Борис Цеханович – Гонки по вертикали (страница 7)
А тут проходит ещё какое-то время и в областных новостях по телевизору проходит информация, что такого-то числа, на такой-то трассе в дребезги разбивается микроавтобус, в котором ехали погибшие сотрудники службы безопасности местного олигарха Мостовикова. И трупы в аварии так были изуродованы, что их всех хоронили в закрытых гробах. Виновный в аварии водитель микроавтобуса. А ваш товарищ ещё раньше пробил, что коттедж как раз и числился за корпорацией Мостовикова. Вот вам и позвонил, предполагая, что там может находиться нарко лаборатория, а трупы погибшей охраны говорят, что идут внутренние разборки.
Получив информацию Эдуарда Константиновича, и уже от вас, я по своим каналам пробил обстановку в области и в регионе на наркотики. Всё как обычно, не отмечено появление новых наркотиков, объём поставок и сбыта не увеличился. Так что, вариант с наркотиками и внутренними разборками отбросил. С коттеджем тоже всё в порядке, построен на законных основаниях, полтора года назад. А потом, честно говоря, отставил на некоторое время в сторону это дело. Просто не было зацепок.
А тут, слыхали наверно, у нас в городе случилось ЧП!? Ещё по федеральным каналам дня два рассказывали и показывали…!? Там, вполне благополучный военный пенсионер, на почве поствоенного синдрома кучу трупов наделал…
– Да…, краем уха что-то слыхал…
– Я тоже особо не интересовался. Таких случаев по стране до полна… А тут, буквально на следующий день, после этого ЧП, звонит ваш Эдуард Константинович и предлагает приехать, так как появилась новая информация. Приезжаю, а там у него сидит его товарищ детства, который рассказывает, что вот этот военный пенсионер, полковник, каждое утро гонял на велосипеде мимо их базы. И в то утро, когда люди Мостовикова кого-то искали, тоже в то время ездил и им они тоже интересовались. Я вникаю в это дело и оказывается, он помимо кафе ещё устроил стрельбу и у своего дома и пострелял там людей опять же Мостовикова. Три трупа. Два сразу, один умер по дороге в больницу и два раненых.
– Ты гляди… Бравый вояка… Ещё есть у мужика порох в пороховнице…
– Был, Артём Николаевич… К сожалению был.
– Почему был? Насколько помню, его живым взяли…
– Я отдельно на этом остановлюсь. Так вот, поставил своим парням задачу, неофициально тряхануть свидетелей в кафе. И вот что рассказал бармен. Сразу после стрельбы, примчались люди Мостовикова во главе с его ближайшим помощником, неким Михайловым и до прибытия полиции что-то искали. Даже по карманам пенсионера шарили.
– А что, этот бармен, лично знает людей Мостовикова?
– Нет. О них я узнал от одного полицейского, который мне был должен. Полиция по вызову приехала в кафе и застала там их. Объяснение с их стороны было следующее – Люди Мостовикова отдыхали на такой-то улице, когда на них беспричинно напал вот этот человек. Пострелял их, захватил машину и погнал в город. Они за ним и приехали в кафе сразу после стрельбы….
А теперь перехожу к самому главному. Военного пенсионера, Сергей Михайлович зовут. Фамилию я пока намеренно не говорю, но вы её знаете. Взяли живым и здоровым прямо на месте преступления, с левым стволом. И с этого ствола и пострелял около своего дома первых людей Мостовикова. То есть, он шёл в кафе целеустремлённо и очевидно предполагал, что на него нападут и нападут именно эти люди. Поэтому он и действовал так дерзко.
Но у него полностью стёрта память. Вообще полностью. Его привезли в СИЗО, а он ссытся, срётся, и вообще все повадки новорождённого. Его отправили в психиатрическую больницу на обследование и я разговаривал с главным врачом. Говорит уникальный случай: либо полностью стёрта память, либо она загнана в такие слои мозга…. И они грешат на проснувшуюся контузию, которую он получил на войне. Вроде, как под сильным стрессом, всё это произошло. Так вот я сложил всё вместе – коттедж Мостовикова, вполне вероятная лаборатория, люди Мостовикова, которые интересовались им, стрельба у его дома и трупы опять же людей Мостовикова там, кафе, где опять люди Мостовикова и они что-то там искали. Предполагаю, что они искали что-то похищенное пенсионером.
Брыкин замолчал, чтобы промочить горло, а Леонтьев после некоторого молчания утверждающе спросил: – Так что…, у них есть некий прибор, которым можно стирать всю память?
– Я тоже так сначала подумал, но всё оказалось ещё хуже. У меня сложилась следующая логическая цепочка – коттедж с охраной – пенсионер велосипедист – устроенная стрельба пенсионером у его дома с людьми Мостовикова, которые явно хотели его захватить или что-то забрать у него – кафе, где снова люди Мостовикова его обыскивают и что-то ищут. Раз шаряться по карманам, значит это что-то небольшое. Стирание памяти – значит прибор. Примерно так. А раз прибор и охрана покупает большее количество продуктов, значит там не нарко лаборатория, а скорее частная тюрьма и лаборатория, но связанная что-то с электроникой. И тогда я взял сводку о пропавших не просто людях, а связанных с наукой. И тут же наткнулся на заявление о пропаже сразу нескольких научников с местного академ городка. Причём они исчезли друг за другом с разницей в несколько дней полтора года назад и все работали в одной лаборатории. А сопоставив даты, получилось – они пропали через месяц после сдачи коттеджа Заказчику, то есть корпорации Мостовикова. Были возбуждены уголовные дела по факту пропажи. Даже наше ФСБ занималось им, считая, что они смотались за границу, но потом затихло всё безрезультатно. Бесследно пропали и всё расследование зашло в тупик. Я сгонял в академ. городок и под эгидой продолжения расследования поговорил с ведущим профессором, такой весь вальяжный из себя, курирующим их исследования. Чем они занимались!? А занимались они темой передачи больших масс энергии на большие расстояния без проводов – важно так заявил он мне. А потом я спустился до заведующего лаборатории, где они работали и поговорил там приватно. Так заведующий, довольно простой и гораздо больше знал, чем его начальник. Говорит: – Да…, в рабочее время они занимались этой тематикой и были хорошие подвижки в этом направление. Но, практически каждый день, они оставались на сверхурочные и работали уже над своей темой.
– Какой темой? – Спрашиваю его. Тот покривился лицом, помолчал и заявил буквально следующее.
– Да хернёй они занимались. Утверждали, что раз мы подходим к решению передачи энергии без проводов, то тогда возможны передача и другой информации. Более тонкой…. И метафизической. Прямо так с презрением и сказал – Метафизической… Я, мол, в это не верю и считаю алхимией от науки и бессмысленными поисками мифического «философского камня». Поэтому особо туда не вникал…, – но я на него надавил и он мне написал, чем они там занимались. Пообщался с их жёнами, те заявили, что их мужья занимались какими-то секретными разработками… Больше они ничего не знают. Но одна всё-таки обмолвилась. Её муж по пьянке разоткровенничался и кое-что рассказал.
Брыкин ткнул пальцем в папку: – Там полностью все материалы. Дальше рассказывать не буду. Хочу, чтобы вы с листа восприняли эту проблему. Только просьба, Артём Николаевич, никого больше не посвящайте в это.
И как бы ставя точку в их разговоре, дверь открылась и секретарша Нина доложила: – Офицеры на совещание прибыли….
– Хорошо, Нина. Ещё пару минут. Я прочитаю. Как тебя потом найти?
– Вот левый номер телефона…, – Брыкин быстро написал на салфетке номер, Леонтьев глянул на него, кивнул головой и озадаченно задрал брови в верх.
– Что так серьёзно?
– Очень серьёзно.
* * *
Леонтьев, довольно вздохнув, опустился в кресло и с удовольствием оглядел накрытый стол, своего протеже, сидевшего напротив. С интересом обвёл взглядом богато отделанную нишу, тяжёлые бархатные портьеры красного цвета, отделанные по краям бахромой, которые по желанию клиента ресторана могли его мигом отсечь от общего зала. С любопытством выглянул туда и чисто профессиональным взглядом прокачал пока ещё немногочисленных посетителей, не забывая полюбоваться женщинами, непринуждённо сидевшими за столиками со своим спутниками и небольшой стайкой уютно расположившихся у барной стойки. Потом снова обратил свой взгляд на столик и с энтузиазмом хлопнул ладошами: – Ну что, Слава, давай начнём общаться…
Первые десять минут они непринуждённо общались на общие темы – семья, служба, интересы, отдых и со стороны, для наблюдателя, если такой имелся, они хорошо вписывались в образ общения отца и сына. Или старшего, умудрённого опытом товарища с младшим.
Но, успешно создав такую благостную картинку и усыпив бдительность вполне возможного наблюдателя, генерал незаметно достал из кармана глушилку и нажал на кнопку.
– Смотри-ка, действует, а то всё-таки сомневался, – генерал с улыбкой кивнул в зал, где сидевшие недалеко от ниши, мужчина и женщина, недоумённо крутили в руках сотовые телефоны, по которым они только что разговаривали. Нажимали на кнопки и прикладывали телефоны к уху и снова крутили их в руках.
Генерал откинулся на спинку длинного дивана и начал серьёзный разговор: – Слава, я поражён. Ты сам-то в это веришь?
Брыкин непроизвольно надул губы, потом протяжно пфыкнул воздухом: – Да я понимаю ваши сомнения, Артём Николаевич. Вы пока только просто прочитали. А я провёл работу, пропустил всё это через себя и верю на 99%. Один процент всё-таки оставляю на разную там околонаучную хрень.