Брайан Кин – Черви-Завоеватели (страница 8)

- Вот почему ты до сих пор не приходил посмотреть, был ли я поблизости?

Он кивнул.

- Я думал, что ты уехал с Национальной гвардией, пока не увидел тебя в грузовике. Потом, после этого, я собирался прийти проверить, но я не хотел оставлять ее одну. Мейси и ее выводок – это все, что у меня осталось. Было бы стыдно просто бросить их вот так. Что, если бы что-то случилось, пока меня не было?

Я пожал плечами.

- Что может случиться?

Голос Карла понизился до шепота.

- Я не знаю, Тедди. Но иногда... иногда я слышал кое-что по ночам. Снаружи, под дождем. Мейси тоже их слышала, и это заставляло ее рычать и лаять.

По какой-то причине у меня в голове промелькнул стих из Библии.

То, что вырастает из праха земного и разрушает надежду человека.

- Что ты слышал? – спросил я.

- Я толком не знаю, как это описать. Может быть, хлюпающий звук.

- Это просто дождь.

Я положил руку на дверную ручку.

Карл закончил со своими ботинками.

- Нет, сэр, я не думаю, что это был дождь. Было что-то еще – что-то вроде свиста. У меня мурашки побежали по коже, когда я это услышал.

Я уставился на него. Я видел, как болезнь Альцгеймера и слабоумие забрали некоторых из моих самых близких друзей, но Карл, похоже, не страдал этим. И, похоже, он еще не сломался от напряжения. Он выглядел как обычно.

К тому же я и сам кое-что слышал в это самое утро. И видел.

Что-то, похожее на червей размером с собаку, извивающихся на моем навесе для машины.

- Все, что я могу сказать, - продолжил он, - это то, что это было неестественно.

- Ну, я думаю, ты бы понял это. Давай, помоги мне, если хочешь.

Мы снова вышли к навесу для машины. Пока мы пробирались сквозь червей и через болото, которое заменило мой задний двор, Карл рассказал мне, что произошло дальше.

Он не хотел выходить из дома, потому что Мейси только что родила, а глаза щенков еще даже не открылись. Он не хотел оставлять их одних, даже на те несколько минут, которые потребовались бы, чтобы найти меня. У Карла было большое зефирное сердце, когда дело касалось этой дворняги.

Дом Карла, почтовое отделение и продовольственный магазин были частью одного большого ветхого здания. К концу второй недели земляной подвал был затоплен, а к тридцатому дню фундамент начал скрипеть и стонать. Тем не менее, он отказался уходить, желая быть рядом со своей собакой и ее новорожденным выводком.

Он проснулся этим утром на рассвете; вероятно, примерно в то же время, что случилось с птицей.

- Что тебя разбудило? - спросил я, когда мы шли через грязный двор.

- Мейси лаяла и выла так, что могла разбудить и мертвого, - сказал Карл. - Ничто не могло ее успокоить. И щенки тоже все скулили.

- Ну, и что же их так взбудоражило?

- Дом начал трястись. Сначала я этого не заметил, но собаки заметили. На канале "Discovery" говорили, что животные знают о землетрясениях еще до того, как они случаются. Я думаю, это было что-то в этом роде.

- Землетрясение?

- Ну, я думаю, что это оно и было. Конечно, так и казалось. Выбило посуду из шкафа, и мой развлекательный центр упал. Сломался тот большой телевизор, который я купил в "Уолмарте" в прошлом году.

- Жаль это слышать, - сказал я, и это было правдой.

Карл любил этот телевизор почти так же сильно, как и свою собаку.

Он пожал плечами.

- Все равно смотреть было не на что, из-за того, что отключили электричество и все такое. Я предполагаю, что спутники там, наверху, все еще передают сигналы и тому подобное, но больше некому смотреть телевизор.

- Так что же ты сделал? - я подтолкнул его, пытаясь вернуть в нужное русло. - Ты сказал, что дом погрузился в землю?

Ботинок Карла погрузился в грязь, и он вытащил его с хлюпающим звуком.

- Все продолжало трястись и дребезжать. Я выбежал на улицу, чтобы завести грузовик. Решил, что загружу туда собак и все остальное, что смогу унести, и приду за тобой. Не знаю почему. Я был напуган, понимаешь? Я не мог четко мыслить. Не знаю, на что я надеялся, что бы ты мог сделать, чтобы помочь, но ты понимаешь?

Я кивнул.

- В любом случае, я развернулся, чтобы вернуться в дом и забрать собак, а потом...

Его голос надломился.

- Продолжай, Карл.

- Затем вся конструкция рухнула. Она просто погрузилась в землю. Мой дом, собаки, магазин, сарай, большой старый дуб на заднем дворе, с которого все еще свисали качели, даже фонарный столб. Все это исчезло в считанные секунды, поглощенное землей. Грязь была такой жидкой, что не было даже облачка пыли или чего-то еще. Все это просто ушло в землю.

- Ушло? - я был ошеломлен.

- Ушло. Грязь просто поглотила все. Я думаю, это была воронка. Может быть, ее открыло землетрясение. Должно быть, я построил свой дом прямо над одной из них, и он стоял там все эти годы. Дом Майка Рэппа полон ими, а я всего в нескольких шагах от него.

Я обдумал такую возможность. Западная Вирджиния была печально известна провалами, особенно в юго-восточной части, где мы находились. Они усеивали все холмы и пастбища в округе, а горы были изрыты известняковыми пещерами, карьерами и старыми шахтами.

- Я слышал Мейси, - прошептал Карл. - Она выла и скулила под землей. Дыра обрушилась сама на себя. Стены запечатали ее. Но я все еще мог слышать ее, очень слабо, под землей. А потом она замолчала. Я начал копать руками, но грязь продолжала падать внутрь. Больше я ничего не мог сделать, и я чувствовал себя так...

Его лицо осунулось, и он начал плакать. По его обветренному лицу катились крупные слезы. Его плечи задрожали, а дыхание перехватило в груди.

- Она мертва, и я ничем не мог ей помочь.

Я хотел утешить его, но не знал, что сказать, поэтому промолчал. Мы с Карлом были не из тех, кто обнимает друг друга. Мы не соприкасались с нашими интимными сторонами, и я осмелюсь сказать, что мы не были метросексуалами. Мужчин нашего поколения так не воспитывали.

Я сделал единственное, что мог. Я положил руку ему на плечо.

Он вытер глаза.

Этого было достаточно.

Мы подошли к поленнице, и я подумал о провалах и о том, мог ли стоять мой дом над одним из них.

Но то, что мы обнаружили, добравшись до поленницы, не было провалом.

Это было нечто гораздо хуже.

И это было только начало...

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

- Боже мой, - пробормотал Карл. - Это, должно быть, был чертовски большой сурок.

Я не ответил. Кряхтя, я напрягся, чтобы снова поставить керосиновую бочку вертикально. Карл достаточно долго выходил из оцепенения, чтобы помочь мне. Старость не радость – просто и понятно. Пятнадцать лет назад нам потребовалась бы минута, чтобы поднять эту бочку, но сейчас это заняло несколько минут и много пыхтения и напряжения между нами двумя.

Измученные, мы оба уставились на дыру.

- Ты что-нибудь знаешь? - я тяжело дышал.

- О том, что это такое?

- Я вообще не думаю, что это был сурок.

- Лиса?

- Нет. Посмотри на это, Карл. Онa слишком великa для твари.