Борис Пармузин – До особого распоряжения (страница 182)
- Сейчас...
Японец вернулся с небольшой баночкой желтоватой мази, показав на больную ногу, произнес:
- Надо...
Это было второе слово, которое услышал Махмуд-бек от японца. Все наставления и советы тот
передал Акбару. И основной совет: немедленно покинуть Гульташ, добраться до большого города. Лучше
это сделать самолетом.
- Возможно? - спросил Махмуд-бек у хозяина.
- Да... Нужны деньги и... карточка Ага-хана.
- Узнайте, когда будет самолет.
- Будет завтра, - ответил Акбар.
- Завтра я не смогу.
- А нога. Вдруг. . Японец предупреждал.
- Мне нужно увидеть людей Джанибека, - откровенно сказал Махмуд-бек. - Очень нужно. К нему я уже
не попаду.
- Смотря кто придет, - пожал плечами хозяин. - Из иных слова не выжмешь.
- Все равно надо подождать. Адхам с проводником пусть уйдут завтра.
Прощание с Адхамом было коротким.
185
- Будь осторожен, - сказал Махмуд-бек.
- Вы не пойдете, господин? - спросил Адхам.
- Нет. . Я болен.
- Вы не хотите встречаться с Джанибеком? - Адхам вызывающе смотрел на Махмуд-бека.
И в который раз Махмуд-бек не без тревоги подумал о дальнейшей судьбе юноши. Что с ним будет в
становище Джанибека? Кто предупредит Адхама об опасности?
- Присядь, Адхам, - предложил Махмуд-бек. - Присядь и послушай... - Махмуд-бек улыбнулся, по-
отечески заметил: - Если ты так будешь сверкать глазами при встрече с Джанибеком, он тебе отрежет
голову. Он умеет это делать. За одну минуту.
Адхам беспокойно оглянулся.
- Здесь ты в безопасности. Здесь пока за тебя отвечаю я. Там меня не будет. Там будут мои враги.
Даже мое имя может погубить. Ты просто шел с нами. И ты не любишь меня. Все! Об этом достаточно. У
тебя свои дела на той стороне. И я ничего не хочу о них знать. Не должен знать и Джанибек.
- Его дело переправить меня, - напомнил Адхам.
- Там он - хозяин, - вздохнул Махмуд-бек. - Мало ли что придет ему в голову. Ему может не
понравиться твой взгляд. Он у тебя бывает злым, настороженным. Пока будешь в становище - спи,
отдыхай. Впереди - трудная дорога. - Подумав, Махмуд-бек повторил: - Все! Доброго пути тебе.
Утром Махмуд-бек вышел проводить Адхама и проводника. Вначале решали деловые вопросы.
- Если мы не увидимся, лошадей можешь продать, - сказал Махмуд-бек проводнику. - А за помощь...
Он полез в карман. Проводник понял намерение Махмуд-бека и торопливо поднял руку:
- Нет! Нет!
Восклицание было таким искренним, что Махмуд-бек невольно смутился.
- Вы подождете меня? - спросил проводник.
Не хотелось его обманывать. Но и правду не мог сказать.
- Буду пока... здесь... - неопределенно ответил Махмуд-бек и крепко обнялся с проводником. А к
Адхаму только прикоснулся. Тот напряженно вытянулся. Даже голову чуть отклонил назад. Махмуд-бек
похлопал его по плечу:
- Доброго пути...
С вершин, поблескивающих вечным снегом, сползал рассвет. . Солнце пока пряталось где-то рядом.
Но розоватый свет уже заполнял чистое небо. И снег постепенно менял свой цвет.
Махмуд-бек не уходил со двора. Уже затих ритмичный цокот копыт. Возвращаться в дом не хотелось...
Надо подождать, когда величественно, спокойно над горным краем поднимется солнце. И тогда, прикрыв
глаза, подставить лицо первым мягким лучам.
Джамшид был сподвижником Джанибека-кази. Он еще совсем молодым парнем прислуживал
курбаши, таскался ва ним по чужим дорогам; первым начинал хохотать и хлопать себя по коленям при
самой глупой шутке бандита.
Джанибек этому парню, одному из своих многочисленных племянников, обещал богатую жизнь и
славу.
Шли годы... Джамшид взрослел, умнел, стал разбираться в делах, увидел и понял, на чем держится
авторитет прославленного Джанибека-кази.
Нигде не мог найти пристанища курбаши. Свою шайку, состоящую из родных и близких, он увел в
горы. Его мечтой было первым ворваться в долины Средней Азии, захватить обширную территорию,
стать владыкой городов и кишлаков. Эти города и кишлаки он заранее щедро разделил между
ближайшими помощниками.
Надо было только дождаться, когда гитлеровские войска войдут в Москву.
- А здесь - наше дело, - авторитетно заявлял Джанибек. - Мы первые спустимся с гор...
Слушал эти речи и Джамшид. Слушал и мечтал о будущей власти. Ему очень хотелось попасть в