Брайан Смит – Порочный - 2 (страница 53)
Она еще немного подумала.
А потом она постучала в дверь - три жестких, резких стука говорили о необходимости и авторитете. Это был стук полицейского. Когда-то она подумывала о том, чтобы пойти в правоохранительные органы после того, как закончится военная служба, но это был лишь один из многих вариантов, которые ей больше не доступны.
Ее отец открыл дверь, выражение его лица было нехарактерно молчаливым. Это был подтянутый мужчина ростом не более шести футов, с такими же холодными голубыми глазами, как у нее, и коротко подстриженными седыми волосами. Отсутствие внешних эмоций сказало Джессике все, что ей нужно было знать. Она не могла вспомнить, когда в последний раз видела этого человека без того, чтобы он не расплылся в широкой улыбке и не заключил ее в крепкие объятия.
- Я подозреваю, что ты хочешь поговорить.
Джессика ничего не ответила.
Oтец отступил в сторону.
- Заходи, если хочешь. Думаю, ты чувствуешь себя как я. Чем скорее мы приступим к делу, тем лучше.
Когда Джессика не двинулась с места, он повернулся и пошел в глубь дома, оставив дверь открытой. Она поняла, что он дает ей последний шанс уйти и отложить эту неприятность на неопределенное время, возможно, навсегда. Чертовски заманчиво было воспользоваться этой возможностью.
Но Джессика не могла этого сделать.
Она вошла в дом и закрыла за собой дверь. В доме было тихо, если не считать тиканья напольных часов в углу фойе. Часы были семейной реликвией, передававшейся из поколения в поколение по материнской линии. Они стоял в фойе дома, в котором она росла все свое детство. Увидеть иx в этом незнакомом месте вызвало чувство сладостно-горькой ностальгии.
Отец ждал ее в гостиной, тускло освещенной торшерами. Он сидел в центре длинного черного кожаного дивана. Перед ним стоял кофейный столик со скошенной стеклянной столешницей. На столике лежал конверт из плотной бумаги, открытая бутылка бурбона и два стакана для виски.
Джессика села в кресло справа от дивана.
Они долго сидели молча. Смиренное поведение отца удивило ее даже больше, чем отсутствие буфера безопасности. Он выглядел как человек, которому поручено сообщить очень серьезные новости тому, кто не подготовлен к этому, как полицейский, который должен сказать матери, что ее ребенок погиб в результате несчастного случая. Это впечатление усилило и без того напряженное состояние тревоги Джессики.
Ее отец потянулся к бутылке бурбона и налил в каждый стакан по дюйму[25] янтарной жидкости. Он протянул один Джессике, которая без колебаний приняла его и опрокинула одним глотком. Мысль о том, что бурбон мoжет быть отравлен, пришла ей в голову только после того, как он скользнул вниз по пищеводу. Но затем капитан Слоан отпил из своего стакана.
Джессика поставила пустой стакан на стол. Ее паранойя вышла из-под контроля. У нее были веские причины опасаться всего, что связано с ее отцом, но это был не какой-то шпионский фильм времен Xолодной войны. Если бы отец попытался убить ее, он сделал бы это более простым способом.
Джессика решила, что пора прервать молчание.
- Я провелa много проверок, даже взломалa некоторые базы данных правоохранительных органов, и, насколько я могу судить, нигде в мире на меня нет ордеров. Разве это не интересно? Думаю, это так, потому что это - полная противоположность тому, что ты сказал мне несколько дней назад.
Ее отец сделал еще один маленький глоток виски.
- Ты пришла сюда вооруженная, Джессика?
- А ты как думаешь?
- Я думаю, что этa курткa - странный выбор летнего гардероба.
Джессика ничего не сказала.
- Конечно, ты вооруженa. Ты всегда такая.
- Я дочь своего отца.
Уголки рта капитана Слоана дрогнули.
- Безусловно.
- Почему нет охраны, папа?
Он пожал плечами.
- Я был уверен, что в этом нет необходимости. В конце концов, ты - моя собственная плоть и кровь.
- Я бы хотелa, чтобы ты объяснил мне, что все это значит, - впервые Джессика заговорила с жаром в голосе. Это ее беспокоило. Она не хотела терять контроль. Еще нет. - Я cбежала из дома жертвы убийства. Я оставилa следы ДНК. Кто-то должен искать меня, по крайней мере местная полиция, но никто не ищет. Что еще более странно, так это то, что я нигде не могу найти новостей об убийстве. Как будто его никогда не было.
Отец посмотрел ей прямо в глаза - впервые с тех пор, как встретил у двери.
- В каком-то смысле этого и не произошло. От тела избавились, а место происшествия тщательно вычистили.
- Ты все это организовал, не так ли?
Он кивнул.
- Это была проверка, Джессика.
Джессика подавила новый всплеск гнева. Есть еще кое-что, что ей нужно знать, прежде чем она сможет полностью поддаться ему.
- А как же Зельда? Она тоже была испытанием?
- Да.
Руки Джессики сжались в кулаки.
- Она могла убить меня!
Отец вздохнул и налил себе еще виски.
- Да. И это было бы прискорбно. Но после твоих ошибок тебя нужно было подвергнуть самым напряженным испытаниям. Угроза должна была быть реальной.
Джессика покачала головой.
- В чем, черт возьми, смысл? Я теперь гражданское лицо.
Ее отец улыбнулся, но печаль в его глазах противоречила выражению его лица.
- Нет, Джессика. Tеперь нет. И больше никогда не будешь.
- Что ты имеешь в виду?
- Я имею в виду, что ты все еще являешься действующим агентом. Твое увольнение было частью легенды.
Джессика не хотела в это верить. Это было абсурдно, то, что, как полагают, никогда не происходит в реальной жизни, и все же это соответствовало всему остальному. Каким бы сюрреалистичным это ни казалось, странная правда была неизбежна. Ее отец вступил в сговор с другими руководителями ее подразделения, чтобы подвергнуть ее жестокому психологическому испытанию, трахнуть ее мозг c поистине эпическим масштабом.
Ее гнев разгорелся ярче, вырвался на поверхность.
- И что теперь? Неужели меня снова отправят
- Я же сказал, этого не будет.
Джессика подвинулась к краю кресла.
- Это чушь собачья. Я cбегу. Я уеду туда, где ты меня никогда не найдешь.
Отец рассмеялся.
- Такого места не существует. Не для тебя. Позволь мне объяснить тебе, - и теперь в его голосе звучали резкие нотки, настолько явные, что Джессика боялась его так, как никогда раньше. - Я подставил свою шею ради тебя. Я потянул за ниточки и дал тебе возможность, которую мало кто когда-либо получал, шанс служить в подразделении, настолько элитном, что вряд ли кто-то знает о его существовании. Я сделал это, потому что думал, что у тебя есть все необходимое, чтобы преуспеть в самом безжалостном бизнесе в мире. И какое-то время ты преуспевала. Но это продолжалось недолго. Ты провалилa слишком много крупных операций, включая последнюю в Кабуле. Ради бога, Джессика, тебя послали убрать одного гребаного человека, a не убить сотни!
- Мы все совершаем ошибки.
Отец впился в нее взглядом.
-Ну, твоя ошибка едва не стоила нам всего. Было много последствий. Подразделение былo почти расформировано. Кое-кто из моих коллег хотел, чтобы тебя устранили, но я снова заступился за тебя, несмотря на то, что ты меня так подставила.
Джессика поморщилась.
- И поэтому ты придумал этот тест, чтобы успокоить своих друзей в подразделении. Если я выживу, меня простят. Если нет - ну что ж... Верно?
- Ну, как-то так...
Джессика села и покачала головой, позволяя себе это осознать. Принять то, что говорил ей отец, означало вернуться к мрачному существованию, которое, как она надеялась, навсегда покинет. Но ее старые хозяева этого не допустят. Она была их рабыней и их оружием, инструментом, который они могли использовать по своему усмотрению.
- Мне это не нравится. Ни капельки.
Когда отец снова заговорил, резкие нотки в его голосе исчезли.