Борис Миловзоров – Гроздья миров (страница 72)
— Аделла, расскажите мне о Бенни Адамсе.
Арианка смерила Проквуста с головы до ног.
— А кто такой, этот Бенни Адамс?
— Хм, — Проквуст спохватился, ведь Аор говорил ему, что Бенни для женщин известен как Онадин. — Вы извините, я оговорился, я хотел спросить об Онадине.
— Об Онадине?! И что, он действительно ваш друг?
— Да, это так. Онадин прибыл на Арай ради меня.
— Ха, глупость какая! Онадин прибыл к нам по велению бога и ради великой матери. Онадин великий, а вы обычный.
— Да?, — искренне удивился Георг такому неожиданному выводу, — а что же в нём такого особенного.
— Всё!
— Ну, а если конкретно?
— Он, — арианка замолчала, подыскивая подходящее слово, — он властный. — Она довольно улыбнулась. — Да, именно так, сильный и властный. Он носитель мужской вселенской сути и именно он исполнил пророчество.
— Пророчество? Какое?
Арианка хранила важное молчание.
— Аделла, ну, прошу вас! Умоляю! Ведь, хотите вы или не хотите, но Онадин мой друг, я так благодарен ему…
— Хорошо, слушайте.
У Георга сложилось убеждение, что Аделла еле сдерживалась от желания поговорить, но и ему нетерпелось узнать о подвигах Адамса. Арианка принялась рассказывать о встрече Онадина с королевой, подробно описывая странные ритуалы и многочасовые разговоры Бенни с королевой Арая, так называлась их планета. Слов было много, а информации мало. Проквуст решился и как можно незаметнее залез арианке в голову. Она дёрнулась, по инерции произнесла ещё несколько фраз, потом озабоченно повертела головой и вдруг резко встала. Георг даже испугался, не обнаружила ли она его вороватое присутствие у себя в мозгах.
— Извините, Гора, мне пора к детям. Я чувствую, что они проснулись.
— Да, спасибо, Аделла. Я вам очень благодарен и не смею удерживать.
Так как арианка думала именно о Бенни Адамсе, Проквуст успел выудить у неё достаточно информации, чтобы, в совокупности с её скучным рассказом, получить более — менее правильное представление о событиях на Арае.
…Лёгкость продвижения вначале, сменилась тупым противостоянием в одной из узких улочках. Сзади плотной кучей застыла толпа горожан, а впереди пространство перегородила сияющая металлом шеренга воинов. Адамс мог подтолкнуть послушную воительницу вперёд, но не знал, как поведут себя воины, вдруг будет приказ убивать всех на месте без учёта заслуг и рангов? На всякий случай Бенни окружил себя и Аделлу плотным, но прозрачным энергетическим коконом. И оказалось не зря. После десяти минут стояния, сзади из толпы вдруг послышались возбуждённые возгласы. Через минуту в Адамса и его напарницу вдруг полетели стрелы и копья. Оказывается, стрелки пробрались по крышам и теперь начали атаку. Орудия густо сыпались на них, и с дробным стуком осыпались вокруг силового поля. Если бы не оно, они с Аделлой были бы сейчас похожи на ёжиков. Наконец поток стрел и копий иссяк. Наступила тишина.
— Я не хочу жертв, — раздался громогласный голос Адамса. — Пропустите нас к королеве!
Это был не просто громкий голос, это был трубный глас, от которого по спине шли мурашки, но воины впереди не дрогнули. Более того, в него вдруг вновь полетели копья и стрелы, а впередистоящая шеренга медленно зашагала вперёд, угрожающе загремев доспехами. Бенни не успел додумать дальнейших своих действий и впоследствии жалел о сделанном, но случилось то, что случилось, он лишь помнил, что сильно рассердился.
— Остановитесь!, — вновь загремел его голос. — Или погибните!
Но шеренга, ощетинившись копьями, упорно двигалась к ним. Наверное, можно было найти иное решение, но времени на раздумья не оставалось. По воле Адамса стрелы и копья, во множестве валяющиеся вокруг него, поднялись в воздух и развернулись навстречу нападавшим, в ту же секунду весь этот арсенал стремглав пустился вперёд и в стороны, туда, откуда только что прилетали. Раздались многочисленные крики с крыш, сверху свалилось несколько тел, а затем оружие долетело до шеренги бойцов. Его удар был сокрушителен, щиты и доспехи пробивались насквозь, словно бумага, несколько десятков бойцов тут же завалились вперёд и из-под этой страшной баррикады потекли ручьи крови. Бенни с ужасом смотрел на дело рук своих и готов был заплакать от отчаянья, его миссия была не просто провалена, теперь и Георг, если доберётся сюда, будет встречен как враг!
Но его ужасающие действия произвёли совершенно неожиданный эффект. Сзади вдруг раздались крики, тут же переросшие в скандирование: «Онадин, Онадин, Онадин!».
И тут же Проквусту пришло в голову древнее пророчество планеты Арай, видимо, заученное всеми её жителями наизусть.
Пророчество Арая:
«Далеко — далеко в пространстве и времени живёт великая мать всего сущего, только она заботливо вскармливает своих многочисленных питомцев и рассылает по мирам, ей подвластным, только она прощает их в провинностях, только она призрела несчастный народ Арая.
Семена жизни сеются ею и собираются, и народ Арая чтит свою долю урожая, лелеет его и сберегает для великой матери. Королева — её наместница на Арае, вольна распоряжаться жизнями и смертями мужчин, падших в великом грехе гордыни, и оберегать всеми силами жизнь и благоденствие женщин».
Из прихваченного клубка знаний Аделлы, тут же вдруг выскочило сказание об великом грехопадении мужчин.
Сказание о великом грехопадении мужчин:
«Давным — давно, правил бог народами Арая бережно и справедливо, и во всём они были послушны ему, и процветала планета, и радостно было жить. Вволю хватало дождей и вод, еды и крова каждому, счастье и довольство разливались из сердца в сердце.
Но однажды явился белый змей в чужой шкуре по имени Онадин и спросил народы Арая, довольны ли они жизнью? И ответили женщины, что они счастливы, и ответили мужчины, что им скучно, что тоска снедает их горячий дух, что чахнут они рядом с покорными женщинами.
И сказал Онадин: «Я вам дам лечение: вот здесь плоды хлебного дерева, в них труд и жертва ради потомства, а вот сладкий клубень, растущий на болотах, в нём бессмертие и забота о себе. Выбирайте».
И выбрали женщины хлебное дерево, а мужчины — сладкий клубень.
И сказал Онадин: «Посылал меня к вам господь для испытания, и приходил я, и вас испытывал. И женщины выдержали испытание, а мужчины нет. Вы предали доброту, которая в вас есть и выбрали добро для себя, которого в вас нет. Я принёс к вам гнев божий и наказание, отныне бог отвернулся от вас, а я говорю вам великое заклятие: вы, мужчины, отныне и до второго моего прихода, будете рабами женщин, отсохнет рука того, кто поднимет её на женщину, остановится дыхание того, кто ослушается её».
И полилось дальше пророчество:
Продолжение пророчества Арая:
«Нет предела власти её, кроме власти великой матери и бога, ждущего покаяния и искупления. Гнев его только женские слёзы облегчают, а смех радует. О, мужчины, нет предела вашему эгоизму, потому увянет язык ваш до второго прихода Онадина, посланника божьего.
В день появления его треснут небеса и отвердеют воды, и вернётся дар речи к мужчинам, и примутся они славить и звать Онадина, и склонятся пред ним, малой кровью подписав преданность свою, и он примет жертву и преклонится перед ним сама королева.
Лучших из лучших женщин числом сорок четыре тысячи отдаст Арай Онадину и заберёт он их с собой на небо.
И тогда мужчины вновь обретут утерянную доброту».
Тут же перед глазами Проквуста встала небывалая картина всеобщего коленопреклонения мужской части Арая. Мужчины бросали оружие и, завывая на все лады, скандировали имя Онадина. Молчаливо двинулась вперёд Аделла и Адамс зашагал вслед, также как она, невольно вступая в ручейки крови и ужасаясь происходящему.
Через несколько улиц показался дворец королевы. Он не выглядел роскошным, разве что был трёхэтажным и со множеством фонтанов. Не успели они с Аделлой войти в распахнутые кем-то ворота, как из ближайших дверей выскочила чуть полноватая арианка в блестящей мантии и золотой короне, она воздела руки к небу, крикнула: «О, Онадин, ты вернулся!» и рухнула ниц.
Проквуст откуда-то со стороны видит, как бросается к ней Адамс, как бережно поднимает и говорит:
«Простите, королева, я пролил кровь, но я пришёл с добрыми намерениями».
«Да-да, малая жертва!, — вскричала королева. — Я, королева, Гундарина, признаю тебя, о, Онадин, и отдаю себя и народ свой в твои руки. Приказывай, я всё исполню!».
Бенни несколько смущается. Потом, собравшись с духом, насколько это возможно, властно и важно говорит:
«Гунрдарина, собери лучших женщин для дальнего путешествия».
«Они всегда готовы, самые красивые и молодые, для них великая честь пойти за тобой, они ждут тебя у моря», — отвечает королева.
Адамс выпрямляется, соображая, что ему делать дальше, а в это время коленопреклоненная королева вдруг хватает его за руку и кричит:
«Онадин, не бросай меня! Возьми в свой небесный мир с избранницами!».
Бенни бросает на неё взгляд и коротко отвечает: «Хорошо, иди за мной».