Борис Шатров – Записки путешественника. Удивительные приключения в Африке и Америке. Второе издание, доработанное и дополненное (страница 18)
6. Африканская большая пятерка и сонные, но страшные львы
На следующий день после охоты на крокодилов и сурикатов мы проехали до дальних окраин заповедника, наслаждаясь прекрасными видами африканской саванны, чистым воздухом, экзотическими животными, постоянно хаотично перемещающимися на просторах саванны, но в то же время по своим определенным законам. В саванне постоянно что-то происходило. Можно было смотреть на это часами и днями, сидя в машине на одном месте. Но рейнджеры рвались вперед. У сафари есть свои законы.
Мы в Южную Африку приехали для решения бизнес-задач, сафари для нас было как развлечение в свободное время от работы. А кто едет целенаправленно на сафари – у них главный интерес повстречаться с большой африканской пятркой (The African Big Five). Это пять африканских животных, которых все хотят обязательно увидеть во время сафари. В большую африканскую пятрку входят: африканский слон, лев, леопард, африканский буйвол и носорог.
Животные включены в пятрку не из-за своих размеров. Изначально термин появился в среде охотников. В большую пятрку (The Big Five) охотники включили самых опасных животных. Позднее этот термин прижился и в туристическом бизнесе.
К тому моменту, хорошо или не очень хорошо, нам уже удалось увидеть всех животных из большой пятрки, кроме льва – царя зверей.
Африканский лев – один из самых крупных хищников, вес этого животного достигает двухсот пятидесяти килограммов. Лев может одним ударом убить антилопу или небольшого буйвола.
Львы часто охотятся группами, чтобы иметь преимущество перед более крупной жертвой. Это грозный, сильный и ловкий зверь, поэтому лучше держаться от него подальше. Ежегодно от африканских львов гибнут десятки людей.
Когда во время сафари становится совершенно темно, это добавляет еще больше впечатлений, ощущений. Дополнительно к фарам машины используются большие, мощные, но довольно легкие прожектора с удобной ручкой. Прожектор можно держать и одной рукой, и двумя руками. Рейнджер занят управлением машины и винтовкой, и поэтому во время движения прожектор дают мужчине, сидящему в переднем ряду за водителем.
В тот вечер рейнджер говорил, куда нужно светить, и таким образом нам было видно, что происходило по обе стороны от машины. Тем временем внезапно появились горящие глаза дикого животного, затем тень в грациозном прыжке исчезла в темноте.
"Леопард!" – возбужднно произнс рейнджер Джей Пи (JP).
Встретить леопарда ночью – большая удача. Это очень осторожный зверь. Дальше мы увидели расположенных группами антилоп и зебр. Они спят в основном стоя, ложатся только по очереди в центре круга, под защитой всех остальных. Еще дальше мы увидели жирафа. В темноте жираф казался просто огромным, и голова его виднелась высоко среди звезд. Жираф вообще может не спать неделями. Для хорошего сна ему надо меньше двух часов в сутки, спать он может урывками, при этом не только ночью, но и днм. Все животные в дикой саванне всегда готовы к нападению хищников.
Через некоторое время по рации из другой машины передали, что увидели львов. JP тихо скомандовал: "Всем сидеть молча и очень тихо. Любой звук способен встревожить зверей, и последствия этого могут быть непредсказуемыми".
Светя прожекторами и фарами, машины очень медленно подъехали к прайду львов с трх сторон. Рейнджеры сразу же приготовили винтовки к бою. Держа львов на прицеле, рейнджеры были готовы стрелять в любой момент.
Мы увидели довольно большой прайд, были и крупные самцы, и самки, и подрастающий молодняк. Львы в свете прожекторов и фар вели себя странно. Они совершенно не интересовались происходящим вокруг них, как будто луна светила на них с трх сторон.
Одни продолжали спать, другие вставали, потягивались, зевали во всю свою огромную пасть и переходили на другое место.
Мы это наблюдали около пяти минут, и вдруг у нас в машине послышался тихий мышиный писк. Оказалось, что это наш польский коллега Янош, самый здоровый из нас, выше ста девяноста сантиметров ростом, очень тихо и жалобно пищал: "Я хочу пи-пи! Я хочу пи-пи!"
JP мгновенно сориентировался, он сначала медленно отъехал подальше от львов, а затем дал полный газ и помчался по ночной дороге.
Он определнно знал, куда ехать. Через некоторое время он остановился, где был спуск от обочины дороги, и внизу слышалось журчание ручья. JP взял винтовку и сказал: "Янош, пойдм". Вдвом они спустились по склону. Вскоре мы увидели голову JP, он не двигался. Через некоторое время нам стало понятно, что JP расположился так, чтобы видеть нас и Яноша.
Люди в машине сначала были в шоке, а затем стали нервно хихикать. Прошло минут двадцать, и первым высказался Арнольд: "Поистине, человек состоит на девяносто процентов из воды". Когда прошло более получаса, я произнс на русском: "Янош увидел львов, а болезнь с ним случилась медвежья". Никто ничего не понял. Я повторил на английском, и снова не поняли, стали спрашивать: "При чм здесь медведь?" Тогда я рассказал, что случается с медведем, когда его посреди зимы, во время спячки, будят охотники с ружьями, собаками, и с шумом-гамом. После этого, представив эту картину с медведем, все начали тихо ржать, зажав рты руками.
В машине наступила разрядка, все повеселели. Приблизительно еще через полчаса появился Янош с понурой головой, в выстиранных и хорошо отжатых джинсах, а за ним молчаливый JP.
Янош смог только выдавить из себя: "Извините меня, дамы и господа".
Коллеги же стали его подбадривать: "Всякое со всеми иногда случается. Не бери в голову, Янош!"
"Вот он, американский тимбилдинг в действии, – размышлял я, – офисный планктон, в котором каждый сам за себя, привезли ко львам, способным сожрать всех без остатка. Но самый здоровый экземпляр планктона наделал полные штаны, просидел час с поносом в кустах у реки, и теперь к отелю возвращается уже сплоченный коллектив, готовый на совместные трудовые подвиги. С нами произошел ряд событий, но осталось не совсем понятно: какое именно событие из этого ряда привело к тому, чтобы тимбилдинг сработал? …Неужели понос?" На этот вопрос я так и не нашел ответа.
Так у нас закончилась первая встреча со львами.
7. Опера в саване с атомной бомбой и волшебным зельем: вечеринка с южноафриканским коктейлем
Один из вечеров превратился для нас в подлинный праздник, насыщенный удивительными событиями. Нас усадили на сафари-машины и повезли в африканскую деревню.
Уже начинало потихоньку темнеть, на небе проявилась довольно яркая луна, красиво подсвеченная отблесками догорающей зари. Казалось, этот небесный фонарь освещает наш путь в неизведанное. Настроение в предвкушении новых впечатлений от грядущих встреч было у нас какое-то возвышенное.
Деревню окружал высокий забор из тростника – защита от диких животных. Проезд внутрь освещали фонари, подвешенные на небольших столбах.
Когда машины приблизились к этому месту, на дорогу, преграждая нам путь, вдруг выскочили пятеро полуголых чернокожих молодцев. Они присели, видимо, чтобы набрать больше воздуха в легкие и при этом не упасть, и начали орать во всю глотку, широко открыв белозубые рты. Вид у них был еще более впечатляющий, чем их душераздирающий ор: на черных телах виднелись только набедренные повязки или потрепанные шорты, порванные в лоскуты, – остатки старых джинсов. На троих были шахтерские каски с фонарями, а у двоих головной убор состоял из птичьих перьев. Кто-то выбежал к нам босиком, кто-то – в высоких резиновых сапогах, а в руках молодцы держали или лопаты, или длинные палки.
Оставаясь в позиции полуприседа с широко расставленными ногами, с разведенными в стороны руками с лопатами и палками и с разинутыми в вопле ртами, в которых жемчугом поблескивали зубы, эта группа южноафриканских «шахтеров» выглядела невероятно живописно. Можно было сделать потрясающее фото и прославиться на весь мир, став автором такого уникального снимка, но в машинах все забыли о фотографировании, сидели сначала в глубоком шоке, как при атаке слонов, потом в удивлении, а затем и в восхищении.
Прооравшись, пятерка черных удальцов начала дико скакать. Дальше вопили они уже по очереди, а не все сразу, и при этом изображали схватку с невидимым врагом: используя лопаты и палки, как боевое оружие, демонстрировали ими мощь ударов по противнику. Особенно старались двое воинов в обуви, у которых на тоненьких худых ногах болтались не по размеру громоздкие резиновые изделия. Высоко прыгая и опираясь на лопаты, они задирали ноги высоко вверх и успевали исполнить оригинальный танец сапог.
Напрыгавшись и наоравшись, бойцы-шахтеры расступились, машины въехали в деревню и остановились у площади под сенью растущих рядком деревьев.
Вокруг горели небольшие костры, и полуголые, разрисованные причудливыми полосами мужчины танцевали в кругу. Они выглядели странно, напоминая призраков в лунном свете, которые двигались в такт раздающимся звукам. Их влажные от пота тела извивались под светом луны. Отблески пламени костров падали на их темные силуэты и усиливали впечатление торжественности и первобытности происходящего. Белые линии и точки, нарисованные на коже краской, подчеркивали изящность движений танцоров: мужчины двигались, словно в магическом завораживающем трансе в такт музыке, которая звучала необычно для европейского уха.