Борис Шапталов – Как проиграть в политике (страница 23)
Сталиным был использован и такой метод отвлечения, как временное смягчение репрессий с прощением «по челобитным» репрессированных. После кратковременного «либерализма» террор возобновлялся с новой силой, но создавался образ мудрого отца, умеющего не только наказывать, но и прощать блудных сыновей.
В беседе с режиссером С. Эйзенштейном и актером Н. Черкасовым по поводу фильма «Иван Грозный», Сталин заметил (запись Н. Черкасова): «Одна из ошибок Ивана Грозного состояла в том, что он не дорезал пять крупных феодальных семейств. Если бы он эти пять боярских семейств уничтожил, то вообще не было бы Смутного времени».
Мысль понятна, ибо после смерти Бориса Годунова самозванца Лжедмитрия поддержали и возвели на трон московские бояре. А если бы их не было? Тут можно поспорить на тему, что было бы, если бы не «бы»? Ведь их место заняли б другие бояре. Но в данном случае показательна фраза про уничтожение «семейств». Это значит, надо было убить не только мужчин, но и женщин с детьми, чтоб прервался род. Кроме того, выходит, сам Сталин считал, что знает, сколько надо репрессировать. Однако после его смерти соратники сразу же отвернулись от его наследия, выпустили из тюрем и лагерей большую часть осужденных по политическим статьям, а выдвинутый Сталиным на высокие посты Хрущев публично осудил сталинизм. Так что получается и Сталин недоказнил энное число своих «бояр»? Правда, тогда возникает вопрос: а сколько надо казнить, чтобы все было тип-топ? Ведь суть репрессий, по логике, должна заключаться не в процессе сладостных казней, а в достижении поставленной цели. А она-то, получается, оказалась недостижимой: сколько ни убивай «предателей», они рождаются вновь и вновь. Что за напасть? И почему она касается лишь репрессивных режимов?
Даже если согласиться, что Сталин боролся с комбюрократией, предателями и ворами, как считают его поклонники, то этой задачи он не решил. Вместо одних голов у гидры немедленно вырастали новые. Выходит, путь казней не есть решение проблемы, тем более что известно множество стран, которые процветают без всяких репрессий. И как это у них получается? К тому же возникает следующая странность: чем больше предателей выискивал правитель, тем больше сам становился похожим на предателя, ибо, как выясняется потом, вместе с «врагами» садятся в тюрьму много невиновных, в том числе подлинных патриотов (у Ивана IV – это воевода Михаил Воротынский и митрополит Филипп. У Сталина – конструкторы Туполев, Королев, Глушко, генетик Вавилов, генерал Рокоссовский и т.д.). Однако решение проблем топором может показаться привлекательным, особенно на переломах истории, или когда страна оказывается в тупике. А тут чик-чирик и вопрос решен. И не важно, что потом вдруг грянет Смута и московское царство развалится. Или Советский Союз нежданно-негаданно распадется. Ответ на это, вроде бы, напрашивается само собой: значит мало казнили и сажали, иначе крушения государства не было бы. Одно лишь непонятно: так сколько надо казнить? Где норма, и какой математической формулой ее вывести? Пол Пот пытался ее вывести, но не дали довести до конца. Вопрос так и стался открытым.
Защитники Ивана IV в качестве аргумента приводят число им убиенных. Мол, им было казнено лишь около 3 тысяч человек (в это число не включают тех, кого не было принято считать в те времена – крестьян, слуг, монахов-чернецов и прочей мелюзги). Примерно столько же погибло в Варфоломеевскую ночь 1572 года во Франции, когда католики резали протестантов. Так что, пишут они, Иван Грозный в плане репрессий ничем особо не отличался от своих европейских коллег по управленческому ремеслу. Надо же, наконец-то с Европой сравнялись! Так сказать, если не по уму, так по дурости. Но может, лучше с Европой по другим параметрам соревноваться? К тому же можно поспорить и о «качестве» репрессий, ибо в Европе чаще всего просто казнили (отрубали голову), а не занимались утонченным садизмом, а именно: не сдирали кожу, не насиловали дочерей на глазах родителей, не убивали жен и детей опальных аристократов. Так в ходе карательной экспедиции против Новгорода женщин с привязанными к ним малыми детьми бросали с моста в ледяные воды Волхова. «А младенцев к матерям своих вязаху и повеле метати в реку», – писал летописец. Да и специфического юмора хватало. Так, царь приказал не просто убить бывшего своего приближенного Фунтикова, а бросить в кипяток. То-то потеха было смотреть, как выскочивший из чана голый красный, как рак, мужик бегал, вопя, пока не свалился. Современники отмечали, что Иван IV не просто казнил, а наслаждался видом мучившихся, то есть был садистом. Отсюда понятна реакция главы православной церкви Руси митрополита Филиппа, о котором не любят вспоминать поклонники Ивана Грозного. Надо было иметь более чем веские основания, чтобы прилюдно отказать царю в благословении в Успенском соборе Кремля. Хотя иерарх понимал, что добром для него эта демонстрация не кончится, но – что говорится – достал! А не любят упоминать митрополита Филиппа «иваногрозненцы» потому, что не мог церковный деятель такого ранга заступаться за предателей, шпионов и заговорщиков. Значит, большинство обвинений были ложью.
Показательно, что православный государь не погнушался ограбить монастыри и церкви новгородской земли. «13 октября 1570 года в Москву повезли выбитые из монахов деньги – 13 тысяч рублей» (Флоря Б. Указ. соч. С.241). Большая сумма по тем временам. А разгромленный Новгород больше не смог подняться до прежнего уровня. А ведь он был пограничным, но то, что враги не смогли сделать за полтысячи лет, сделал Иван IV.
Современник царю таллинский пастор Балтазар Рюссов свою хронику, посвященную событиям Ливонской войны, сопроводил следующим выводом: «…немцы, бывшие в Москве в то время… сознавались, что если бы неприятель со стотысячным войском пробыл в России, воюя целый год, то немыслимо, чтобы он нанес Московиту такие убытки, какие он нарочно наносил сам себе» (Флоря Б. Указ. соч. С.258). Меткое замечание, ибо нам придется еще не раз обращаться к этому феномену российских правителей: наносить своей стране «убытки».
Путешественники той поры описывают разорение и запустение деревень и даже городов Московской Руси. Во многих местах население сократилось в разы. Поля зарастали кустарником. Как будто война шла не за пределами страны, а внутри ее. Историки на основании документов подтверждают наблюдения современников. «Какими были итоги пятидесятилетнего правления Ивана Грозного? Без преувеличения можно сказать, что он получил от боярского правительства цветущую страну, а передал преемникам полностью разоренное государство», – заключал свое исследование историк Р Скрынников (Скрынников Р. Василий III. Иван Грозный. – М., 2008. С.574). По экономике и населению страны был нанесен чувствительнейший удар. Былое процветание сменилось упадком. По сути, была заложена традиция разорения государства властями, тянущаяся до наших дней (последнее по времени произошло в 1990-е годы).
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.