Борис Цеханович – ПТБ или повесть о противотанковой батарее (страница 107)
Всё эти смешные и не совсем смешные события были лишь определённым фоном, за
которым скрывалась напряжённая и опасная работа по подготовке к дальнейшим боевым действиям за рекой. Еженощно за реку уходили группы разведчиков, сапёров и артиллерийских корректировщиков. Днём сотни глаз напряжённо вглядывались и изучали каждый бугорок, каждую ложбинку, где мог затаиться враг. Напряжённо работали тылы полка, для того чтобы полностью снабдить всем необходимым подразделения. Ремонтники лезли из кожи, ремонтируя
машины и боевую технику. Кто-то из офицеров рассказал, что в одной из ходок на мине подорвался подполковник Кишкин. Правда, повезло ему; лишь посекло мельчайшими осколками ноги.
И вот настал вечер, когда полковник Петров на совещании сказал «Пора» и начал ставить боевые задачи подразделениям. Я сидел и внимательно слушал боевой приказ на завтрашний день и был сильно разочарован. Опять все шли в бой, а мою батарею оттягивали в тыл для охраны командного пункта полка, кроме первого взвода, который уходил вместе с третьим батальоном. Я перематерился про себя, но делать было нечего.
Часть третья
Глава первая.
Проверка на дорогах.
Утром поставил задачу на свёртывания палаток, а сам пошёл к мосту, чтобы наблюдать, как боевые подразделения уходят на ту сторону Аргуна. Здесь уже находился командир полка с офицерами штаба. В выемке предмостья выстроились боевые машины первого батальона, а на окраине МТФ, вдоль забора машины третьего батальона. Пехота спокойно сидела на броне и ждала команды, наблюдая за тем, как Петров ставил задачи командирам батальонов, отдавал последние указания и советы. Изредка они вскидывали бинокли и смотрели на ту сторону реки. Точно также вскидывали бинокли и другие офицеры, разглядывая противоположный берег и пытаясь хотя бы сейчас, в последний момент, обнаружить боевиков или замаскированные позиции. Но всё было тихо, воздух кристально чист и прозрачен. Была видна буквально каждая деталь, каждая складка местности, но боевики и их позиции не наблюдались. Несмотря на то, что ярко светило солнце и на голубом небе не было ни облачка, противоположный берег зримо излучал угрозу и опасность. Сначала мост перешла разведка первого батальона с сапёрами, а через некоторое время БМП с десантом на борту стали по одному, осторожно пересекать мост и двигаться в сторону перекрёстка дорог Шали – Новые Атаги. Боевые машины в разные стороны ощетинились стволами, сидящей на них пехоты, которая напряжённо вглядывалась в разлапистый и густой кустарник, разрушенные строения щебёночного завода и разворошенные взрывами кучи щебёнки, откуда могли выскочить боевики и в упор открыть огонь. Но всё обошлось. Первый батальон благополучно миновал завод, спокойно проехал вдоль зелёнки тянувшейся слева от дороги сплошняком и вышел на перекрёсток. Теперь мост стали пересекать машины третьего батальона, а я вернулся в батарею. Построил колонну и двинулся к племсовхоза. совхозу. Один взвод поставил у южного перекрёстка, тем самым прикрыл направление от Старых Атагов, а другой взвод расположил ещё правее. Сам же, со своей ячейкой, расположился перед трёхэтажным зданием дирекции племсовхоза. станции. Алексей Иванович и Игорь сразу же стали разгружать с прицепа доски, фанеру, решив за время стоянки здесь, сделать хорошую будку на прицепе и жить в ней. Понаблюдав за ними с полчаса, я ушёл на противоположную сторону штаба, где за длинным столом сидели Колесов, прапорщик Воронин, Ренат Халимов, секретчик Володя Романов и также меланхолично наблюдали за погрузкой штабного имущества на машины, чтобы по первому приказу командира выдвинуться на новое место. Иногда Андрюха Воронин срывался с места и вмешивался в погрузку, добиваясь того порядка, который был нужен ему, после чего он снова присоединялся к нам. Периодически Халимов и Воронин начинали уговаривать Колесова, чтобы тот достал из заначки немного коньяка, но Колесов стоял твёрдо и также твёрдо отказывался, но недаром говорят - вода камень точит, и через полчаса его всё-таки уговорили. Начальник штаба выставил на стол литр коньяка и теперь мужественно смотрел, как мы его попивали. За неспешным разговором и наблюдением за погрузкой коньяк быстро закончился, но продолжать мы не стали. Пришёл радист и рассказал, что наступление идёт нормально, боевики оказывают сопротивление, но слабое. Подразделения первого батальона заняли оборону, а третий батальон двигается в сторону расположения Шалинского танкового полка.
- Да, товарищ майор, - повернулся ко мне солдат, - ваши там тоже отличились: подбили танк и БМП духов, но подробностей не знаю.
Обрадованный известием я сразу же ушёл к своим, чтобы поделиться радостной новостью. Замполит тут же достал вина и мы отметили успех наших ребят. Через десять минут замполит и техник снова стали колотить будку, а я послонявшись немного вокруг них, одел на голову немецкую каску, закатал по локоть рукава и вышел на дорогу около въезда на племсовхоза. совхоз, решив немного развлечься и поиграть в фашиста. В ста метрах за монументами «Быку и Барану», вытянувшись в колонну, стояла разведывательная рота. Командир полка решил в этот раз разведчиков оставить в резерве. Вот они стояли на дороге и ждали команду. Я покрутил головой по сторонам, но ничего заслуживающего внимания не обнаружил. Посмотрел на разведчиков, раздумывая; стоит ли идти к ним или подождать на перекрёстке чего-нибудь интересного. Разведчики также с любопытством посмотрели на меня: и тоже решили подождать. Мы остались на своих местах – разведчики на БМП, а я стал мерно прохаживаться по дороге. Десять шагов вперёд, поворот кругом, теперь десять шагов назад и опять поворот. Через пятнадцать минут мотания взад-вперёд, моё внимание привлёк легковой автомобиль, который быстро приближался со стороны Гикаловского. Легковых автомобилей, да ещё движущихся я не видел уже больше двух месяцев, поэтому настороженно наблюдая за приближающейся машиной и решая про себя: то ли сразу врубить по машине с автомата, то ли немного подождать. Решил подождать. Водитель «Жигулей» тоже решил не рисковать, поэтому за сто пятьдесят метров остановился, высадив двоих пассажиров, быстро развернулся и умчался обратно. Пассажиры, а это оказались контрактники лет двадцати семи, с большими сумками в руках приблизились ко мне и так небрежно, запанибрата, как будто перед ними стоит их друг и брат контрактник, а не офицер, спросили: - Братан, как отсюда в расположение 245 полка добраться, - небрежный тон и их развязное поведение здорово задело меня. Всё-таки я майор и в армии прослужил более двадцати лет, а ни какой то там лейтенант.
Сурово сдвинул брови и сходу наехал на солдат: - Товарищи солдаты, это что за обращение к старшему по воинскому званию? Вы что, забыли как положено обращаться к офицеру? Тем более что я начальник патруля.
Задетое самолюбие и многолетний опыт «постановки зарвавшихся солдат в стойло» подсказал мне, как сыграть с ними злую и жестокую шутку, чтобы они знали впредь, как надо себя вести с незнакомым офицером. Меня понесло: - Ваши документы. Кто такие и откуда едете?
Солдаты растерялись от моего напора и послушно полезли в карман за документами, попутно объясняя, что они возвращаются из командировки в полк и чтобы быстрее добраться наняли чеченца на автомобиле. Слушая их объяснения и крутя документы в руках, я сделал вид что смягчился и уже нормальным голосом стал объяснять обстановку.
- Товарищи солдаты, я начальник патруля и с разведчиками, - мотнул головой в сторону разведроту. роты, - патрулирую эту дорогу. Появились сведения, что сегодня на этой дороге, боевики переодетые в российскую форму должны провести диверсию против воинских подразделений. Командир полка приказал мне: проверять у всех документы и в случаи обнаружения диверсантов, или каких-то подозрительных лиц расстреливать их на месте – без разбирательств. Так что, вот такие вот дела, - всю эту «Лапшу» я вешал солдатам с серьёзным видом, решив попутно немного развлечься. Открыл первый военный билет.
- Не понял, это что за ерунда? – С удивлением протянул я. На месте фотографии в военном билете было пустое место.
Контрактник испуганно зачастил и полез ко мне: - Товарищ майор, да это у меня фотография отклеилась. Дайте, я вам покажу, где она.
- Стоять солдат, ты чего лезешь? Сейчас я сам всё найду и разберёмся, кто ты такой.
Я пролистал военник и за подкладкой обложки нашёл фотографию, с которой на меня глянуло почти детское лицо.
- Ты что, хочешь сказать, что это ты? – Я почти вплотную поднёс фотографию к небритому лицу солдата, а потом приложил её к пустому месту в документе, решив усилить розыгрыш, - смотри и печать на фотографии не совпадает с оттиском печати на листе.
- Товарищ майор, да это я фотографировался, когда военный билет получал, - попытался оправдаться солдат, но я его оборвал и стал листать военный билет другого солдата и комментировать
- Ну, тут, хоть, всё нормально, фотография на месте. Печать тоже нормальная. Так посмотрим дальше, - я листал документ и читал записи в нём, зная, что всё равно найду неправильную запись и точно; в графе прохождение службы не была сделана запись о призыве на службу в 245 полк. Последняя строчка говорила об увольнении в запас из Советской Армии в 1988 году.