Борис Руденко – Остров, которого нет (страница 3)

Зев Дьявола – это всего лишь ураган, не более того. Но ураган не обычный. Ураганы бывают на всем пространстве океана. Они приходят и уходят, израсходовав свою разрушительную силу. Но Зев Дьявола не прекращается никогда. Он существует вечно и исчезнет лишь вместе со всем нашим миром. Это зона постоянного сильнейшего шторма диаметром около трехсот миль. Он немного стихает летом и набирает полную силу с наступлением зимы, он всегда находится на одном месте сотни, тысячи, а может, и миллионы лет, задолго до появления на этих берегах человека. Я не знаю, почему он такой, да и никто не знает, хотя столичные умники постоянно пытаются придумать какие-то объяснения.

А объяснений нет. Просто ураган – это постоянно распахнутые врата ада, потому его и назвали так – Зев Дьявола.

Там, внутри трехсотмильной зоны бурь, действительно есть остров. Молва нарекла его Золотым. Легенды рассказывают о несметных сокровищах, оставленных там Основателями мира под защитой бессмертного и несокрушимого сторожевого зверя – Зева Дьявола. Берега Золотого острова иногда можно было увидеть. Но только издалека. В сезон охоты на каракатиц, в самой середине лета, когда ураган ослабевает и немного смещается в сторону от своего постоянного центра, в зрительную трубу хорошо виден высокий скалистый берег, окруженный пенистой оградой бьющихся на рифах волн. В подвальчике Фарнифа любят почесать языком о том, что неким смельчакам случается преодолеть рифовую гряду, побывать на острове и даже успеть вернуться до возвращения адского сторожа сокровищ. Вот только сокровищ с острова никто в глаза так и не видел. Я не участвую в таких разговорах. Может быть, по этой причине некоторые бездельники и трепачи вроде Пенты-Водки считают, что я наведываюсь на Золотой остров как в собственный огород, которого, кстати, у меня тоже никогда не было.

Тех, кто верил сказкам о сокровищах, было немного. Но все же достаточно для того, чтобы раз в несколько лет в сторону Зева Дьявола отправлялось судно, набитое сумасшедшими искателями приключений и богатства. Нет, конечно же не от причалов Климба – в нашем городке сумасшедшие давно перевелись. Корабли дураков приплывали с юга и севера и лишь заправлялись у нас нефтью да пополняли запасы продовольствия, которое, полагаю, так ни разу и не было съедено до конца. Потому что ни один из этих кораблей никогда не возвращался. Он существовал, этот остров, и в то же время его словно бы не было…

Я торопился изо всех сил, но не терял при этом осторожности и был уверен, что избежал слежки. Никто не встретился мне на пути, потому что погода сделалась настолько мерзкой, что загнала в укрытия даже вечно голодных и невероятно горластых портовых псов.

Моя «Клео» мирно дремала в конце причала. Лишь на корме тускло мерцало пламя палубного фонаря. Сходни были убраны, поэтому я прыгнул на корму через борт, конечно же снова потревожив свое несчастное колено. Стук моих башмаков о палубу и, главным образом, громкая ругань – результат вновь испытанной боли – разбудили чутко спавшего Горана. Люк кормовой каюты откинулся, Горан с длинным ножом в руках словно кошка выпрыгнул на палубу, но поскольку я не прекращал шипеть и ругаться, он меня узнал раньше, чем собрался прикончить.

– Это вы, капитан, – сказал Горан, опуская нож и широко зевнул.

– Как наши пассажиры? – спросил я.

– Спят, – ответил Горан. – И я тоже сейчас мог бы спать.

– Извини, Горан, боюсь спать тебе не придется, – огорчил я его. – Мы уходим.

– Куда?

– Уходим из Климба. А остальное решим по пути.

– Хорошо! – только и ответил Горан. – Капитан, вы не возражаете, если я сначала оденусь?

Я знаю Горана уже два года и все это время не перестаю удивляться его фантастическому хладнокровию. До сих пор мне ни разу не удалось вызвать у него хоть что-то похожее на чувство изумления. Полагаю, одним из его предков действительно была холодная Мать-каракатица, от которой, по легенде, произошли люди Мраморных островов. Правда, согласно той же легенде, почти все они ушли в море. Но некоторые все же предпочли остаться на суше и бродят ныне среди нас, притворяясь настоящими человеками. Я не верю в глупые сказки, но в этой части для Горана был готов сделать исключение. Когда Герсебом передал мне «Клео» и я должен был найти помощника, Горан объявился словно по телеграфному вызову. Не успел еще высохнуть клей на объявлении, что я вывесил на главной площади Климба у ратуши, как он явился на причал. Тогда ему было двадцать четыре и меня не смутил его возраст, потому что я стал помощником Герсебома, когда мне только что стукнуло девятнадцать. Я сходил с Гораном в пробный рейс, после чего тут же зачислил на должность и еще ни разу о том не пожалел.

– Что-то случилось? – услышал я за спиной тихий вопрос и невольно вздрогнул. Брант подошел так незаметно, что слегка меня испугал. Рядом с ним, придерживая у шеи рукой наброшенный на плечи плащ, стояла Лотта.

– Случилось, – подтвердил я. – Слишком многие ищут с вами немедленной встречи.

– Этот ваш… Локуфа?

– Не только. Хотя и он тоже, не сомневайтесь. В Климбе объявились два чужака – видимо, они приехали с вечерним паровиком. Они спрашивали меня о вас, и они мне не понравились.

– Как они выглядят? – спросила Лотта своим волшебным голосом, и снова завороженный его звучанием я помедлил с ответом.

– Они похожи на гвардейцев епископата, – ответил я после паузы. – И у старшего из них – вот здесь, – я приложил палец к своему подбородку, – след от удара ножом.

Лотта туже стиснула воротник плаща и отступила на полшага.

– Человек со шрамом на подбородке, – сказала она. – Они нас нашли.

– Они вас не нашли, – возразил я с неожиданной для себя энергичностью. – Никто вас пока что не нашел.

– Что вы намерены делать, капитан? – спросил Брант.

Мне понравился тон, которым этот вопрос был задан. Тон был вежливый и фактически просительный. Отметины его железных пальцев все еще горели на моей шее, но сейчас Брант находился в смятении и нуждался в помощи, которую ему мог оказать только я.

– Удирать, – сказал я. – С первым признаком рассвета, каким бы жалким он не оказался.

– Почему не прямо сейчас?

Меня удивила его неосведомленность. Она граничила с наивностью, негожей для его лет.

– Потому что вначале надо разогреть котел и запустить машину и на это потребуется некоторое время. К тому же в темноте я не сумею провести «Клео» между волноломами.

– Да, я понял, – быстро сказал он. – Если вам нужна моя помощь…

– Помощь не нужна, – ответил я. – Но если она понадобится, я вас непременно позову. Позаботьтесь о ваших спутниках. В такую погоду лучше находиться в тепле.

– Поступайте, как считаете нужным, капитан Якоб, – сказал Брант. – Мы надеемся на вас.

Я смотрел, как они прошли на нос, спустились в каюту и захлопнули за собой люк. А волшебный голос Лотты продолжал звучать в моих ушах…

Топка жадно пожирала нефть, и температура в котле машины поднималась даже несколько быстрее, чем я рассчитывал. Когда восходящее светило разделило океан и небо серой полоской на горизонте, давления пара было достаточно, чтобы отправляться в путь. Самое время. Погода предательски переменилась. Ветер стих, дождь прекратился. А труба «Клео» – единственной из всей флотилии кораблей, приткнувшейся к причалам, замершим на рейде в акватории порта, – вовсю чадила черным дымом, который менее чем через полчаса будет виден с любой городской окраины.

Я спрыгнул на причал, отвязал концы от кнехтов, перебросил на борт и вернулся на палубу. Из люка машинного отделения выглянула чумазая физиономия Горана.

– Отваливаем, капитан?

Я забрался в рубку, покачал для пробы штурвал и перевел сектор скорости в положение «малый ход». Винт вспенил воду, и «Клео» начала неторопливое движение. И в этот момент я увидел, как от берега в нашу сторону бегут две темные фигуры. Полоса воды между «Клео» и причалом достигала не менее десятка метров, когда эти двое добежали до места швартовки. И тогда я узнал вчерашних чужаков.

– Эй, капитан! – крикнул старший. – Не захватите ли нас в плавание.

Я помахал им рукой в знак приветствия, а потом изобразил жестами отказ с глубочайшим сожалением: рад бы, да никак не получается. «Клео» между тем уплывала все дальше, я увеличил скорость и нацелил форштевень судна на выход из акватории порта. Когда мы совершили левый поворот, устремившись в море, я в последний раз взглянул на причал и с удивлением увидел, что народа там изрядно прибавилось. Те, кто подбежал позже, угрожающе махали руками и разевали в криках рты, но на таком расстоянии разобрать слов было уже нельзя.

Отворилась дверца, и в рубку вошел Брант.

– Кто это? – спросил он.

– Полагаю, все, кто вас ищет, – ответил я. – Те двое, а еще люди Локуфы. Мы отвалили очень вовремя.

– Они могут погнаться за нами?

– Такое вполне возможно, – согласился я. – Но опасаться этого не следует. Прежде им нужно найти судно, потом развести пары, а к этому времени мы будем уже далеко. К тому же догнать «Клео» совсем не просто.

Последнюю фразу я произнес с гордостью. Мой корабль действительно считался одним из самых быстрых на всем побережье.

– Куда мы плывем?

– На Мраморные острова. Где-то ведь нужно переждать эти два дня.

– Но если будет погоня… Какова вероятность того, что нас там смогут обнаружить?