Boroda – Управляю недопониманиями (страница 108)

***

Амелия сжала локоть Казаха, привлекая к чему-то внимание. Его женщина вела себя не так, как если бы им грозила опасность (да и откуда она в подземельях Тёмного Лорда?), поэтому, степняк не стал хвататься за оружие, но уловив, как напряглась беломасочница, максимально быстро и собранно осмотрел окружающее.

И слегка… удивился. Хотя ладно, не слегка.

— Ого, — одними губами, беззвучно, прошептал степняк.

По тёмному коридору шел Бей. С компанией. Удивительное зрелище!

В который раз Казах подумал, что его работодатель умеет в театральщину. В хорошем смысле. Степняк и сам был не дурак показать себя с некоторыми дополнительными эффектами, впечатлить окружающих. В том числе и поэтому он поступил к Нэвэрмору на службу. «Хороший понт — дороже денег», эта поговорка в разнообразных вариациях, присутствовала чуть ли не у всех народов, и степняки такое уважали. Несмотря на некоторую обиду на свой народ, бывший принц Великой Степи всё же гордился своим происхождением, и уважал многое из того, к чему с симпатией относились степняки.

Впечатляющая демонстрация себя — входила в этот список. Казах даже временами жалел, что не является магом. Так, слегка. Чароплёты умели выделываться. Иногда — безвкусно и даже смешно, но времена и среди волшебной братии находились ребята со вкусом. Чаще чародейки, конечно, но тут степняк не объективен. Ему банально больше нравилось наблюдать за очаровательными девами, использующими магическую мишуру, чтобы подчеркнуть свою привлекательность, чем оценивать мужчин со всякими чародейскими прибамбасами.

Нэвэрмор, по мнению Казаха, нашел отличное решение для себя — не слепил глаза разнообразием красок и всполохов, предпочтя просто и изящно окутать себя тьмой чёрной магии, и добавил пару штрихов вроде «глаз и улыбки» из фиолетового пламени. Без особых изысков, но со вкусом. Бывшего принца впечатляло, а кого-нибудь менее храброго наверняка ещё и пугало.

— Теперь у нас есть ещё и Белая Леди, да? — едва слышно, чтобы наверняка разобрала только Амелия, прошептал степняк.

— Мой Лорд, — не ответила девушка, почтительно поклонившись Нэвэрмору, проходящему мимо их пары.

— Амелия, Казах, доброй ночи, — чуть кивнул тёмный силуэт, мазанув по парочке взглядом фиолетовых огней.

— Доброй ночи, твоё темнейшество, — широко улыбнулся бывший принц степи, разогнувшись после небрежного поклона. Одновременно он почувствовав быстрый, но лёгкий тычок локтем от своей женщины.

А Лорд… не обратил на это внимания, как и всегда. Поговаривают, что Стивен, секретарь Нэвэрмора, часто ощущал на себе недовольство Владыки Дна, но Казах пока не видел признаков того, чтобы Тёмный Лорд был жесток без причины.

Сам он, как носитель белой маски, несколько раз уже принимал участие в карательных акциях, но каждая из них была… понятна, наверное? И не сказать, что прямо поражала его воображение кровожадностью Бея.

Торговцы дурью? Ну, в Степи таких вообще к коню привязывают, и «катают», пока те или шею не свернут, или не сотруться до смерти. Причём торговец любой наркотой, не делая различий, как тут, в Эйруме, кончался в обязательном порядке. И «клиенты» страдают, особенно их спины. Для батыра травить себя ради удовольствия — позор.

Всякие предатели? Тем всегда и везде один путь — на нож. Потерявший из-за таких ублюдков уважаемого отца принц казни предателей даже приветствовал.

Про демонопоклонников и говорить не стоит. Резать этих — благое дело в любой стране, для любой культуры.

Что ещё делают белые маски? Ну, утихомиривают слишком буйное отребье, чтобы то не провоцировало лордов. Гасят слишком борзых, опять же, чтобы те воду не мутили.

Нормальные дела, даже полезные, по мнению Казаха. Он вообще несколько удивился, поняв, что беломасочники, так-то, очень напоминают то ли рыцарский орден, то ли Теневой Корпус. Только без всех этих заморочек, раздражающих вольную душу степного батыра.

Из-за которой он постоянно провоцировал Амелию на злое шипение. Но это даже хорошо. Когда его женщина зла, в постели обычно происходит настоящее сражение. Надо будет, кстати, озаботиться сменой кровати — та явно доживает последние дни.

— Ты видел? — когда Лорд скрылся за поворотом коридора, Амелия повернула красивое лицо и впилась взглядом своих опасно-прекрасных глаз в невозмутимую физиономию Казаха.

— Это риторический вопрос? — тонко улыбнулся молодой мужчина, с удовольствием наблюдая, как во взгляде девушки мгновенно вспыхнуло раздражение. — Конечно, видел.

Казах примирительно улыбнулся. Дразнить Амелию — как играть с тигром без возможности призвать Ауру. Будоражит, бодрит, но нельзя забывать, что рядом скалит клыки не котёнок, а свирепый зверь. Нельзя перегибать.

Сейчас всё именно так, как нравится бывшему принцу. Его женщина — опасный хищник, который знает о своей силе. Знает и о его мастерстве. Они уважают друг друга, взаимно наслаждаясь играми. Но если пережать, то всё испортится. Бытие комнатной зверушкой противно Казаху, то же можно сказать и об Амелии. Да и владеть полностью подчиняющимся зверем… скучно. И ей, и ему.

Казах знал, что Амелия знала — каждый из них быстро потеряет интерес, если полностью, со всеми потрохами получит своего партнёра. Так что их жизнь сейчас — танец по кромке сабли, попытка ужиться вместе гордого тигра и бешеной тигрицы. Наслаждение, которого степняк не желал лишаться. Ведь только слабый требует полной покорности.

Хотя, мужчина дошел до этого не сразу. Совсем молодым (на самом деле просто до встречи с Амелией) Казах считал, что женщина должна быть просто цветком. Красивым, радующим глаз, но… Только недавно понял, что ему в «саду» с бабочками и цветочками будет элементарно скучно.

— Ну ты понял, да, кто шла рядом с Лордом? — его женщина кивнула головой на скрывшуюся пару.

— Скрытая белым пламенем фигура с фиолетовым огнём вместо глаз? Я уверен, что это та девчуля, за которую ты хлопотала. А огонь глаз не зелёный, чтобы никто не догадался, — хмыкнул степняк.

— А ты знаешь, кто была та зеленоглазая?

— Понятия не имею, — соврал Казах, чтобы сделать приятное Амелии.

У него есть глаза, он бывал в Храме Богов, видел портрет кандидатки в Святые, а та дурочка со своей маскировкой совершенно не понимала, что воин ауры легко разглядит лицо под капюшоном. Да и оди из перстней на её пальцах был весьма приметным. Сложно не понять, кто перед ним, когда весь Эйрум и множество людей из соседних стран знали о невероятном везении рода Владимир по части одарённости наследницы.

— Эта Белая Леди — Святая, — улыбка Амелии на миг напугала даже Казаха. — Скоро наш Господин будет уничтожать всю эту проклятую демоническую погань ещё активнее!

— Хоть бы порадовалась за Бея, — вздохнул степняк, покачав головой.

— Я и рада, — девушка бросила на своего мужчину удивлённый взгляд. — Просто личная жизнь Лорда меня не касается, и обсуждать я её не стану. Скажу только, что Свя… Белая Леди сделала правильный выбор. Наш Господин защищает Эйрум от настоящего врага. Все, у кого есть мозги, давно это поняли. Быть с ним — быть на правильной стороне. Так что… совет им, да любовь, наверное. А мне, как Чёрной Длани Господина, важно только то, что выродки Преисподней скоро будут корчиться в опаляющем свете священной магии.

— Ох… — Казах закатил глаза, подхватывая Амелию под руку.

— Что? — беломасочница с подозрением покосилась на степняка.

— Ты у меня такая… необычная, — подобрал правильные слова молодой мужчина, с улыбкой наблюдая за тем, как девушка сощурилась, пытаясь найти в его словах подвох.

Но ведь, действительно, необычная! Какая девушка отбросит возможность обсудить какую-нибудь интересную любовную тему? Только Амелия, которой было плевать почти на всё, кроме убийства демонических шлюх, своего обожаемого Тёмного Лорда, что позволял ей убивать тех самых демонических шлюх… ну и, с недавнего времени, бывшего принца Великой Степи. Даже… немного льстит, что Казаху удалось встать на одну ступень с такими важными для Амелии вещами.

«Или я слегка сошел с ума?» — без особого внутреннего протеста подумал степняк, шагая по тёмным коридорам, из ниш которых за их парой, временами, пристально следили внимательные глаза «коллег».

***

— Было немного… я слегка переживала, — ладонь девушки сжала моё предплечье.

— Не стоило, — чуть улыбаюсь, ободряюще коснувшись пальчиков Мэрили. — И Ольга, и Мортимер не стали бы как-то тебя… обижать. Для них ты — моя избранница.

Наш разговор не было слышно вовне, потому как я глушил все звуки за границами иллюзии. Надёжность, конечно, не такая, как во время недавних «посиделок» за чашкой чая, но перед сегодняшней ночью я параноидальной гребёнкой прошелся по всей территории убежища, поэтому был почти на сто процентов уверен, что рядом с нами нет чар, способных услышать мой разговор с девушкой, если для обратного не появится моего желания.

— Дело не в этом, — ко мне слегка прильнули боком. — Почтение к выбору сюзерена и одобрение партии своего воспитанника — не одно и то же. Нет, Бойл, не спорь, — не дала мне произнести и слова девушка. — Для меня это важно, потому что для тебя эти люди не чужие.

— Хорошо, — лёгкий вздох, после чего мы поворачиваем по коридору в сторону покоев моих и Луизы. — Но главное: ты успокоилась?