Борис Пармузин – До особого распоряжения (страница 183)

Таджикистан. Например, в богатый город Ходжент. Он слышал, что большевики рядом построили

электростанцию, какие-то заводы.

А дядя дал всего два маленьких горных кишлака.

- Еще молод... - сказал Джанибек. И как мальчишку, потрепал грязной ладонью по щеке.

Джамшиду уже сорок три года. Всю свою молодость он отдал Джанибеку. Таскал ему чайники,

подавал пиалу, чистил сапоги, раскуривал чилим. В тайне от других бандитов Джамшид мял комочки

анаши, смешивал их с табаком.

О новой страсти Джанибека не говорили вслух, боялись вспыльчивого курбаши. Но разве утаишь от

людей и сладковатый дымок, и бессвязные речи, и мутные, бессмысленные глаза.

Чилим доверяли только Джамшиду. Он оставался по-прежнему мальчиком, слугой и в тридцать, и в

сорок лет. Особой почестью считалось, когда курбаши, накурившись, двигал чилим в сторону Джамшида.

Через несколько лет Джамшид уже с радостью и с большой благодарностью хватался за чилим.

Торопливо проводил рукавом халата по мокрому мундштуку и, прикрыв глаза, слушал клёкот воды,

затягивался...

В эти минуты он забывал о тоскливых, монотонных годах, проведенных в горах, о пропавшей жизни, о

той жалкой подачке, которую обещает Джанибек-кази в случае победы Гитлера.

Особой милостью за верную службу считалась и поездка на базар в поселок Ага-хана.

186

В третий раз такой милости удостоился Джамшид.

Прибыв в Гульташ, он поселился в доме Акбара. Небольшая группа рядовых бандитов расположилась

на ночевку в караван-сарае.

Акбар знал о страсти Джамшида. После ужина он с почтением преподнес новому гостю чилим.

У Джамшида было плохое настроение. Махмуд-бек, почтенный умный человек, рассказал о трудной

борьбе с Советами. Борьба еще будет продолжаться.

Русские в Берлине... Гитлер подох... На кого теперь надеяться? На самих себя?

Не такой дурак Джамшид, чтобы поверить в силы небольшой шайки Джанибека.

Джамшид жадно затянулся, прикрыл глаза и не спеша выпустил струйку дыма. Секунду он молча

наслаждался пьянящим зельем, потом благодарно кивнул хозяину. Акбар не пожадничал, положил в

табак хорошую порцию анаши.

После очередных двух-трех затяжек появилось желание продолжать разговор, поспорить, рассказать

какую-нибудь веселую историю. Только где взять эти истории? Скучно у них в горах.

- Разжирел Джанибек... - неожиданно сорвался Джамшид. - Уже головы не поворачивает. Только

бровью поводит, только глазами косит на тех, кто рядом. Слушает и все мимо ушей пропускает.

Наплевать ему на родных и друзей.

Сам Джамшид тоже отяжелел. С солидным брюшком, краснощекий. Но, как понял Махмуд-бек,

Джамшид обвиняет своего главаря не в тучности, а в зазнайстве.

Махмуд-бек высказал надежду, что когда-нибудь отряд Джанибека много сделает в борьбе против

большевиков.

- Когда? - зло прошептал Джамшид.

- Придет время.

- Мы стареем... А Джанибек посылал сюда вниз человека с золотом. У него в городе в банке есть

деньги.

- Наверное, хранит для вас, для будущей армии.

Махмуд-бек пил чай короткими глотками, наслаждаясь покоем, изредка поглаживая больную ногу.

- Для армии у нас все есть. Сейчас мы у Ага-хана получим новое оружие, динамит. .

- Зачем динамит? Вы живете спокойно.

- Осенью Джанибек думает спуститься вниз, к Советам.

- Сам?

- Так он и пойдет сам... - взорвался Джамшид. - Он наши головы подставит под советские пули.

Махмуд-бек похвалил осторожного опытного курбаши, который зря не будет посылать на гибель

людей.

- Зря? Он за это получит. От них! - куда-то в сторону резко махнул рукой Джамшид.

Конечно, от Джанибека требуют каких-то настоящих действий. Кто будет зря снабжать шайку оружием,

одеждой, продовольствием.

Джамшид тяжело сопел. Он выдержит разговор еще несколько минут. Потом его потянет в сон.

- У вас есть люди в горных кишлаках? Там, на той стороне. Мне надо послать своих. Я, конечно,

заплачу... Наверное, вы-то знаете?

- Есть... - с готовностью ответил Джамшид.

Он назвал горные кишлаки, имена людей с подчеркнутой небрежностью, давая понять Махмуд-беку,

что тот имеет дело не с рядовым бандитом, а с человеком, который сам, без Джанибека, может

заниматься большими делами.

Еще затяжка. Еще одна, слишком жадная... Она, наверное, доконает Джамшида. Толстоватые пальцы

вздрогнули, разжались, отпустили длинный, отполированный мундштук.

Махмуд-бек подхватил чилим и позвал хозяина. Взглянув на беспомощного Джамшида, Акбар

вздохнул.