Борис Тюрин – ПЛЕННИК (страница 9)

– Я боюсь, милый, – в отчаянии произнесла София.

– И чего боится такая милая леди? – насмешливо спросил знакомый голос.

Сердце Софии зашлось от волнения и непривычно быстрой езды, и перед глазами её потемнело.

***

– Так что же у вас опять приключилось? Пираты? Разбойники? Королевские войска?

София распахнула глаза и увидела перед собой огромную залу. Большой фонтан посередине привлекал внимание своей невероятной и чудовищной композицией из сверкающего полупрозрачного камня: маленький пузатый человечек, пронзенный множеством копий и поднятый ими на высоту человеческого роста. Из многочисленных ран тугими струйками вытекала кроваво-красная жидкость.

Содрогнувшись от этого зрелища, девушка поспешно обратила лицо к своему собеседнику. Кошчи сидел на белоснежном полу и держал в руке золотой бокал, искрящийся разноцветными каменьями. Он внимательно смотрел на неё сверху вниз.

Только теперь София осознала, что лежит на голом полу. Но удивительно: пол был теплым и комфортным на ощупь, как нежная замша, хотя на вид обычный белый камень.

Она села, ощущая легкое головокружение. Кошчи протянул ей бокал:

– Выпей. Полегчает.

София нерешительно приняла бокал и отхлебнула глоток терпкого сухого вина. Нёбо тут же обволокло онемение, но голова кружиться перестала.

Кошчи спокойно ждал, устремив взгляд на кровавый фонтан. Девушка осторожно поставила бокал на пол.

– Кто это?

– Где? – непонимающе посмотрел на неё Хозяин.

– Там… – передернувшись, кивнула София. – В фонтане.

– А! Этот, – неожиданно тепло рассмеялся Хозяин. – Это Алори. Великий интриган и глупец, имевший удивительную способность достать все, что угодно. Пару столетий назад он был главным поставщиком двора, пока не решил, что умнее всех придворных вместе взятых…

– Что же он натворил? – недоумевала девушка, гадая, за что человека постигла такая казнь.

– Да почти ничего… ещё толком не успел, – ухмыльнулся Кошчи. – Хотя мог бы, будь он чуточку умнее или хотя бы совета спросил. Король, который правил тогда, был очень юн и пристрастен к вину… Хорошему вину, и следует отметить его действительно отменный вкус. Но пристрастие к алкоголю не способствует развитию доброты к окружающим. Особенно поутру. А уж вдвойне к тому, кто по какой-либо причине не успел привезти новые сорта вин к очередному празднику. Вот и досталось главному поставщику: посадили его в пустую бочку и сбросили с обрыва в реку. Выловили, конечно, да откачали. Кто будет такими полезными людьми разбрасываться? Но толстяк Алори оказался весьма обидчивым человеком, что меня даже несколько удивило. И подпал под влияние кузена короля. А тому только и надо, что извести братца. Добавляли какую-то отраву в бутыли короля. Понемногу, чтобы пробовальщики выжили. Но яд накапливался в организме и мог убить престолодержателя без всяких подозрений в их сторону.

– И что? – взволнованно спросила София, когда Кошчи замолчал. Для неё, живущей в своем маленьком мирке, слова «двор» и «придворные» соответствовали сказке. В данном случае страшной сказке, но от этого не менее захватывающей.

– Да ничего особенного, – равнодушно ответил Хозяин. Видимо ему эта история уже успела надоесть. – Пьяница умер, а его брат стал новым королем. Только вот незадача: этот не пил совсем. Ничего. И, стало быть, такой ранее полезный человек ему стал отныне ни к чему. А если вспомнить обстоятельства их дружбы, так и вообще опасен. Алори арестовали и обвинили в убийстве, да сразу же привели приговор в исполнение.

Немного помолчав, он отхлебнул вина из бокала Софии и продолжил с усмешкой:

– Новый король не стал сажать Алори в бочку. Сказал: «вниз он летал, пусть теперь наверх полетает». И приказал страже помочь бедолаге.

– Так они его копьями вверх подкидывали? – ужаснулась побледневшая девушка.

– А когда он падал, вновь подхватывали и снова запускали в небо, – кивнул Хозяин.

– А фонтан… – девушка пыталась прогнать ужасную картинку, возникшую в сознании, переключившись на единственный предмет в зале. – И кровь…Зачем?!

– Зачем я сотворил такой фонтан? – понял Кошчи. И неожиданно весело рассмеялся. – Просто в память о таком прекрасном и забавном человечке, который скрасил какой-то период моей скучной жизни своими глупыми интригами. Короли всегда проявляли ко мне неприязнь и даже враждебные действия. Что странно, ибо мне было глубоко наплевать, кто считался королем. Я знаю, кто в стране Хозяин. Когда мне захотелось поразвлечься, я подобрал на местном базаре первого оборванца и предложил ему план, воспользовавшись которым, удачливый пацан стал бы главным вельможей. Все получилось. Потом он и мне поставлял отличное вино.

– Вино? – удивилась София. – Но зачем? Разве вы не можете создать из ничего все, что угодно?

– Могу, – согласился Хозяин. – Только вот… как тебе объяснить. Проще показать.

Кошчи взял пустой бокал и подошел к фонтану. Набрав кровавой жидкости, он поманил девушку к себе.

София нерешительно приблизилась, но на протянутый бокал смотрела с недоверием.

– Это просто вино. Просто очень хорошее и очень редкое вино. Пей! – понимающе улыбнулся мужчина.

Она нерешительно пригубила вино. Точно, это как раз то самое, что Кошчи предложил ей для восстановления сил и даже пил сам. София ощутила холодок, пробежавшийся по спине. Она подумала, что впервые видит, как Хозяин что-либо пьет. Ей вдруг показалось, что это знак доверия… или уверенности?

– Вкусно? – несколько резко поинтересовался Кошчи.

София вздрогнула и поспешно кивнула. Но Хозяин не смотрел на неё. Он протянул руку в сторону и развернул ладонь. Воздух над ней заколебался, словно над огнем. София моргнула и поняла, что в руке мужчина уже держит бокал. Серебряный, украшенный коричневыми камнями, которые пронизывало множество золотистых блесток.

Кошчи протянул созданное творение девушке. София с любопытством заглянула в бокал: он был полон алого вина с потрясающим ароматом.

– Пробуй, – сухо приказал Хозяин.

София осторожно, еще не веря в само существование чаши, обхватила пальчиками сосуд и немного отхлебнула. Необыкновенная сладость скользнула по небу, оставляя после себя привкус меда и волшебных цветов. Вино было необычайно вкусным. Но…

София отстранила бокал.

– Больше не хочешь? – хитро сощурился Хозяин. – Что ж так. Аль не по нраву угощение?

– Вкусное, – София задумчиво рассматривала искрящуюся жидкость, пытаясь облечь свои ощущения в слова. – Но странное… словно… мертвое. Не знаю, как сказать иначе.

– И не пытайся, – холодно кивнул Хозяин. – Лучше не скажешь, оно именно мертвое. Виноград не впитал силу заботы виноградника, не знал грубых, но живых рук собиральщиц, и многих других рук, через которые проходит продукт, чтобы родиться отличным вином. Это, – Кошчи щелкнул пальцами, и вино из бокала взмыло в воздух, застыв на уровне глаз Софии ярким шаром, – можно пить, можно утолить жажду. Но наслаждаться – никогда!

София перевела взгляд на чашу в своей руке и даже постучала по ней, чтобы убедиться в её существовании. Кошчи провел рукой по шару, и в прозрачно-алой поверхности появилась движущаяся картинка. Резко вскинув голову, София заметила малюсенькие пальмы. И тут же шар взорвался сотнями брызг, поддавшись щелчку Хозяина, на лице которого играла победная полуулыбка.

София в испуге зажмурилась, ожидая прикосновения мокрых капель, но ощутила лишь порыв свежего воздуха и услышала ржание Уголька. Открыв глаза, девушка увидела, что стоит у подножия горы в обществе жеребца.

– Тебе пора, – раздалось сверху.

Подняв голову, София увидела, как Хозяин поднимается к облакам.

– Прощай! – помахал рукой Кошчи. И добавил с насмешкой: – Жертва…

***

…Пятьдесят, пятьдесят один, пятьдесят два. Питер наступил в морскую пену, которую оставила лениво отползшая волна. Длина островка за месяц не изменилась. Бывший «гроза морей и берегов» вяло развернулся и поплёлся на другой край своих владений, проверить – не прибавилось ли чего-нибудь к сорока трём шагам ширины. Посередине песчаного островка возвышалась изъеденная ветрами и волнами скала. Крошечный грот у её основания служил Одноглазому Питеру каютой. Углубление на вершине позволяло накапливать дождевую воду. Правда, за последние дни не выпало ни капли. Это, как и страшная жара, наводило на неприятные мысли о жуткой жажде. Конечно, были ещё пальмы, – целых двенадцать штук, и с них как-то при буре упала парочка орехов. Но ветер пропал вместе с дождём, а лезть наверх… Питер прекрасно сознавал, что он уже далеко не юнга.

После достопамятной встречи с Хозяином Одноглазый командовал эскадрой всего пять дней. Этого хватило, чтобы однажды ночью команда взломала дверь его каюты и предъявила чёрную метку. Урванга ничем не мог помочь своему хозяину, потому что абордажная сабля в чьих-то умелых руках заранее отделила его голову от плеч. С бывшим адмиралом долго не церемонились – уже утром его высадили на необитаемый островок, не дав с собой ничего, кроме парадного адмиральского мундира. Да ещё какой-то шутник под дружное ржание товарищей выкинул из отваливающего от островка ялика голову телохранителя.

Питер прекрасно понимал своих бывших подчинённых. За эти пять дней Армада только чудом избежала встречи с королевскими рейдерами, которая вполне могла окончиться для неё плачевно. Добычи же не было совсем никакой! Тяжёлые купеческие галеоны заблаговременно меняли курс, а жители приморских деревень прятались в лесах или горах, уводя с собой живность и унося всё мало-мальски ценное. Избежать нежелательной встречи и тем и другим помогал хохот мёртвых голов, по-прежнему украшающих бушприт флагмана. Он же служил маяком рейдерам, ведь разносился над океаном за несколько десятков миль!