Борис Романовский – Сын Бессмертного. Книга 1 (страница 12)

В этом месте жили смертные люди. У них была одна особенность – они все были рыжими. В ночь на мой десятый день рождения я очутился именно в этом колодце, на краю деревни. И местные жители приютили меня, накормили. Я даже познакомился со своей одногодкой – рыжей девочкой по имени Мелли. Именно в её доме я остался жить.

В деревне было много странных обычаев и верований. Люди искренне верили, что они единственные в мире. И долго пытались понять, чей я сын и почему мои волосы такие странные.

Когда я сказал им, что за пределами колодца большой мир, полный миллионов людей, – меня высмеяли. Но не зло. Просто посмеялись над глупым ребёнком, который говорит чепуху.

Несколько дней прошло без происшествий. Я сдружился с Мелли, и мне с ней было очень комфортно. Я рассказывал ей о мире за пределами колодца, а она заворожённо слушала. Спустя пару дней она начала верить мне. Мы вместе искали способ выбраться из колодца. Но его стены были очень высокими – казалось, они поднимаются до самого неба.

Мы с Мелли строили лестницу, используя панцири жуков и деревья. Взрослые с улыбками наблюдали за нашими шалостями, открыто говоря, что в будущем мы будем красивой парой. Мелли всегда краснела при таких разговорах.

Пару раз меня силком тащили в реку и пытались вымыть мои волосы, чтобы они приняли “нормальный” цвет. Я не особо сопротивлялся. Разумеется, у них ничего не получилось.

Время неумолимо бежало, я прожил в колодце два месяца. За этот период наша лестница не достигла даже сотой части стены колодца. Я всё больше осознавал, что ситуация безнадёжная. Мне даже не хватит материала, чтобы достроить лестницу. А если бы и хватило – на это ушли бы годы. Когда я окончательно смирился с этим, меня захватила хандра. Я очень скучал по маме, мне не хотелось на всю жизнь остаться в колодце. Я сильно заболел.

Мелли была всегда рядом со мной, и благодаря ей мне становилось лучше. Я начал забывать о доме. Все вокруг говорят, что мы одни в мире. Может, это правда? А мама и Рай – это сон? Тогда, в десять лет, я начал верить, что на самом деле не существует ничего за пределами колодца. Я начал смущаться, что не такой, как все, – мне очень не нравились мои чёрные волосы, я хотел быть рыжим.

Так прошёл ещё месяц. Лестница, которую мы с Мелли строили, наполовину разрушилась. Она стала своеобразным памятником детской глупости. Мне было смешно, когда я смотрел на эту конструкцию. Построить лестницу до неба, ха! Каким же я был глупым.

Добродушный отец Мелли часто подшучивал надо мной из-за этой лестницы, и после одной такой шутки я решил её разрушить. Мы с Мелли шли к ней, когда внезапно потемнело.

Я задрал голову и увидел картину, которая ещё очень долго будет сниться мне в кошмарах. В небесах появилась огромная лысая голова. У этой головы были большие чёрные глаза, такого же цвета губы и шрам в виде креста на лбу. Ни одной морщинки – лицо над колодцем было детским.

Затем рядом с головой возникла рука, держащая трубку. И в наш мир хлынула горячая вода! Это был кипяток, вся деревня кричала от боли. Мы с Мелли находились за пределами поселения, нас просто обдало волной горячего пара.

Недоверие, ужас, бессилие. Я чувствовал себя муравьём, не способным сделать абсолютно ничего. А потом рука взяла совок и начала засыпать наш мир землёй. Первая же гора раздавила деревню и убила всех жителей. Вторая – похоронила меня и Мелли.

Благодаря Телу Куклы я умирал долго. В то время как Мелли погибла почти сразу. Её лицо сильно ошпарило паром, у неё были красная кожа и большие волдыри. На лице Мелли застыло выражение ужаса.

Так получилось, что нас не расплющило под тоннами земли. Огромные каменные глыбы прижали нас, но не раздавили. Я лежал напротив Мелли, наши лица находились очень близко друг от друга. Из-за Тела Куклы даже в полной темноте я различал смутные очертания.

Не знаю, сколько часов или даже дней я там пролежал, медленно умирая. Тяжесть сверху со временем становилась только сильнее, медленно деформируя моё тело.

Когда моё сознание, наконец, угасло – я проснулся в своей комнате, в Небесном Гроте. Рядом мирно спала мама – она всегда ложилась со мной в ночь моего дня рождения.

***

Я открыл глаза и проморгался. Снова снился сон о Мелли и колодец. После того случая я кардинально изменился. Меня ужасала мысль, что я снова окажусь в подобной ситуации – как беспомощный муравей. Я пересмотрел своё отношение к жизни. Я подумал: а что если Небесный Грот – такой же колодец? Позже в библиотеке я узнал, что существует семь областей Рая, шесть областей Ада и девяносто девять смертных планет. И Небесный Грот – это всего лишь одна из семи областей Рая. А наш город – один из тысячи подобных городов.

Сильно изменилось моё отношение и к самим людям. Видя девочек, я всегда представлял их мёртвыми – с ошпаренными, искажёнными в ужасе лицами. С того момента для меня исчезло такое понятие, как внешняя красота. Как бы прекрасно ни выглядел человек – я представлял, как он потеряет своё очарование, если его облить кипятком и скинуть на него гору земли.

– Останусь пока здесь, – пробормотал я, вставая с кровати. Не хочу сейчас возвращаться в Ад.

Я расправил шторы, и мне в глаза ударил свет. На улице день. На выходе из комнаты меня ждал высокий слуга.

– Господин, обед готов, – он поклонился.

– Веди, – махнул я рукой.

Пока мы шли к главному залу, я рассматривал картины на стенах коридора. Я ещё при первом посещении этого места заметил, что родители Светки небедные люди. В Небесном Гроте далеко не каждый человек может жить в таком доме.

Большой зал с высокими потолками, длинный стол из чёрного дерева, на который постелили белую скатерть. На краю стола стоят несколько тарелок, закрытых серебряными крышечками. Рядом со стулом меня ждёт Глав-слуг с кувшином вина в руках. Я огляделся. Никого. Пустые диваны, дорогой ковёр на каменном полу, камин.

– А где Светка и её родители? – я сел за стол и открыл самую большую тарелку. В ней дымилось нежное мясо, политое тёмным соусом.

– Маленькая леди в школе. Госпожа себя плохо чувствует, она у себя. А господин на работе.

– И где он работает? – я накинулся на еду.

– Помощник заместителя мэра, – гордо сказал Глав-слуг.

Я хмыкнул.

– Я думал, он кто-то поважнее. И как он такой дом может снимать?

– Это дом господина, – с ноткой обиды в голосе сообщил Глав-слуг.

Я подавился и закашлялся.

– Помимо этого дома у господина есть недвижимость и в других городах Российской Империи, – добавил Глав-слуг.

– Ничего себе, – я покачал головой. – Когда я жил в Небесном Гроте, там вся недвижимость города принадлежала нескольким семьям. Обычные Небесные могут только снимать жильё, но не владеть им. Даже если кто-то захочет купить дом – ему нужно не только обладать силой как минимум второго ранга, но и заплатить огромные деньги. Я узнавал, самые недорогие квартиры стоили от тысячи хрустальных кубиков.

Глав-слуг звучно сглотнул. Я посмотрел на него и понял, что бедный мужик весь побледнел. Его губы дрожали, как и руки, держащие кувшин с вином.

– Ужас, да? – я похлопал по плечу Глав-слуга. У того чуть ноги не подкосились.

– Как-то ты остро реагируешь, – я вернулся к еде. – У вас здесь все домами владеют, раз ты так шокирован?

– Г-г-господин, – Глав-слуг заикался. – Вы были в Р-р-раю?

– Я там родился. Прожил девятнадцать лет, а потом меня обвинили в убийстве полумиллиона смертных и хотели сжечь душу. Но в итоге я выжил и попал в Ад.

Глав-слуг не выдержал и упал. Но моментально встал и рассыпался в извинениях. Я не обращал на него внимания. В Раю я очень редко мог есть блюда, подобные этим. Кулинария на смертных планетах развита в несколько раз лучше, чем в Аду или Раю.

– У нас похожая ситуация в Европе, – первым продолжил разговор Глав-слуг, успокоившись. Сейчас его голос звучал очень уважительно, с оттенком страха. – Там тоже очень сложно купить недвижимость, можно только снимать.

– Где ближайший вход в местный Ад? – задумчиво уточнил я и хлебнул из глубокой миски вкусный мясной суп с сухариками.

– Наша Империя имеет два входа в Ад. И один из них – в нашем городе, Санкт-Ивансбурге, – Глав-слуг гордо выпрямился.

– О. Это интересно.

Малый Ад есть на каждой смертной планете. Я не представляю, как и почему такие Ады образуются, – никогда не узнавал. Но слышал, что бесы в любом Малом Аду слабые, по сравнению с Демонами. Они не умеют Духов использовать, и могут полагаться только на силу своего физического тела и на смертное оружие.

Когда я был на экскурсии на Земле, гид говорил, что Демоны могут приказывать бесам. Но проверять это я не буду – входы в Малые Ады тщательно охраняются. Даже мне придётся туго против тщательно вооружённых смертных.

– Было вкусно, – я отставил миску с супом и вытер салфеткой губы. – Скажи, где школа Светки. Схожу до неё.

– З-зачем? – заикаясь, спросил Глав-слуг.

– Затем. Хочу.

Я встал и потянулся. Хорошо здесь, мирно. В Небесном Гроте я не пробудил Небесную Кровь и привык жить без Духов. Поэтому мне смертный мир не так чужд, как другим Демонам или Небесным.

– Показывай, где выход, – я повернулся к Глав-слугу, который что-то старательно печатал в гаджете.

– Да-да! Прошу за мной.

На улице была прекрасная погода – ветерок, солнце, чистое небо без облаков. Пока Демоны сражаются за жизнь в Аду, я могу отдохнуть в этом месте телом и душой.