопывая драматурга по спине, — но в будущем ты поймешь, что многих девушек волнуют далеко не деньги.
— Постой! Как ты узнал, что те камни — не рубины, а камни некроманта?
— Чин знает многое. Я видел, как ты всячески пытался оградить себя от них, когда увидел в руках у девушки. Но не переживай — сейчас они там, где ты их и оставил.
— Как ты сделал это?
— Жрец Безумной Обезьяны умеет многое.
— А ты можешь устранить магическую связь между мной, Воло и камнями с картой?
— Нет. Это заклинание гораздо более сложное. В конце концов, камни просто нужно было вернуть на прежнее место.
Пэсспоут лишь покачал головой, слабо понимая смысл сказанного.
— А теперь, нам пора спать, — сказал Чин. Старик помог подняться немножко пьяному и подавленному драматургу и добраться тому до его кровати, после чего сам лёг на свой матрас и отправился в страну сновидений.
События предыдущей ночи помогли путешественникам сблизиться, за исключением, внезапно появившейся огромной пропасти между Шарлин и Пэсспоутом.
За завтраком Блэктум рассказывал о своих похождениях в роли наёмника и мореплавателя, а Чин получил не один десяток похвал от всех остальных путешественников.
В один момент Воло отвёл Пэсспоута в сторону и спросил драматурга о причинах его депрессии. С одной стороны, Пэсспоут не мог рассказать о своей неудаче с Шарлин, дабы не выглядеть дураком, но с другой стороны он не мог не рассказать Воло об инциденте с магическими камнями и способом, который использовал Чин, чтобы решить эту проблему. В конце концов, драматург сказал, то просто перепил эля вечером вчерашнего дня.
После завтрака Блэктум отвёл путешественников к гавани, где они могли бы найти человека, который обменяет лодку на четырёх лошадей. По словам Блэктума, “Сампаны Пана” — самая честная судостроительная компания во всём Поднебесном Море.
— Друзья мои, — начал Блэктум, — я хочу познакомить вас с Таем, одним из лучших судостроителей во всём Кара — Туре!
Человек, одетый в простую домотканую одежду, поклонился и затем прямо спросил:
_- Ладно, ребята, что вы хотите купить, и что вы готовы за это дать?
Чин вышел вперед.
— Нам нужен лучший сампан, чтобы в кротчайшие сроки добраться до острова Ва, — заявил старик, — Взамен мы готовы дать четырёх лучших жеребцов Таана.
Тай по очереди осмотрел каждую лошадь и сказал:
— Я не очень-то хорошо разбираюсь в лошадях. Я знаю, что вы друзья Блэктума, однако…
— Безумная Обезьяна говорит: “Честность — лучшее качество стариков” и “Выгодная сделка выгодна всем”.
— Хорошо, — ответил Тай, — Считайте, что сампан ваш.
— Что это за сампан, о котором они говорят? — шёпотом спросил Пэсспоут у Воло.
— Это название лодки, часто используемой здесь, на востоке. Как правило, в сампан помещается не меньше десяти человек.
— Отлично, — пробурчал Пэсспоут, надеясь, что его морская болезнь не вернулась.
Несмотря на то, что сампан был далеко не лучшего качества и нуждался в покраске, он как нельзя кстати подходил для дальнейшего путешествия на восток. Больше всего, драматурга обрадовал крупный навес, под которым он мог спрятаться от морских брызг и солнца.
Пропасть между Шарлин и Пэсспоутом продолжала расти. Увидев, как драматург выбрасывает очередной рубин за борт, Шарлин не выдержала и крикнула:
— Ну что же ты за олух?!
Пэсспоут пытался не обращать внимания на оскорбления девушки, а просто отправился менять подгузники плачущему ребёнку.
— Почему бы тебе не оставить его в покое? — спросил Кёртис, подошедший к Шарлин, — Он обращался с тобой как с королевой и так ты его отблагодарила?
- Я по праву рождения заслуживаю такого обращения.
— Ну да, конечно, как я мог ожидать другого ответа. А ведь нужно-то всего лишь разок поблагодарить нас. В конце концов, мы спасли тебя из плена, не говоря уже о том, что Пэсспоут рисковал своей жизнью ради тебя сегодня ночью.
— Да как ты смеешь так говорить со мной? — прошипела она.
— И правда, как я мог рассчитывать на благодарность?
Кёртис отвернулся и пошёл к Пэсспоуту. Шарлин слышала, как Кёртис извинялся за все свои издёвки над драматургом и хвалил его храбрость, проявленную в бою с немёртвыми эльфами-ниндзя. Шарлин лишь хмыкнула и отвернулась от беседующих мужчин.