Борис Рыбаков – Ремесло древней Руси (страница 79)

Киев

Белгород

Сахновка (р. Рось)

Вышгород

Житомир

Витичев

Любеч

Овруч

Владимир Волынский

Васильков

Белая Церковь

Чернигов

Богуслав

Городок (близ Радомысля)

Перещепино (близ Полтавы)

Райковецкое Городище

Девичь-Гора

Канев

Княжья Гора

Как видим, главный район бытования энколпионов — это Среднее Приднепровье.

Удалось обнаружить 32 различных литейных формы с общим количеством в 127 отливок. Большинство форм имело от 2 до 5 отливок, но некоторые — по 8, 12 и даже 16 отливок. Остановлюсь на последнем случае, как на наиболее полном[919].

Крест-складень — литой из бронзы с тщательной скульптурной работой, но с обратными надписями, происшедшими оттого, что мастер резал их прямо на литейной форме; поэтому на отливке они получились негативными. (Рис. 105). Дата устанавливается по находкам их в Киеве в комплексах 1240 г. (землянка близ Михайловского монастыря и тайник Десятинной церкви, через который киевляне пытались бежать во время осады города Батыем).

Самым важным в приведенном примере является то, что в Киеве близ Десятинной церкви была найдена литейная форма для отливки этих крестов[920]. Следовательно, мы получаем здесь не только район сбыта, но и производственный центр этого района, чего не было у нас при рассмотрении деревенского ремесла.

Киевские энколпионы, вышедшие в 1230-х годах из мастерской в Старом Городе, имели два резко различных ареала. Часть их была найдена на Северном Кавказе и в Поволжье, в районе летних кочевий Батыя, и, по всей вероятности, связана с уводом киевлян в татарский полон. В данной связи эти далекие находки не могут нас интересовать, так как к экономике ремесла отношения не имеют.

Другой район их распространения (очевидно, до нашествия) значительно важнее:

Киев (несколько находок) -

Васильков -

Городск -

Девичь-Гора -

Княжья Гора -

Канев -

Райковецкое Городище — расстояние 200 км

Общее протяжение очерченного района сбыта около 200 км; по отношению к Киеву район больше вытянут в южном направлении, чем в северном. Характерно, что все энколпионы распространены, во-первых, только в городах, а, во-вторых, только в городах Киевского княжества (включая сюда и Поросье), не переходя нигде за его политические границы конца XII — начала XIII вв.

Данные о других энколпионах вполне подтверждают полученное представление об объеме района сбыта. Приведу несколько примеров:

Вышгород -

Княжья Гора (2 экз.) -

с. Григоровка близ Киева — расстояние 110 км[921]

Сахновка -

Перещепино — расстояние 230 км[922]

Ту же картину дают и змеевики. Так, например, бронзовая отливка в той же литейной форме, в которой мастер отливал знаменитую золотую «черниговскую гривну», найдена в Ганниной Пустыни в 95 км от Чернигова[923].

При сопоставлении с районом сбыта деревенских ремесленников оказывается, что продукция городских мастеров покрывала район в десять раз больший по протяжению и в сто раз превосходящий деревенский по площади.

Выше я отметил намечающуюся зависимость между границами княжества и районом сбыта столичных мастеров, но бывают и исключения, когда киевские изделия попадают в Новгород, в Херсонес и даже в Богемию и Болгарию (Дунайскую), где встречаются русские энколпионы XI–XII вв., иногда даже литые в одной форме с киевскими.

Итак, применение метода определения тождества вещей позволило выявить небольшие районы сбыта для деревенских мастеров и значительно большие для их городских собратьев. Однако установлением факта, что деревенский литейщик обслуживал соседние деревни, а городской — соседние города, не исчерпывается тот круг экономических вопросов, который может быть затронут в связи с анализом археологического материала.

Картографирование разнообразных археологических предметов XI–XIII вв. выявило, что наряду с устойчивыми и определенными областями распространения вещей, упирающимися в древние племенные рубежи, в деревнях встречаются вещи с очень значительной областью распространения, но не подчиненной никаким традиционным границам. Так, например, в деревенских курганах Владимиро-Суздальской Руси встречены небольшие квадратные иконки, литые в одной литейной форме. Район их распространения: Сверчково (б. Юрьевского у.), д. Зворыкина на Шексне близ Белоозера и неизвестное селение близ Богородска Моск. обл. (расстояние 300–400 км)[924].

Подвески с ложной зернью и с позолотой, литые в одной литейной форме, встречены в следующих местах:

Бригидов Двор близ Речицы -

Окрестности Бобруйска -

Ванюжиницы близ Мозыря -

Княжья Гора -

Сахновка -

Мироновка — расстояние 380 км[925]

Эти подвески, явно подражающие сложной городской технике и имитирующие золотые вещи, найдены в самых различных условиях: в дреговичском Полесье — в деревенских курганах, а в Поросье — в богатом кладе вместе с городскими вещами.

Широкое распространение в XI в. имеют подвески гнездовского типа с различными драконами. Они также встречаются и в деревнях, и в городах в земле кривичей, радимичей, северян и полян.

В западных областях Киевской Руси очень широко распространены медные бусы из проволочного каркаса с крупной зернью. Область их распространения может быть приблизительно очерчена так: на востоке они доходят до Днепра, на севере — до Минска, на западе — до Восточной Галиции, на юге — до лесостепной Волыни. Поперечник области — около 400 км. Считать эти бусы изделием деревенских ремесленников очень трудно, так как техника их изготовления довольно сложна. Встречаются они и во многих городах Среднего Приднепровья (кроме Киева).

К вещам такого же типа, имеющим очень широкую область распространения и не связанным с местными племенными типами, можно отнести лировидные поясные пряжки, одинаковые почти во всех русских областях XI–XII вв.

Интересна область распространения языческих амулетов в виде гребней, коньков, миниатюрных ложечек, ключиков, крошечных бронзовых топориков с рукоятями, подражаний волчьим челюстям, ковшичков, ножей, рыб, птиц. Такие амулеты иногда монтировались в специальные наборы. Область их распространения — окрестности Смоленска, Приладожье, Псков, Суздальская земля, радимичи.

Любопытно, что торговля амулетами в XI–XII вв. шла, очевидно, хорошо, так как часто встречаются амулеты стандартной выработки. Устойчивость форм в сочетании с очень широкой областью распространения указывает на весьма ограниченное число мест их выработки. Судя по густоте находок их вокруг Смоленска, центр их производства следует искать или в самом Смоленске или поблизости от него.

С юга, как бы в противовес этой языческой стихии, двигались массы вещей христианского культа — многочисленные образки, тельники, крестики и т. д.

Остановлюсь на бронзовых крестиках с желтой выемчатой эмалью. Четыре из них, сделанные одним мастером, разбросаны в следующих местах: Киеве, Влазовичах (радимичи), верховьях Волги и Костроме. Расстояние — 600 и 1100 км от Киева[926].

Очень близкие по типу крестики с выемчатой желтой эмалью встречены почти во всех русских областях (рис. 106): от Дрогичина — на западе до Рязани и Костромы — на востоке; от Канева — на юге до Приладожья и Прибалтики — на севере. В деревенских курганах попадаются крестики с дешевой эмалью. Встречаются они и в городах. Особенно ценно то, что литейная форма для литья одного типа крестов была найдена на городище Княжья Гора[927].

Вместе с крестиками встречаются монеты X–XI вв., но датировать X в. их нельзя по всей совокупности вещей.

Сочетание всех перечисленных фактов делает данные предметы очень важными для решения вопроса о взаимоотношении города и деревни в XI–XII вв. Изложу кратко выводы, вытекающие из анализа карты распространения выемчатых эмалей (см. рис. 106):

1) выемчатые одноцветные эмали изготовлялись в Среднем Приднепровье в XI–XIII вв.; кроме Княжьей Горы, мастерские могли быть и в других городах (напр., Киеве);

2) часть продукции оседала в Киевском княжестве, где очень часты находки подобных вещей;

3) значительная часть крестиков с желтой эмалью направлялась в деревню и проникла в самые глухие углы различных русских княжеств;