Борис Цеханович – Предназначение (страница 2)

– И ещё бы хотелось узнать – Где я? А то ведь по идее, должен быть мёртвым… Или вот это всё, – экспрессивно обвёл рукой помещение и сидящих, – предсмертные видения?

Ну…, наконец-то ответная реакция пошла. Непонятная делегация зашевелилась в своих креслах, переглянулись, и сидящий по середине снисходительно улыбнулся, как неразумному дитю и заговорил.

– Анатолий Иванович, вы почти угадали, – развёл так ручками сокрушённо, – и вы не тут и не там….

– Так я умер или не умер?

– Так и есть – вы умерли и не умерли…, – снова последовал непонятный ответ, отчего я сразу возбудился.

– Так – где я? Что тут происходит? И кто вы такие, что тут загадки городите? – Пришлось рявкнуть командирским голосом, как на полковом плацу, – давайте откровенно и прямо говорить.

Сидящий по середине снова развёл руками, но уже как бы согласный на откровенный разговор, что тут же и подтвердил с лёгким смешком: – Конечно…, конечно, мы готовы к прямому и откровенному разговору и теперь вижу, что вы тоже готовы.

Он поглядел на собеседника справа, который ему одобряюще кивнул, посмотрел на левого и тот тому передал кивком право первого голоса.

– Что ж, – начал он деловито, подавшись чуть вперёд, – начну я. Меня зовут Дмитрий Николаевич. Кто я и какова моя должность – для вас ни суть важно. Главное, что я руководитель одного очень секретного проекта. Своих коллег, представлю чуть позднее. А может и не успею. Времени, как говорили у вас «рассусоливать» у нас нету. Есть всего несколько часов, чтобы ввести вас в курс дела и получить ваше добровольное согласие или отказ от участия в очень интересном и перспективном эксперименте.

Мы надеемся на ваше согласие. Вы боевой офицер, воевали, умело командовали своими подчинёнными в мирное и военной время. У вас устойчивая психика и то, что вы услышите наверняка не ввергнет вас в прострацию. Надеюсь…, – при последнем слове он значительно поднял указательный палец вверх. И так небрежно, как будто само собой разумеющее и прекрасно понимающее мною, заявил.

– Сейчас вы находитесь в внепространственной капсуле. Как я уже выразился – ни там и не тут. Это необходимо для чистоты эксперимента. Здесь и материально находитесь только Вы в стандартной оболочке специально выращенного биоробота. Именно на это тратиться много энергии, поэтому чтобы уложиться в лимит отпущенной энергии, разговор у нас будет короткий. Нас тут нет. Мы просто голограмма… И сейчас у нас 2574 год. Мы – Ваши далёкие предки.

– Ни фига себе, – не выдержал и засмеялся, слушая эту чепуху, – если Вы тут собрались ставить на мне психологические опыты, то это бесполезно. Мыслю вполне рационально, реалистично и гипнозу не поддаюсь. И что такую реальную голограмму сейчас сделать невозможно. У вас вон из левой ноздри волосинки чёрные торчат….

– Браво. На такую реакцию мы и рассчитывали, – гости поощрительно заулыбались и стали поудобнее устраиваться в креслах, а Дмитрий Николаевич пальцами потрогал ноздрю и весело предложил, – а подойди ко мне и попробуй выдернуть эти волосинки.

– А что!? Подойду и выдерну, – дерзко брякнул и спрыгнул с ложа на пол. Спрыгнул и пошатнулся. Белый пластик пола, как мне казался твёрдой поверхностью, таковым не оказался. Ноги погрузились по щиколотку непонятно во что, но я на этом стоял, ничего не ощущая под ногами. Парадокс. Я ведь стоял!! Остановился с недоумением глядя вниз на еле заметное клубление незнакомой субстанции вокруг ног.

– Чего застыл!? Иди ко мне, не бойся, – иронично позвал собеседник и я сделал первый несмелый шаг, потом второй и ещё и оказался около кресла с сидящим Дмитрием Николаевичем. Осталось только протянуть руку и выдернуть крупную, чёрную волосину из широкой ноздри.

– Ну…, – уже поощрил на действие интригующим возгласом Дмитрий Николаевич и я, откинув нерешительность, протянул руку к лицу оппонента и мелким, точным движением ухватил волосину. Это я так думал, что ухватил, хотя прекрасно видел, что всё-таки ухватил. А на самом деле пальцы ухватили лишь пустоту и даже слегка провалились во внутрь лица сидевшего и с насмешкой наблюдающего Дмитрия Николаевича. Отдёрнул руку и озадаченно застыл.

– Ну…, убедился!? – Все трое рассмеялись.

Попытался потрогать правого, потом левого, но везде была пустота. И что самое характерное, когда моя рука проваливалась в их тела, я видел только не погружённую часть руки.

Постоял, пожал голыми плечами, не зная что сказать. Развернулся и вернулся к своему ложе. Осторожно пощупал – вдруг это тоже голограмма и при попытке сесть ещё хлопнусь задницей вниз. Но нет – полумягкая поверхность. И, подпрыгнув, с лёгким шлепком голой задницы уселся на что-то твёрдое, тут же спросив: – А вы как меня видите? На экране…?

Дмитрий Николаевич, явно ожидая другого вопроса или большой кучи эмоциональных и бессвязных вопросов, приподнял в недоумении брови: – Нет… Точно также…, в виде голограммы. Я даже могу подойти и потрогать вас. Правда, вы ничего не почувствуете, – Дмитрий Николаевич тут же легко поднялся с кресла, сделал несколько шагов вперёд, протянул руку и положил её на моё колено. Всё было очень реально, но его руку совсем не чувствовал, хотя она несколько секунд лежала на ноге. Пока проходил этот простенький эксперимент, его коллеги перегнулись через пустое кресло и что тихо обсуждали между собой.

Дмитрий Николаевич вернулся на своё место и сразу включился в общий разговор, после чего троица снова переключила внимание на меня.

– А вы что…, совсем не удивились? – Заговорил правый собеседник, – приборы показывают лишь небольшое повышение активности мозга. Вот у вашего предшественника очень бурные эмоции были.

– Хммм…, – резко хмыкнул и слегка задумался, – а что вы думали – я тут прыгать буду от испуга или впаду в эйфорию, что в будущем!? Был бы человеком 19 века, может и был поражён. Тряс в отрицании головой, что этого не может быть. Или что совсем сошёл с ума и ко мне явились потусторонние силы. А так, на моей памяти за последние 20-25 лет такой технологический рывок вперёд прошёл, то представляю, что вы тут на изобретали за 500 лет. И мне будет очень интересно познакомиться с вашей жизнью. Наверно, давно уже обустроили Марс, Солнечную систему, выбрались в дальний космос… Вот тогда наверно и поохаю и по ахаю ярко и эмоционально….

– К сожалению, Анатолий Иванович, – воспользовался моей паузой Дмитрий Николаевич, – ничего этого не будет. У нас есть всего только два часа, чтобы мы пришли к какому-то решению. Если уложимся за полтора часа или меньше, это будет только приветствоваться. И сэкономленная энергия уйдёт в наш резерв. Вы готовы к конкретике? – неожиданно резко задал он вопрос.

Разочарованно и с силой почесал за ухом в досаде на такой облом: – Жаль, жаль… А я то уже «губу раскатал».

Дмитрий Николаевич скорчил лицо в огорчительном выражении: – Сожалею, но это необходимо для чистоты эксперимента, – тут же переходя на деловой тон и взмах руки на своего коллегу справа, – Николай Владимирович…, историк.

Жест влево: – Андрей Сергеевич, психолог. Итак, к сути дела. Институт, которым я руковожу, сделал невероятное открытие. Справедливости ради надо сказать – совершенно случайно. Мы, конечно, работали в этом направлении, но всё равно случаются и случайности. Причём, очень приятные.

Давно уже было известно о параллельности миров и наша ветвь является частью миросоздания. И эти ветви находятся в такой плотной связке, что они практически не отличаются от нашей. Но чем дальше от нас соседняя ветвь, тем больше отличий и дальние ветви развиваются в исторической парадигме совершенно по-другому.

Как уж мы обнаружили и как научились проникать в параллельные миры, я объяснять не буду, чтобы не занимать дорогое время и не забивать вам мозги. Мы-то сами ещё плохо это понимаем, а уж вам это ни к чему.

Так вот мы хотим понять, как изменится соседний мир и каково будет влияние на будущее, если там окажется человек из другого мира. Например, из нашего. Ну и естественно и как наш, если из другой ветви к нам кто попадёт.

Я сидел и охреневал и уже начинал понимать, какую роль мне предложат сыграть в их эксперименте. Даже в какой-то момент отключился и не слушал Дмитрия Николаевича, а когда вновь вернулся он рассказывал о первом этапе: – …и вот мы внедряемся в мозги этого майора и полностью подключаемся к нему. Вроде бы всё нормально, но не учли, что это было 21 июня 1941 года и майор со своими подчинёнными находится в Брестской крепости. А утром 22-го он погибает при первом же артиллерийском налёте немцев.

Мы его сознание выдёргиваем к нам. И вот также в такое же тело. Смешно, конечно, сначала было, когда он подумал, что попал на небеса и в рай. А потом жёсткое разочарование, когда ему объяснили, куда он попал и что ему надо возвращаться обратно. Проинструктировали, всё объяснили, как и что он должен делать и отправили. Но не в Брестскую крепость, а на несколько дней раньше, когда он поехал в командировку в Брест. Ведь объяснили ему, что крепость будет для него и его подчинённых ловушкой. И он должен избежать этого. Но…, в результате всего он снова попадает в Брестскую крепость и погибает вместе со своими подчинёнными.

Вот и решили послать туда другого человека, более современного и с гибким мышлением. Так уж получилось, что этим претендентом оказались Вы.