Брайан Эвенсон – Мученик (страница 21)

– Успокойтесь, Таннер. На самом деле мы ничего не раскрываем. Мы просто делаем вид. Раз мы сами дадим материал в прессу, мы сами и решим, в каком виде его представить. Если правильно разыграть эту карту, мы окажемся в еще более выигрышном положении, чем раньше.

– Но как мы это сделаем?

– Все просто, – сказал Полковник. – Созовите пресс-конференцию. Сообщите, что посмотрели запись, о которой сейчас все говорят, что слышали разные толки и решили: настало время поведать миру правду. Вы передадите журналистам все ваши записи и попросите пустить их в эфир. Многого вы от этого не потеряете, поскольку масса народу уже видела отдельные фрагменты. Найдется какой-нибудь любопытный тип, и он сможет свести все куски воедино и понять общую картину – так же, как это удалось сделать вам.

– И чем нам это поможет?

– Здесь важно, как преподнести эту историю, – назидательно произнес Полковник. – Прикрываться розыгрышем нельзя – это только распалит воображение придурков, которым всюду мерещатся заговоры. Поэтому нужно будет скормить им версию, максимально близкую к правде, но так, чтобы не повредить нашему делу.

– Но как много можно открыть?

Полковник нахмурился:

– Вы что, хотите, чтобы я все сказал за вас? Таннер, где же ваше воображение? Итак, сперва вы сообщите, что Хеннесси сошел с ума. Те, кто видел запись, без труда поверят. Вы скажете, что пригласили его в Чиксулуб для испытания экспериментальной модели батискафа, оснащенной буром. Этот аппарат способен, по крайней мере в теории, находясь под водой, проникнуть вглубь скальных пород. Вы уверены, что новый батискаф произведет настоящую революцию в деле разработки подводных месторождений полезных ископаемых – конечно, если удастся выявить и устранить все неполадки. Пока улавливаете ход моих мыслей?

– Да, – покорно кивнул Таннер.

– Так или иначе, вы остановили выбор на Хеннесси из-за его большого опыта управления подводными аппаратами, а также потому, что он свой человек для корпорации и умеет держать язык за зубами. Безусловно, когда речь идет о подобных технологиях, самое главное – хранить всю информацию в тайне. Для проведения испытаний батискафа вы прибыли в Чиксулуб… Почему?

Перед тем как ответить, Таннер немного подумал.

– Потому что Чиксулуб находится в относительной глуши. Здесь проще, чем в каком-либо другом месте, сохранить конфиденциальность. Кроме того, здешние условия позволяют проверить аппарат в деле на различных геологических слоях.

– Ну что же, неплохо для начала, – одобрил Полковник. – Потом еще отшлифуете как следует свою речь. Я же, чтобы прикрыть нас, организую задним числом несколько официальных разрешений на проведение испытаний. Итак, вы совершили ряд погружений на мелководье невдалеке от берега. Управляли батискафом Хеннесси и еще один опытный пилот, Дантек. Все шло нормально, без каких-либо проблем. Тогда вы приняли решение – после консультаций с президентом Смоллом, – что настало время перенести испытания на большие глубины.

Что произошло потом, вы точно не знаете. Когда вы распорядились приготовить аппарат к погружению, члены команды доложили, что батискафа нигде нет. Вы попытались найти Хеннесси с Дантеком, и выяснилось, что они тоже пропали. Вы пришли к выводу, что эти двое самовольно забрали аппарат – вероятно, с целью похитить. Были организованы поиски, вы непрерывно пытались выйти на связь с батискафом, но ответа так и не получили. То ли они находились вне пределов досягаемости гидролокаторов, то ли выключили двигатели.

Губы Полковника растянулись в ухмылке, так что обнажились зубы.

– Далее вы скажете журналистам, что в конце концов получили информацию о пропавшем аппарате – это была та самая передача, которую вам удалось перехватить. Что произошло на борту, неизвестно, но очевидно одно: Хеннесси слетел с катушек. Вы смогли определить координаты места, где находится аппарат – он застрял глубоко в скале в подводном кратере, – и теперь обратились за помощью к военным, чтобы они достали батискаф. Вы скажете, что, если военным удастся его вытащить, вы сочтете своим долгом информировать журналистов обо всем, что произошло на борту в те последние роковые часы.

– Военные? – с сомнением протянул Таннер. – Мне кажется, это неразумно.

– Неразумно? Да это просто блестящая идея! Это даст возможность изменить масштаб операции. Больше не придется работать тайком.

– Но к кому обращаться? – все еще недоверчиво спросил Таннер. – Не случится ли так, что они перехватят у нас объект?

Полковник снова улыбнулся «милой» крокодильей улыбкой:

– Вы уже к ним обратились. – И он ткнул обоими большими пальцами себе в грудь. – Вы уже работаете с ними.

27

Едва Олтмэн уселся за стол, как раздался стук в дверь.

– Кого-нибудь ждешь? – спросил он Филда.

Тот покачал головой:

– По крайней мере, я об этом не знаю. Мне открыть или ты сам?

– Все равно, – сказал Олтмэн.

Он направился к двери, но на полпути вернулся и закрыл зашифрованный сайт. Стук повторился.

– Минутку! – крикнул Олтмэн и снова пошел к двери, но не успел дойти, как постучали еще раз – теперь громче и настойчивее.

На пороге стояли двое незнакомых мужчин. Олтмэн предположил, что это местные. Оба были в галстуках и начищенных до блеска темных туфлях. Один был высокого роста, худощавый, со смуглой кожей и колючими черными усами, второй – менее загорелый и чисто выбритый. Между большим и указательным пальцами (так обычно держат косячок) он сжимал дымящуюся сигарету. Когда Олтмэн открыл дверь, мужчина как раз жадно затягивался.

– Что вам угодно? – спросил Олтмэн.

– Мы ищем одного человека, – сказал высокий пришелец по-испански. – Мигеля Олтмэна.

– Майкла, – поправил Олтмэн. – Могу я спросить зачем?

– Так это вы, что ли? – спросил высокий.

– А кто его спрашивает? Кто вы, собственно, такие?

Безусый снова сделал затяжку, при этом щеки его так втянулись, что он на мгновение напомнил покойника.

– Здесь спрашиваем мы. – Он сунул руку в карман и достал жетон. – Полиция.

– С Адой что-то случилось? – спросил Олтмэн, и сердце у него подскочило к горлу.

– Можно нам войти? – поинтересовался высокий.

Олтмэн открыл дверь пошире, и полицейские, проскользнув мимо, проникли в комнату. Филд с любопытством наблюдал за ними.

– Привет, Филд, – сказал курильщик.

– И вам привет, офицер Рамос. У вас дело ко мне?

– К твоему другу. Может, оставишь нас ненадолго?

– Он мне не друг. Мы просто вместе работаем. – Филд встал и медленно заковылял из лаборатории.

Высокий полицейский пододвинул к себе стул Филда и уселся на него. Рамос прислонился к стене возле стола Олтмэна.

– Что случилось? – нервно спросил Олтмэн. Его беспокойство за Аду выросло до предела. – С ней все в порядке?

– Вашей подруги это никак не касается. Вы знаете Чарльза Хэммонда? – спросил высокий ровным, невыразительным тоном. Имя Чарльз он произнес так, будто это были два разных слова: Чар-леза.

– Техника? Да, я с ним встречался.

– Галло, он говорит, что встречался с ним, – заметил Рамос. – И что бы это значило?

Высокий полицейский, Галло, проигнорировал реплику коллеги.

– Насколько хорошо вы его знали? – спросил он Олтмэна.

– Не особенно. Мы встречались всего один раз.

– Галло, он говорит, что они встречались всего раз, – снова встрял Рамос и затянулся сигаретой.

– К чему все эти вопросы? – поинтересовался Олтмэн.

– Действительно, к чему? – протянул Рамос.

– Где вы встречались? – продолжил допрос Галло.

– В баре.

– С какой целью?

Олтмэн задумался.

– Он хотел мне кое-что рассказать.

– Галло, мне это кажется подозрительным, – сообщил Рамос. – В каком баре?

– Сколько времени вы там провели? – Это уже Галло спросил.

– Послушайте, кто из вас задает вопросы? Вы сбиваете меня с толку.

– Просто ответьте на мой вопрос, – по-прежнему ровным тоном сказал Галло.

– И на мой, – тут же добавил Рамос.