Boroda – Управляю недопониманиями (страница 47)

Дальше… вновь произошло непонятное… девушка раскрыла глаза ещё шире, часто заморгала, и отвернулась. На вопросы Демпфера о её самочувствии, жрица только мотала головой, попросив странно-прерывистым голосом дать ей немного времени, чтобы прийти в себя. Посчитав, что девушка напугана, наследник графа Валуа потратил несколько секунд на борьбу с желанием всё же убить преступников на месте…

Тот день стал значительной вехой в жизни дворянина. И в познании самого себя, и в отношении к Акселерации. Теперь монологи жрицы перестали быть фоновым, иногда раздражающим шумом. Они зазвучали аккомпанементом его жизни. Его персональной мелодией. Именно в щебете своей жрицы, Демпфер смог разглядеть красоту музыки, которая раньше была для него лишь звуками, не трогающими ни одну струну души.

Дни сменялись днями, те — неделями, переходящими в месяцы, и наследник Валуа мог бы сказать, что жизнь его полностью устраивала… Если бы… он не узнал, что такое жадность.

Демпферу было мало просто слушать жрицу. Мало просто смотреть на неё. Мало любоваться золотом её волос и лазурью глаз. Он не мог понять, чего ему не хватает, пока в один из дней девушка не споткнулась о край ковра, лежащий в его кабинете. Воину Ауры не составило труда мгновенно оказаться рядом с Акселерацией, и подхватить девушку, чей висок неумолимо приближался к углу стола. Тогда, прижимая к себе хрупкую фигуру девушки, Демпфер понял, чего он желал. Прикосновений. Близости. На мгновение ему даже показалось, что где-то на периферии зрения появились распускающиеся цветы — алые розы, и послышались странные, фантомные звуки незнакомой мелодии.

Он сделал ей предложение. Логичный и правильный выход из ситуации. Демпфер желал стать ближе к жрице, а Акселерация и так почти ежедневно проводила с ним всё время. Благо, принадлежность к Храму позволяла ей игнорировать светские условности, ведь за моральный облик жреца отвечают боги. Поэтому, глядя в глаза девушки, он предложил ей стать леди дома Валуа, его женой. Ответ был хоть и странный, но положительный: ему ярко, даже ослепительно улыбнулись, провели ладонью по щеке, после чего голос, ставший ЕГО музыкой произнёс: «Ну наконец! Разумеется, да!».

Дальше… шел самый приятный период жизни лорда Демпфера Валуа, наследника графства Валуа, и его супруги — леди Акселерации Валуа. Воспоминания о годах, проведённых с супругой Демпфер вспоминал с неизменной теплотой, и горьким сожалением о своей потере.

Тихое счастье — для него это словосочетание было как ни для кого актуально. Наследник Валуа не умел радоваться как остальные, но их с женой совместная жизнь, для него, была наполнена тихой, и в то же время всеобъемлющей радостью. Он даже посещал с ней театр и оперу, выкупив ложи, ходил по ресторанам и кафе. Не то, что это приносило ему какое-либо удовольствие, но ключевой момент — присутствующая с ним рядом супруга.

Граф и графиня, после церемонии бракосочетания, настояли на свадебном путешествии для молодых, и Акселерация выбрала Архипелаг. Главным аргументом отца с матерью был их преклонный возраст: если Демпфер примет ношу главы рода, то выбраться в путешествие станет для него и супруги затруднительно.

Само путешествие проходило для наследника Валуа не так, чтобы очень увлекательно — лёгкое любопытство от знакомства с тем, о чём он лишь читал ощущалось, но без присутствия супруги, и демонстрируемого ею восторга, Демпфер, скорее всего, вернулся бы в Эйрум сразу, как выдалась бы такая возможность. Плыли лорд и леди на личном корабле графа Валуа, в составе крупного торгового флота благородной фамилии. Кстати, возможность принимать участие в крупных сделках купцов Валуа немного помогала Демпферу смириться с просто непостижимым количеством впустую потраченного времени.

К тому же связь… Из-за того, что корабль находится в постоянном движении (значение имела даже лёгкая качка) отправлять или получать корреспонденцию походными порталами не было возможности. Чёрных Магов такой силы, чтобы открыть даже крохотную Дверь в Темноте на подобные расстояния в распоряжении Валуа не было: слишком те были редки, и самые могущественные служили в Башне под прямой протекцией её Хозяйки и Его Величества. Поэтому, обмен письмами проходил лишь на островах Архипелага. Не очень удобно, особенно на фоне того, что Демпфер предпочитал держать руку на пульсе всех направлений, во главе которых его поставил отец.

К сожалению, их путешествие подошло к концу не продлившись и года: сначала пришло письмо от матери, которая писала, что отец сильно ослаб и слёг в постель. Ясность ума он не терял, но сил вести все дела графу уже не хватало. Жрецы разводили руками, потому как глава рода Валуа не был болен — он был стар, и организм просто исчерпал свой ресурс. Было необходимо возвращаться, чтобы принять печать главы рода.

Обратный путь занял около трёх месяцев — просторы Океана требовали к себе уважения, и не терпели легкомыслия, жестоко наказывая глупцов. Увы, на островах не было стационарных порталов, подключенных к сети Эйрума, а «прыгать» даже на ближайший к его отечеству остров, чтобы быстрее добраться домой — небезопасно. Валуа — богатейший род Эйрума, и наследник фамилии с супругой — лакомые цели для разбойников и авантюристов всех мастей. Идти по воде вне состава сильной эскадры — практически приглашать пиратов взять на абордаж корабль, везущий супругов Валуа.

Скорейший путь к побережью Эйрума был ещё и максимально бедный на сушу: три порта по дороге располагались на «плавучих островах», что опять-таки делало невозможной портальную связь. Демпфер, можно сказать, оглох и ослеп, а по прибытии в порт прибрежного городка Эйрума узнал, что перемены вышли далеко за рамки будущей смены главы графства Валуа. Произошел переворот!

События пустились вскачь, полностью разрушив на время атмосферу спокойного счастья молодоженов. Портал в столицу, скорейший путь в особняк, море по-настоящему значительной информации, нуждающейся в тщательном анализе и осмыслении в кратчайшие сроки! Дело в том, что отец очень быстро из просто лежачего, но здравомыслящего, превратился в тяжелобольного, редко приходящего в себя старика. Матушка всеми силами старалась поддерживать дела графства, но из-за состояния главы рода и отсутствия наследника, никто не пришел на помощь сюзерену — у графини просто не было власти посылать рыцарей дома.

Мысль о поддержке мятежа Демпфер в то время не допускал — идея предательства правящей династии была просто чужда ему, принявшему «правила» социума, как константу. Но каково же было его удивление, когда отец, выглядящий крайне плохо, поведал, что специально принимал слабый яд, чтобы род Валуа не смог участвовать в происходящем. Глава рода Валуа взял на себя груз позора, чувствуя уже приближающуюся смерть. Естественно, знание о том, что провернул граф должно было остаться только с ним и наследником. Даже графиня не была в курсе, а слуга, принёсший яд уже скоропостижно скончался.

По словам графа, династия Рэйвенов выродилась, и последний Король демонстрировал просто ужасные навыки управления подданными. Идея сместить его в пользу старшего сына заговорщиками была отброшена, так как юноша с самого детства демонстрировал привычки едва ли не хуже отцовских.

Хоть для Демпфера это было и за гранью понимания, потому что граф приводил не самые понятные ему аргументы, наследник принял сказанное. А когда узнал, что послужило поводом для восстания, даже признал, что в каком-то смысле понимает Кронштейнов. Демпфер и сам, скорее всего, попытался бы убить монарха, если бы тот позволил себе вольности в отношении Акселерации.

В итоге, после принятия из рук отца перстня главы рода, Демпфер отправился в королевский дворец приносить присягу. Педро Четвёртый милостиво принял его, простив Валуа за отсутствие их сил в сражениях (не бесплатно, естественно), и посочувствовал Демпферу в отношении здоровья его отца. Разумеется, по новосозданному Двору (впрочем, изобилующему старыми лицами) ходили шепотки о трусости Валуа. Тихо и недолго. Тихо, потому что никто не хотел ссориться с богатейшей фамилией, а недолго, потому что через две недели предыдущий граф скончался, подтвердив свои слова о тяжелом состоянии здоровья.

Произошедшее… нельзя сказать, что Демпфер ничего не почувствовал. К отцу он относился хорошо, с огромным уважением, как к учителю и воспитателю. Почивший родитель сделал для Демпфера очень много, внося ясность в окружающий, непонятный и сумасшедший мир. Большая часть правил, законов и условностей, благодаря которым наследник Валуа… выжил в светском обществе, была вложена в его голову отцом и матерью. Но «горя»… не было. Печаль, сожаление, но ничего подобного бесконечной скорби матери он не испытывал. Увы… графиня не смогла с нею справиться, отправившись вслед за отцом уже через два месяца. Она просто угасла.

Вторая потеря Демпфера… кажется после смерти матери, утратив всех родных, что были с ним с самого рождения, он смог понять идею, вложенную в понятие «тоска». Их не было. Совсем. Ни отца, к которому всегда можно было прийти за советом в очередной непонятной ситуации, связанной со взаимоотношениями между людьми, ни матери, которая была своеобразным переводчиком того, что происходило в женском обществе. Пропали разговоры за столом… они его никогда не увлекали, но сейчас… стало как-то пусто. Непонятная, иррациональная печаль беспокоила Демпфера. И только его Акселерация была неизменным Солнцем, согревающим своего мужа.