Борис Шатров – Записки путешественника. Удивительные приключения в Африке и Америке: ЮАР – Мексика – США (страница 15)

Такое плохое настроение появилось у Кэти из-за того, что Адам, ее супруг, пересел от нее в другую машину. Всего лишь для того, чтобы озвучить свою новую бизнес-идею Арнольду, своему начальнику. Кэти была недовольна. Даже – обижена и раздосадована. Ну как же так? Это ведь и ее путешествие тоже – ее и Адама. Понятно, что работа есть работа, но многие из тех, кто приехал на сафари с женами, уделяют своим половинкам намного больше внимания!

Так Кэти оказалась сама по себе, отдельно от мужа. У нее закралось подозрение, что супруг вовсе забыл о ней в этот момент, настолько Адама захватил рабочий азарт и потребность поделиться своими идеями с руководством. И он даже не попытался найти какой-то компромисс: виновато улыбнувшись, бросил Кэти на «съедение» почти незнакомым директорам и их женам. Такое отношение мужа, конечно, не могло не покоробить, и перед другими было неловко. Да и плоскость ее интересов никак не пересекалась с темами разговоров, что вели окружающие. Дамы, не стесняясь, обсуждали жен высшего руководства, как те выглядят на гала-приемах, что говорят и как реагируют на высказывания коллег. Большую часть обсуждаемых женщин Кэти знала только по фамилиям, а о некоторых слышала впервые. Директора же, отдельно между собой, завели специальную, со множеством непонятных ей терминов, околонаучную дискуссию, касающуюся новых разработок.

Кэти только и оставалось, что переводить взгляд с одной группы попутчиков на другую и глупо хлопать ресницами. Она вроде бы и присутствовала при обсуждении, но естественным образом присоединиться к разговору не могла, опасалась показаться некомпетентной, а поэтому – нелепой. Что никак не способствовало ее успокоению, в котором она нуждалась после демарша мужа. Напротив, ей становилось только хуже.

Она пыталась абстрагироваться – ну не детей же ей с ними крестить, – отвлечься, рассматривала проносившуюся мимо саванну, но неприятный осадок, оставшийся в ее душе после «измены» Адама, никак не исчезал.

Тогда Кэти стала вспоминать прошлое: их знакомство с будущим супругом. Можно ведь сказать, что именно она и вывела его «в люди». Кто он был? Молодой инженеришка с дипломом: таких на каждом предприятии имеется в избытке. Без особых перспектив, организаторских или каких-либо пробивных способностей. И кто он сейчас? Если сам Арнольд советуется с ним по рабочим вопросам в приватной обстановке. Не зря говорят, что успешного мужчину часто делает женщина, которая рядом. Но как мужчина с этой женщиной поступает? При первой же возможности пересаживается в другую машину к Арнольду, решая свои якобы неотложные дела?

Кэти вспомнила и ту неоднозначную ситуацию, которую она спровоцировала, чтобы стимулировать Адама на кардинальные шаги в их отношениях. Честно говоря, она до сих пор так и не рассчиталась с Майклом, ее старинным дружком по колледжу, который выступил тогда в роли одного из «бандитов». И ей тогда поверили все, включая и главного фигуранта дела, оставаясь в полной уверенности, что она действительно попала в переделку!

Кэти всегда делала так, чтобы Адам не сомневался, что всего – включая и ее! – добился сам. Потому что так удобнее для всех – и для самого Адама, ведь это тешит его самолюбие, и для Кэти, которая в любом случае в выигрыше от развивающейся карьеры супруга. Но чтобы так случилось, надо было для начала женить Адама на себе. Тогда-то у Кэти и родился план «розыгрыша». Она подговорила Майкла, и тот, ангажировав на дело еще одного приятеля, и в один прекрасный вечер они «напали» на Кэти в темном переулке. По странному стечению обстоятельств неподалеку в это же время проходил Адам. Надо признать, он повел себя очень достойно. У Кэти нет-нет да проскакивали мысли, что ее избранник в женихи может и смалодушничать, но инцидент развеял все сомнения. Откровенно признаться, «бандиты» не очень-то и упирались и подозрительно быстро «сделали ноги», но в общем сумбуре «схватки» и при повышенном эмоциональном фоне операции спасения в целом такие нюансы остались незамеченными главным героем. Кэти, делая вид, что вот-вот упадет в обморок, обмякла в руках прекрасного принца, а злодеи, получившие неожиданный отпор, растворились в вечерних сумерках. Принц не подвел и в остальном – после чудесного спасения он предложил возлюбленной пойти под венец.

Что и требовалось доказать, как говорят математики.

Кэти и в дальнейшем не раз и не два выступала неким невидимым темным кардиналом в судьбе своего мужа, но ведь ему об этом знать вовсе не обязательно, правда?

Тем обиднее Кэти было из-за его сегодняшнего предательства. И вот теперь она тряслась на жестком сидении сафари-машины, краем уха слушала бубнящих мужчин, из вежливости порой улыбалась сплетничающим дамам и невесело размышляла о перипетиях судьбы, которая, как оказалось, чуть позже приготовила для нее дополнительные испытания.

Немного «ожила» Кэти только тогда, когда Кайл, рейнджер, который вл сафари-машину, обратил внимание «экскурсантов» на окружающую их саванну. Среди пустынного ландшафта, поблескивающих на солнце отполированных ветром камней, разрушенных временем скал, на песчаных проплешинах, на островках мелкой щебнки, там и тут виднелись живые столбики: маленькие зверюшки, застыв в вертикальном положении, тревожно наблюдали за проезжающей в их поле зрения машиной. Можно было также подумать, что они таким образом приветствуют дорогих гостей.

– Это сурикаты, – пояснил Кайл, чуть обернув голову со своего водительского места и повышая голос, чтобы его было слышно. – Их тут целые колонии…

Кэти присмотрелась: зверьки чем-то напоминали сусликов, но были более худыми и более длинными, если можно так сказать. Их большие, влажные круглые глаза, словно объективы видеокамер, внимательно следили за двигающейся по их владениям машиной.

«Часовые на посту», – подумала Кэти.

– Данная разновидность сурикатов, – продолжил свои пояснения Кайл, – так и называется – южноафриканской. В этой части континента их колоний больше всего. Здесь для сурикатов раздолье! Им нравятся открытые пространства, где мало травы и деревьев, так им удобнее рыть норы. Сурикаты – животные оседлые, с места на место перебираться не любят, поэтому норы роют основательно – длинные лабиринты под землей. Прячутся в них от хищников и жары. Там же отдыхают и воспитывают детенышей. Их излюбленная поза столбиком – одновременно познавательная и охранная. Они осматривают местность, а при возникновении опасности издают предупреждающий крик: другие члены стайки сразу же спасаются бегством, скрываясь в своих норах.

– Похожи на маленьких ангелочков! – неожиданно воскликнула Кэти, которой милые и трогательные силуэты зверьков пришлись по нраву; наконец-то она перестала думать о плохом.

– Ага, ангелочки! – благосклонно улыбнулся ей рейнджер. – Местные жители их так и зовут – «солнечные ангелы». Когда они вот так стоят столбиком, их шерсть просвечивается под солнечными лучами и выглядит как сияющий ореол. А мы люди набожные… Кстати, они еще и потому ангелы, что легко справляются с лунными дьяволами, так тут зовут змей, скорпионов, пауков и прочую нечисть. Местные жители даже порой заводят сурикатов для защиты дома, как вы заводите кошек от мышей. Но приручать их надо еще детенышами. А живут они от шести до десяти лет. Впрочем, в неволе порой дольше.

– Хорошие кошечки, – заметила Симона с последнего ряда кресел. – И как они себя ведут в качестве домашних животных?

– Как и любые другие! – усмехнулся Кайл. – Сурикаты довольно энергичные животные, игривые и любопытные, причем как в детстве, так и в старости. У них очень жизнерадостный характер. Они умны и контактны, так что с ними легко найти общий язык. Но при этом они не назойливы, не пристают к хозяину или гостям с просьбами поиграть, погладить, почесать… Вон, смотрите! – рейнджер показал рукой куда-то вверх: оказывается, там парил ястреб, явно выискивая себе очередную жертву.

Но сурикаты оказались проворнее: «часовой» звонко застрекотал, и стайка в мгновение ока исчезла из виду, скрывшись в траве.

– Этот, скорее всего, останется пока голодным, – пояснил Кайл, подразумевая ястреба. – А еще на сурикатов охотятся орлы, другие хищные птицы, а также гиены и леопарды. Взрослый сурикат – для них хорошая, жирная добыча, ведь вес такой особи достигает тринадцати килограммов.

– Такие хорошенькие и вдруг – добыча, – с сожалением произнесла Кэти.

– Таков дикий мир, – пожал плечами рейнджер. – Добавлю, что сурикаты вовсе не грызуны, хоть на них и похожи. Они родня мангустам, то есть кошкообразные. Другими словами, они и сами – хищники! И довольно серьезные. Эти зверьки ведь не просто стоят и нас разглядывают – они охраняют территорию. Сурикаты размечают свою территорию с помощью желез, расположенных у основания хвоста, и регулярно патрулируют свои границы, чтобы отпугнуть другие группы себе подобных. Если заметят опасность – начинают верещать и передавать информацию сородичам. Колонии сурикатов почти всегда враждуют между собой. На границах их владений часто возникают стычки и даже происходят настоящие сражения, в которых гибнут многие зверьки. Поэтому сурикатов считают достаточно кровожадными животными.

Сделав паузу в своем познавательном рассказе, Кайл замедлил сафари-машину и вскоре притормозил у кромки песчаной проплешины, где неподалеку как раз «торчала» стайка только что описываемых им зверьков.