Boroda – Управляю недопониманиями (страница 65)

Сейчас же… ему было трудно даже дышать. Столько лет слепоты. Столько лет ребёнок, которого так ждала его любимая, которого он сам обожал до безумия, видел одну лишь тьму. Упрёки, насмешки, издевательства. И безразличие отца.

Да, его бывшие слуги говорили. Сложно молчать, когда тебе ломают кости, рвут зубы и ногти, прижигают плоть. Они использовали графа Валуа в своей безумной мести… Мести младенцу! Давали советы, как «правильно» относиться к ребёнку. Врали, что Мэрили нравятся их отношения. Скрывали правду об атмосфере, окружающей его дочь. Везде! Внутри дома, в Академии, в высшем свете! А он… словно слепой крот, больной глухотой на оба уха, с пораженным слабоумием мозгом… Верил. Проклятая вера. Даже самые верные, проверенные могут предать, вонзить нож в спину… если бы только в его спину!!!

Но тех, кто испытывал ненависть ещё можно понять: Демпфер знал, что отрицательные чувства и эмоции толкают других на неадекватные, противоречащие здравому смыслу и логике поступки, но часть слуг…

Быть тварью по отношению к дворянке потому что «все так делают»?! Что… что это за объяснение? Насколько нужно быть кретином, чтобы не осознавать всего ужаса надвигающихся последствий? О тех, кто откровенно наслаждался возможностью измываться над благородной леди он и думать не хотел — грязь и падаль.

И самое неприятное было в том, что старые слуги старались подбирать на вакантные места именно таких отбросов — либо тупых, либо с подлыми помыслами. Опять же, водя за нос графа Валуа.

— Человек, которого невозможно обмануть, — не к месту пришло воспоминание о том, как однажды его назвал Король. Разговор был о делах и деньгах, как и все остальные, но сейчас слова сюзерена казались жесточайшей насмешкой.

Слуги ему лгали восемнадцать лет. Зная о специфике разума своего господина, эти люди нагло воспользовались своим знанием ради превращения любящего отца в орудие пыток для дочери!

Это было дико, абсурдно, фантасмагорично, но оно было именно так. Бредовая и жуткая театральная постановка, в которой он был шутом, посмешищем. Тупым героем, которого водили за нос все, кому не лень. Спектакль… Закончившийся резнёй, учинённой «комедийным» персонажем. Клоун и паяц превратился в кровавого палача.

Мужчина посмотрел на перемазанные в крови руки, и глубоко вздохнул. Потом. Он будет думать о не самых важных вещах после. Вечером вернётся Мэрили, а штат прислуги даже не ополовинен — уничтожен.

Хм… Прислуживать за столом будут оставшиеся две служанки, а вот на кухню работников придётся пригласить. Хорошо, что дочь, возвращаясь из особняка Брэйн, большую часть времени проводит в своих комнатах…

Дворянин до боли в челюсти стиснул зубы. «Хорошо». Ни капли не хорошо. Эти твари буквально загнали его Мэрили, будущую хозяйку этого дома, в добровольное заключение. Булава, с ненавистью брошенная в стену, выбила из неё искры и зазвенела, упав на камни пола.

Чтобы найти хотя бы временную замену обескровленному штату прислуги времени мало, но оно есть. То, что нужно будет говорить Мэрили он уже объяснил второй служанке дочери. Отец прибрался, а где пропавшие слуги и рыцари — приказал молчать.

Мужчина бросил косой взгляд на Виту. Ту трясло, словно тоненькое деревце на ветру. Бледно-зелёная, несколько раз избавившаяся от содержимого желудка, она стояла с широко раскрытыми глазами полными ужаса. Молоденькая девушка не сводила взгляд с повелителя, нервно комкая руками белоснежный фартук.

Испугана, в ужасе… Демпфер Валуа не испытывал мук совести. Конкретно эта девочка одна из двух ЛИЧНЫХ горничных её дочери. И граф не желал, чтобы у той возникла даже мысль предать Мэрили. Сегодня она видела, что происходит с предателями. Сейчас девушка уйдёт к себе, выпьет успокоительного зелья, и в дальнейшем станет для Мэрили одной из самых верных слуг.

— Иди, — отпустил девушку граф, провожая ту взглядом до двери из комнаты подвальных помещений.

Походка у Виты была нетвёрдой, девушку чуть пошатывало, но Демпфер не сомневался, что помощь той не потребуется. Она, как-никак, смогла наблюдать за казнями стоя на своих двоих, ни разу не потеряв сознание. Немного успокоится и…

— Успокаивающее зелье… — пробормотал мужчина. Снова его кольнуло в груди иглой боли.

Барон Брэйн. Как бы ни был граф к нему расположен, но ему было неприятно осознавать, что мужчина знал о том, что твориться в особняке. Знал, именно поэтому он хотел, чтобы граф проконтролировал, кто принесёт Мэрили зелье. И успокоился рыцарь только после слов Мэрили о личности служанки, что позаботится об успокоительном.

Демпфер понимал, что безмерно виноват перед дочерью, но душу терзала нелогичная, иррациональная… обида. Больше на самого себя, и немного на этого везучего дворянина, которому доверилась Мэрили.

***

— Светлые Боженьки, Светлые Боженьки… — Вита, на деревянных ногах войдя в свою небольшую комнатку личной служанки наследницы дома Валуа, упала прямо на пол. Попа больно ударилась о жесткий паркет, но горничная не обратила на это внимания, обнимая себя за плечи дрожащими руками. — Страшно, Боженьки, как мне страшно…

Молодая девушка с силой прикусила губу, почувствовав, как по щекам побежали слёзы. Ей… нет, ей почти не было жалко всех тех смертей, она просто изо всех сил сдерживала крик ужаса и истерику. Дом Валуа… проклятое сборище сумасшедших!!! Точнее… точнее… Нет, её леди и Мелинда… они нормальные. И две новенькие, что с ней пришли в этот дом. Но вот остальные слуги… А ведь Вита знала, что рано или поздно чем-то таким закончится.

Хотя… нет, не знала. Даже не предполагала. Юная воспитанница детского дома, по невероятной, как она тогда думала, удаче, и с протекцией могущественных людей, попала в этот особняк. Да, ей крайне непрозрачно намекнули, что будет прекрасно, если она поддержит молодую леди.

«Само собой», — тогда удивлённо согласилась Вита. Кто, демоны побери, в здравом уме будет вызывать на себя гнев НАСЛЕДНИЦЫ ДОМА ВАЛУА?!

Оказалось… таких тут, за редким исключением, целый особняк. Был.

«Ну и дураки», — подумала тогда Вита, и не стала делать глупостей, что очень скоро было вознаграждено вниманием от самой леди Мэрили и её доверенной служанки — Мелинды. Тут, конечно, не совсем заслуга Виты — её буквально перехватили почти сразу, как девушка пришла служить в этот особняк.

«Как замечательно!», — улыбалась новоиспечённая вторая личная служанка Госпожи, пересчитывая денежки, выделенные ей в виде премии.

Дитя скорби… Пф! В детском доме таких было немало. Это у благородных женщины во время родов почти не умирают, а у простолюдинов подобное происходит нередко. Её подруга из приюта, к примеру, тоже дитя скорби. Да, волосы у неё не белые, глаза не красные, но во время родов её матушка умерла, а папаша сдал ребёнка в приют. Хорошо хоть иногда приходил «проведать». Поддатый правда был всегда. Наверное поэтому и приперался, и слёзы лил, и прощения просил. Придурок. Сам один раз рассказал, что первенца-дочь отдал в детдом, чтобы жениться ещё раз спокойно. С сыном, небось, так бы не обошелся…

— Светлые Боженьки… — тусклым голосом повторяла девушка, продолжая сидеть на полу, раскачивалась из стороны в сторону, погрузившись в какой-то транс. Мысли крутились в голове такие… бесцветные, безвкусные. В груди было пусто-пусто… и страшно. Только вот страх и ужас ощущались как-то далеко, приглушенно, словно стояли за толстой дверью.

Горничная предрекала ненормальным слугам Валуа неприятности. Но не такие. В её воображении, Госпожа, когда унаследует место главы рода… или даже вместе со своим супругом, просто погонят всех этих странных и жестоких людей поганой метлой на улицу. А сама Вита, показавшая свою верность, получит вознаграждение. Тёпленькое место не только для себя, но и для будущего мужа, для детей.

Она даже раздумывала о том, что может стать любовницей нового лорда. Шансы были — она очень красива, молода, да и природа её в нужных местах не обидела. А когда ещё немного повзрослеет те самые места станут ещё привлекательнее. Правда, девушка, познакомившись с Госпожой получше, поняла, что о конкретно этой идее стоит забыть. Во-первых, леди Мэрили очень хорошо относилась к личным слугам, и портить с ней отношения просто не хотелось. Из первого проистекает и второе: её госпожа настоящая собственница и очень ревнива. Она точно не будет безразлична к фаворитке супруга, как, по слухам, воспринимают подобные ситуации некоторые аристократки. И Вита банально не хотела её расстраивать. Даже не потому что это может прибавить проблем, а просто… Просто!

Блуждающий по комнате взгляд наткнулся на тумбу, где она хранила некоторые свои вещи. Там, за дверцей, стояли и пара флаконов с зельями. То, что нужно почти каждой девушке, у которой есть деньги на соответствующую алхимию. Обезболивающее, а раз в месяц у Виты ну очень сильно болел живот, и успокоительное… Чрезвычайно полезное творение алхимиков. Мелинда посоветовала: когда не спиться, всего несколько капель на стакан воды, и все проблемы уже не кажутся такими уж ужасными, а сон приходит легко и быстро.

Девушка протянула к тумбе руку…

Она сама не знала, чего ждала. Что дверка волшебным образом откроется, и флакон влетит в раскрытую ладонь? Увы, ничего подобного не произошло, поэтому, горестно вздохнув, Вита… поползла к месту хранения зелья на карачках. Встать она сейчас бы не рискнула. Даже несмотря на странное состояние, что руки, что ноги ходили ходуном, и она была совершенно не уверена, что сможет пройти даже несколько шагов.