Борис Миловзоров – Точка бифуркации (страница 51)
* Цивилизация … добровольно и ответственно принимает на себя обязательства содействия хоравам в рамках указанных выше пунктов, в том числе в выявлении и ликвидации нарушений.
* Нарушение или уклонение от любого из вышеуказанных правил карается санкциями: предупреждениями, нотой протеста, лишением аккредитации и насильственным выдворением из системы.
Надеюсь, вы одобрите данный документ, тем более, что четыре члена СЦ, представители которых находятся в Солнечной системе, уже подписали его.
С наилучшими пожеланиями, командор Коринни.»
— Неплохо. Пожалуй, и править нечего.
Пол поставил витиеватую роспись внизу письма и пододвинул его Джулии. Глядя вслед ее неторопливой походке, он раздумывал над тем, как воспримет дракон это письмо. А вдруг он пришлет разгневанный ответ, в котором упрекнет за самоуправство, за утайку важной информации?! Придется тогда всю вину брать на себя, пусть все, что они делают здесь, будет от его имени. В случае провала миссии, виновен, будет лично он, а не хоравы, а в случае успеха…
Коринни мечтательно улыбнулся.
Проквусту снился необыкновенный сон. В нем он вновь был человеком, большим, сильным, свободным. Он дружил с золотистым драконом и летал на нем меж звезд, сея семена жизни и крупицы великих знаний. Во сне он знал о вселенной так много, даже не знал, он ее понимал, был частью нее.
Георг сладко потянулся и встал с удобного лежбища, похожего по удобству на диван, но полупрозрачное, словно отвердевшие клубы тумана. Он все еще находился под впечатлением чудесного сна, но действительность уже оттесняла сладкие грезы, возвращая заботу о грядущем дне. Новые друзья (
Георг огляделся. Странно, но он находился в круглой комнате без дверей. Ну, вот, уже заточили. Но он отбросил и эту мыслишку, слишком она была нелогична. «Дверь!», — мысленно приказал он, и тут же перед ним открылся проход. Проквуст осторожно выглянул наружу, там ничего не было, один светлый туман. Хм, подумал он, и представил вчерашний зал переговоров. Дымка перед ним всколыхнулась и угодливо открыла дорогу к дракону. Тот восседал за своим столом и, закрыв глаза, о чем-то размышлял. А может, спал?
— Мы не спим, Гора, я же говорил. Присаживайся, разговор будет долгий.
Перед Георгом проявилось кресло, куда он с удовольствием уселся, ему нравилась здешняя мебель, она сама принимала форму, наиболее удобную для сидящего на нем тела. Проквуст приятно развалился и поднял глаза на Чара.
— Готов? Отлично. Должен тебе сказать, человек, ты меня поразил. Из истории твоей жизни я понял, что ты не мыслитель, не философ, ты родился обычным представителем своей расы. Так ведь?
— Да, это так.
— Но даже то, что изложил ты в своей книге, является полезным для нас, для каждого из членов Совета. Скажи, откуда ты почерпнул эти знания?
— Я ссылался в книге на своих учителей, Чар. Я знаю, что учение Церкви Рока сосредоточено в «Конструкторе», но мне так и не довелось ее прочитать. Кто ее автор, мне неведомо.
— Очень жаль. Скажи, есть ли надежда для нас ознакомиться с этой книгой?
— Она так важна для вас?
— Да, очень важна. Многое из того, что ты излагаешь, нам известно, но эти знания являются сокровенными для нас, поэтому сам факт наличия такого знания, столь ярко сосредоточенного и находящегося в руках, скажу прямо, очень молодой, по нашим меркам примитивной цивилизации, является для нас великой загадкой.
— Сожалею, Чар, но я вряд ли могу помочь вам открыть источник «Конструктора». Знаю только, что пришел он из глубокой древности, еще до того, как на Ирии появился Дух.
— Да, ты писал о нем. — Дракон задумался. — Невероятно, я никогда не мог предположить, что такое возможно. Удивительно. Так как на счет получения этой книги?
— Я думаю, что проблем с этим не будет. Но для этого надо попасть на Ирию и выяснить, сохранилась ли она. Ведь на моей планете прошли тысячи лет.
— Что есть, тысячи лет? Не более мгновения в жизни вселенной.
— Так мне что, надо вернуться на Ирию?
— Нет, Гора, задание у тебя другое. Оно более неотложное, чем дорога к новому знанию.
— Но вы же можете сами посетить Ирию. Я покажу, где она находится, люди встретят вас с радостью.
— Это спорный вопрос, но дело не в этом. У нас существует запрет на вмешательство в развитие молодых цивилизаций, и мы не можем его нарушить.
— Но почему, вы ведь придете на Ирию с добрыми намерениями?!
— Неважны намерения, важны их последствия. Впрочем, давай на эту тему поговорим в другой раз.
— Хорошо, Чар, раз ты так считаешь…
— Только не надо таить на меня обиду, Гора. Это не моя прихоть.
— Хорошо, хорошо, великий дракон, я искренне не обижаюсь.
— Благодарю за понимание. Видишь ли, правила невмешательства выше Совета Цивилизаций, мы не вправе их нарушить.
— Кто же вам может устанавливать правила?
— Договор с другими.
— Не понял, что значит, с другими?
— Об этом и будет наш с тобой разговор. Только сначала я хочу тебя спросить, можешь ли ты покидать свое тело?
— А зачем этот тебе знать, Чар?
— Это важно. Хоравы нам уже сообщили технологию кокона, она для нас очень интересна.
— Ты имеешь ввиду искусственный организм? Но почему кокон?
— Потому что по технологии хоравов наше астральное тело плотно сворачивается в биоорганизме, пряча даже свою ауру.
— Но я вижу ауру хоравов!
— Да? Очень интересно! Твоя чувствительность к ее отблескам уникальна! Мы, например, такой уровень восприятия, достигаем только с помощью специальных устройств. Да, ты, Гора, воистину подарок судьбы.
— Не надо меня хвалить, Чар, мне это вредно.
— Хм. — Дракон улыбнулся. — Хвала для всех вредна, Георг. А мою ауру ты видишь?
— Нет. Кстати, почему?
— Потому что я такой родился, моя чешуя все экранирует. А хочешь, давай друг на друга полюбуемся?
— Я не против.
Проквуст прекрасно понял, что предлагает дракон. Представить друг другу ауры на обозрение значило больше, чем просто знакомство, ты как бы раздевался, снимал с себя кожу, обнажая сокровенную сущность, о которой, возможно, и сам не подозревал. Георг сосредоточился и тут же подхватил незримыми пальцами золотистую ниточку. Она послушно напряглась, показывая дорогу наружу. В этот раз Проквуст действовал смелее, одним сильным движением оттолкнулся и заскользил вдоль. Сумрак его искусственного тела сменился приятной голубизной. Как он и предполагал, он попал не в кабинет дракона, а в незнакомое пространство, но оно было таким приятным! Георг осмотрел себя. Его голые ноги утопали в зеленой траве, которая бурно росла на склоне, ведущего к тихой извилистой речушке, кожу спины приятно грело родное солнце. Странно, подумал он, я голый? Но нагота его совсем не смутила. Другой берег речки видимо был миром дракона. Берег был из красного плотного камня, из которого росли изумительной красоты желтые кристаллы. Вдали темнели нескончаемые горные кряжи, черные в тени сплошных багряных туч.
Проквуст медленно спустился, с наслаждением вдыхая струи чистого воздуха и сел на небольшой валун возле воды. За берегом громыхнуло, сверкнули молнии, и среди них мелькнула золотистая точка. Она быстро приближалась, превращаясь в блистающего золотом летящего дракона. Когда он вырос настолько, что стали видны перепонки на крыльях, Георг заметил, что на нем не было чешуи. Не она блестела в багряном свете, сам дракон светился золотом, излучал его щедро, но не слепил им, а словно одаривал. Он был очень большой. Как же мы будем общаться, подумал Проквуст? Словно услышав его, огромный дракон сложил крылья и нырнул вниз, уменьшаясь с каждым метром. Мгновение, и он опустился напротив него.
— Рад видеть тебя, Чар!, — Крикнул ему Георг.
— И я рад, Гора. — Дракон поджал лапы и уютно устроился между камнями. — Как тебе мой мир?
— Красивый, но, наверное, слишком жаркий.
— Да, для тебя, пожалуй. — Чар внимательно всматривался в Проквуста. Тому даже стало неловко.
— Извини, я раздет.
— Раздет?! Ты ошибаешься, Георг. Ты одет в шикарную шубу из света. А ты ее не видишь?
— Нет.
— А ты посмотрись в речку.
Проквуст наклонился и в мягких струях воды увидел плотное бело-голубое сияние вокруг себя, из-под которого мелькали сполохи золотистого цвета. Казалось, что под верхней одеждой на нем был надет золотой костюм. Георг озадаченно покачал головой.
— Что, сам на себя удивляешься?
— Да, спорить не буду, очень удивляюсь. Скажи, Чар, а ты себя каким видишь?
Дракон смешно вытянул длинную шею и глянул в воду.
— Золотым себя вижу.
— Понятно.
— Что тебе понятно, человек?