Борис Миловзоров – Точка бифуркации (страница 25)

— Летим?

— Конечно, Георг, ученые нас нагонят.

В указанной координатами точке были сплошные скалы, даже сесть было негде, только в одном месте, на вершине горы была более-менее ровная площадка. Они посадили на нее дисколет и вышли наружу. Проквуст посмотрел вокруг. Скала, на которую они сели, была одна из самых высоких, с нее открывался изумительно красивый мир Надежды, безмолвный, застывший в своем безвременье под сияющим звездным шатром.

— Люций!

— Да.

— Посмотрите, как красиво.

— Куда?

— Что значит, куда?! Вокруг, вверх.

Проквуст заметил, как канцлер добросовестно повертел головой.

— Не знаю, Георг, что красивого в этом хаосе камней и пустом небе?

— Вам совсем это не нравится?

— Простите, Георг, но мне нравятся эффективные и полезные для хоравов явления, а что толку в звездах? Они были, есть и будут, почему я должен ими восхищаться?

Проквуст растерянно замолчал, а канцлер спокойно отвернулся и опять углубился в изучение кромки площадки, на которую они сели. Он раньше и понятия не имел, сколь глубока эмоциональная грань между человеком и хоравом.

— Наверное, — думал Георг, — сказывается возраст цивилизации. Хоравам миллион с лишним лет, а мы совсем молодые. Неужели, через пару сотен тысяч лет на Ирии понятие красоты также сведется к голой целесообразности?

— Люций, не сорвитесь вниз.

— Не волнуйтесь, Гора, я страхуюсь.

Только сейчас Проквуст заметил, что от пояса канцлера идет к дисколету тонкая блестящая нить.

— Георг, скажите, «Страховка», скафандр подвяжет вас к дисколету и подойдите ко мне.

— Видите, Георг, — Люций указал рукой на острый и ровный край площадки, — это явно искусственный срез.

Канцлер выпрямился и огляделся.

— Это посадочная площадка не игра природы, она кем-то сделана. Мы у цели, давайте искать.

— Что будем искать?

— Не знаю, может быть, дверь, спуск, ход?

Они разбрелись по площадке. При своих приличных размерах, на нее свободно уместились бы с десяток дисколетов, она была совершенно ничем не примечательна: ровная и однородная поверхность, никаких намеков на ходы или двери.

— Похоже, нам придется спускаться вниз, Люций.

— Да, других вариантов не остается.

— А вы заметили, что отвесная стена только с одной стороны.

— Да, к тому же она тоже ровная и плоская, как будто ее срезали.

— Значит там?

— Да.

И они вернулись в дисколет. Спускаясь на нем вдоль скалы, они обнаружили, что в окружающих их скалах камни тоже изрядно порезаны. Получалось нечто вроде широкого тоннеля, поставленного вертикально.

— Люций, а почему этот тоннель не заметили сверху?

— А у него верхняя кромка не сплошная и вся зазубрена.

— То есть надо сначала найти площадку…

— Ее тоже надо искать специально, наш компьютер ее техногенное происхождение не заметил.

Уже в начале спуска, как только скрылся яркий бисер звезд, они словно в чернильное облако нырнули. Впрочем, смотреть, судя по приборам, было не на что, вокруг были только скалы. Они опустились вниз на километр, прежде чем дисколет встал на грунт. Вокруг по-прежнему было темно и пустынно.

— Жутковатое место. — Поежился Проквуст.

— Георг, это просто эмоции. Сейчас станет светло и жуть пройдет.

На внешних экранах вспыхнуло белым светом, и перед ними открылся ярко освещенный правильный круг. Он высвечивал блестящие стены, уходящие куда-то ввысь. Георг и Люций недоуменно всматривались в экраны.

— Ничего не понимаю. — Пробормотал канцлер. — Глаза видят стены, а приборы показывают, что здесь стен вообще нет.

— Как это?

— Пока не знаю, но ведь не может внутренность планеты быть настолько полой, что радар не достигает ее стенок?

— Да, это маловероятно. Скажите, Люций, а мы не могли уйти в какое-нибудь иное измерение, где все не так?

— Исключено, переходов не было, я следил за этим.

— А что показывают приборы, как там, за бортом?

— Спокойно. — Канцлер с досадой качнул головой. — Совершенно обычная поверхность безвоздушной и холодной планеты.

— Так может, выйдем?

— Придется. Не улетать же!

И экипаж осторожно вышел наружу. Здесь было спокойно и буднично, под подошвами скрипели мелкие камешки, в глаза бил свет, отражающийся от стен. Канцлер чувствовал себя явно неуютно, а Проквуст задрал голову вверх.

— Гора, очнитесь!, — Затормошил Люций застывшего в экстазе Георга. — Что вы обо всем этом думаете?

— Я?, — Проквуст потер ладони друг о друга. — Пока ничего, но у меня есть идея.

— Какая идея?

— Вы можете отключить свет?

— Конечно, но зачем? Здесь же будет темно.

— А вот это я и хочу проверить.

— Хорошо, пожалуйста.

Свет отключился и глухая тьма окутала экипаж. Канцлер что-то недовольно заворчал.

— Тихо!, — Осадил его Проквуст и возбужденно схватил за руку, тот поморщился, но не отдернул. — Смотрите, Люций, рассветает!

Непонятным образом тьма отступала, а может, просто испарялась под натиском непонятного света. Казалось, слабыми искорками загоралось само пространство.

— Канцлер!, — Весело закричал Георг. — А разве здесь есть воздух?!

— Нет.

— А как может светиться пустое пространство?

— Откуда я знаю, Георг?!

— Смотрите, Люций!, — Проквуст опять дернул канцлера за руку и тот машинально отошел от него на пару шагов, но Георг ничего не заметил. — Смотрите, Люций, у нас под ногами дорога!

Действительно, теперь стала видно, что они стояли на широкой белой дороге. Ее цвет угадывался из-под толстого слоя пыли. Канцлер неожиданно резко повернулся и молча пошел к дисколету.