Boroda – Управляю недопониманиями (страница 19)

Тишина. Только шестеро похищенных сопели в наведённом глубоком сне, да фонили мерзостью Ада шесть гримуаров. Жест ладонью, и все книги, вместе с отрубленными конечностями Чернокнижников, занимаются весёлым фиолетовым огнём.

Удостоверившись, что всё сгорело, слабо улыбнувшись инфернальным воплям «книг», с которыми те закончили своё существование в виде проводников демонической силы, поднимаюсь наверх.

— Всё спокойно, милорд, — встречает меня коротким докладом один из Теней. — Живых не осталось.

— Замечательно. Внизу шесть жертв. Живы. Из бедных кварталов. Позаботьтесь о компенсации. Что делать с остальным — вы знаете.

— По слову вашему, — короткие кивки от командира и остальных, после чего я направляюсь на выход. Моя работа закончилась.

Выйдя на улицу, киваю в ответ на поклоны на ходу от новой группы людей закутанных в чёрное, с чистыми белыми масками. Эти будут заниматься грязным делом украшения фасада дома телами наших трофеев. Все трупы художественно развесят снаружи, каждый будет обозначен. Чернокнижники получат приколоченную ко лбу табличку «демоническая шлюха», каждый их прислужник «шлюха демонической шлюхи».

Не потому что мне нравятся грязные ругательства. Нет. Каждый в Эйруме обязан знать, кем он будет в случае сделки с силами Преисподней. Это своего рода работа с населением. Никаких громких слов типа «Адепты Тьмы» или «Культисты Преисподней», что так манят всяких тупорылых молокососов, считающих себя бунтарями. Шлюхи инфернальных тварей. В самом отвратительном значении этого слова. Не барышня, честно дарящая удовольствие и венерические заболевания за звонкую монету, а продавший душу, жопу, и всё человеческое выродок. Образ Чернокнижника в Эйруме старательно поливается дерьмом на всех уровнях человеческого социума. Среди аристократии и зажиточных простолюдинов старается Храм.

Мы же распространяем самую грязную, порочащую даже конченых извращенцев ложь среди населения среднего и низшего классов. Помои, что льются на культистов заставили бы восхищённо причмокнуть Нургла и закатить глаза от наслаждения Слаанеш. Да. Мы старались. Но, несмотря на все усилия, у Преисподней обязательно находились неофиты. И в самом королевстве демоны нащупывали слуг, и из-за границы прибывали «возделывать полянку» те, кому не хватило места «дома». Эти шестеро, например, были имперцами.

Ну, ничего не поделать, остаётся только регулярная прополка и постоянная бдительность. Это как с наркотой: немного ослабил внимание, и полезли барыги изо всех щелей…

— Опять зелья, — тихо вздыхаю, понимая, что до рассвета всего ничего.

А мне сегодня ещё во дворец на спарринги. Да и от леди Мэрили должно прийти письмо. Ещё мама с сестрёнкой через день-два приедут, нужно приём организовывать. Тильту необходимо продемонстрировать столице «официально». Будет хорошо, если младшая Евлампий найдёт подруг, ведь скоро ей в академию. Совсем будет замечательно, если они с леди Мэрили смогут стать хотя бы добрыми знакомыми. Слишком малышка Тильта скромная и нежная девочка, немного жесткости леди Валуа ей не помешает…

***

— Простите, но проезд закрыт, — хмурый стражник, с сонным лицом, подошел к закрытому экипажу.

Дверца транспортного средства приоткрылась, и из кареты высунулся молодой парень. Бледно-синие любопытные глаза, угольно чёрные волосы, яркая, доброжелательная улыбка.

— А что случилось? О-го! — парень удивлённо уставился на фасад дома, видневшийся невдалеке, прямо по улице. Его стены были обильно залиты кровью.

— Эм-м… — стражник оценивающе глянул на дорогие одежды, мазанул взглядом по перстням и украшениям, остановился на рукояти декоративного меча, после чего на его лицо выползла любезная улыбка. Только глаза продолжали глядеть угрюмо, устало, на мгновение показав едва заметное пренебрежение. — Чернокнижников вырезали Ночники, Ваша Милость.

— Бандиты? — удивился вельможа.

— Так точно, — кивнул стражник, продолжая не совсем натурально улыбаться. — У нас, в Эйруме, и бандиты шлюх демонских на дух не переносят. Вот и режут, как найдут. Непорядок, конечно, но лучше так, чем отребье будет с рабами Преисподней в дёсна лобзаться, простите уж за мерзкие слова, Ваша Милость.

— Ничего, солдат, — аристократ безразлично пожимает плечами. — Радует, что у вас в королевстве даже ночные против демонов. Поворачивай в объезд, — последнее было брошено уже кучеру, после чего, имперский дворянин, как понял стражник по богатой рукояти декоративного меча, захлопывает дверь в экипаж.

Как только молодой мужчина уселся на диванчик салона, и стражник потерял его из виду, лицо аристократа скривилось в злой гримасе.

— Значит так, да? — прошептал он, сжав кулаки. — Ну ничего, эти были самыми бесполезными.

Первая группа, начавшая «работать» в Рэйвенхолде использовала стандартные методы. Снять через подставных лиц дом, оборудовать помещение, купить «мусор» с улиц… Они, конечно, слышали, что местные лорды отребья, а точнее, один лорд — Нэвэрмор, объявили войну Чернокнижью, но одно дело слышать, а другое — убедиться.

Были найдены самые «качественные» отбросы, которые получили весьма щедрое предложение. О, как они лебезили перед его агентами, как клялись в том, что никто не узнает. В итоге, ночь ритуала жертвоприношения Владыкам оказалась последней для этой ячейки. Подлая чернь. И ведь сразу не наказать: Нэвэрмор дураком не выглядит — поймёт, чьих рук дело. А палки в колёса, даже от отребья, сейчас не нужны.

Неприятно, но не критично. В дальнейшем придётся работать самостоятельно, без привлечения чересчур разборчивых здесь Ночных Людей.

Молодой мужчина бросил взгляд на соседку по карете. Кукольное лицо, идеальная фигура, притягательная внешность, прямые чёрные, шелковистые волосы… И пустые, безжизненные синие глаза. Безвольная марионетка, заметив его взгляд, ярко улыбнулась, захлопав длинными ресницами и продемонстрировав очаровательную улыбку. Даже глаза налились жизнью, полностью меняя общее впечатление о девушке.

Культист скривился. Его бы воля, он бы никогда не сунулся в это поганое королевство. Но, к сожалению, ниточка привела сюда. Теперь придётся терпеть всех этих напыщенных ублюдков, которые «в прошлом показали Империи, где её место».

— Варвары и предатели, — презрительно процедил молодой человек.

Глава 8

Скарлет стояла напротив Дома Сирот и чувствовала, как в глубине души ворочается её личное Чудовище.

Сейчас всё было не так, как во сне: Ужас не мог перебороть её волю, но воображаемый монстр не оставлял попыток. Пусть ленивых, пусть несерьёзных, но тварь в душе вполне себе бодрствовала, насмешливо разглядывая девушку десятками наглых глаз.

Она бы сказала, что давно не испытывала страха, но это была бы ложь. Он приходил к ней регулярно. Не каждый день, даже не каждую неделю, но он не оставлял капитана ордена рыцарей Его Величества. Ужас, заставляющий просыпаться в холодном поту по ночам, и лёгкий, почти незаметный, иррациональный страх, после подобного пробуждения.

Скарлет знала — отец не отдал бы её обратно в Дом Сирот. Лорд Отто не боялся трудностей, и не имел желания удочерить именно будущего рыцаря. Сейчас Скарлет точно могла сказать, что мужчина, ставший ей самым близким человеком в мире, спокойно бы принял Скарлет… почти любой. Воином Ауры, фрейлиной при Дворе, волшебницей, если бы у неё обнаружился дар. Да даже простой, ничем не примечательной дворянкой, что встретила бы своего мужчину, вышла замуж, родила бы для супруга детей, а для лорда Отто внуков.

Он принял Скарлет даже несмотря на то, что она изначально была испорченной. Не только подлым происхождением. Девочка из Дома Сирот была трусливой. Это больно осознавать, но всё чего она добилась — всего лишь результат попытки убежать от Ужаса. Ужаса, который родился здесь… Что жил в её душе и в этом доме. Ждал её, как думала маленькая девочка, изо всех сил стараясь не разочаровать грозного маркиза Бисмарк… чтобы не попасть в лапы своего Чудовища. Её упорство, старание, целеустремлённость — всё родилось из Страха.

— Ваша Милость, — девушка едва не вздрогнула. Кажется… она себя слишком переоценивает, если не обратила внимание на подошедшего к ней мужчину.

Капитан рыцарей перевела на него вопросительный, холодный взгляд.

— Прошу прощения, что потревожил, — пожилой маг отвесил ей приветственный поклон. Не из Башни. Скорее всего представитель мелкой гильдии. Почти полностью седой: Скарлет смогла заметить только несколько чёрных волос. Лицо… благообразное, наверное. Круглые очки, прямой нос, располагающая улыбка тонких губ. — Просто вы так внимательно рассматривали ворота приюта. Могу я чем-нибудь вам помочь?

— Когда здесь появились ворота? — вопрос вырвался сам собой. Раньше их не было. Тем более таких: добротных, из хорошего дерева, явно пропитанного составом предохраняющим от огня, жучков и гниения. Она, конечно, не столяр, но отличить простую деревяшку от обработанной могла. А вот забор, в отличие от ворот, был. Только другой. Не этот, аккуратный, из вполне себе нормального красного кирпича, а грубый, низкий, словно из небрежно наваленных друг на друга камней.

— Э-м-м… Увы, Ваша Милость, не имею понятия. Я преподаю здесь всего второй год, и когда пришел в первый раз, ворота уже стояли.