Борис Михайлов – Роид (страница 12)
Навигатор коснулась языком пересохших губ.
Вид бледной подруги с тусклым взглядом больших красивых глаз переполнил Джоан сочувствием. Она поцеловала Кейт в щёку, прижав голову девушки к своим губам рукой. Навигатор ответила мягкой улыбкой.
– Я принесу тебе воды… Держись, хорошо?
Кейт несколько раз слабо кивнула, и Джоан, встав с колен, пошла к аптечному шкафчику.
Навигатор перевела взгляд на окно и посмотрела, как мощные прожекторы шаттла выхватывали своим светом песчинки, гонимые неистовствовавшей за боротом бурей.
– Мы сели? – слабо спросила она, взглянув на капитана. – Всё в порядке?
– Да, мы сели, – ответил Уорд несколько озадаченным голосом. – Но не всё было гладко.
Кейт снова облизала сухие губы.
– Мне очень жаль, я…
– Не надо, Янг, – успокоил её жестом капитан. – Ты не виновата. Буря нас изрядно потрепала.
– Насколько?
– Батареи не выдержали, шаттл получил повреждения…
– Сильные?
– Это мы сейчас и выясним. – Уорд обернулся. – Уизерспун!
– Знаю, знаю… – Старший инженер как раз поднимался со своего места. Подойдя к щитку с предохранителями, он открыл дверцу, и оттуда выплыли клубы дыма. Помахав рукой, Уизерспун достал свой фонарик и посветил внутрь.
– Да тут почти всё сгорело к чёрту! – воскликнул он. – Хорошо, что есть запчасти…
– Начни со связи, Дерек! – Капитан крикнул, чтобы его было слышно в другом конце отсека.
Уизерспун склонился в поисках нужных предохранителей.
– Внутренняя связь сдохла… А внешняя… – Инженер посветил куда-то в угол и что-то внимательно осмотрел. – Внешняя в порядке!
– Не может быть! Ничего не слышно, нет контакта, – возразил Уорд.
– Как я сказал… внешняя связь в порядке… Проверьте свои уши! – съязвил инженер.
Капитан задумчиво посмотрел на единственный светившийся перед ним монитор. Повернув пару ручек и пощёлкав тумблером, он убедился, что частоты выставлены верно. Сигнал шаттла отражался от станции и возвращался назад.
– Чёрт знает что. – Уорд повысил мощность передатчика до предела. – «Химера», это транспортный модуль «Немиросы», мы находимся в Вашем грузовом доке, ответьте!»
В наушниках оставалось лишь равномерное шипение эфира.
– Ерунда какая-то… – заключил капитан. – Они уснули там все что ли?
– Мы сильно опоздали. – К креслам пилотов подошёл Уиллер. – Нас просто не ждут. В отсеке управления доком никого нет. Вот и всё.
– Я сделал запрос по всем частотам, – возразил Уорд. – Неужто на всей станции ни у кого не включен передатчик.
– Может, они телепатически общаются? – вклинился Уизерспун, копавшийся в щитке. – Или спят. Ночь же вроде сейчас…
Кейт собирала свою концентрацию. Её мысли прояснялись, и одна из них стала крайне отчётливой.
– Так быть не должно… – уже более уверенным голосом произнесла она. – Нас всегда встречают. Всегда и везде. В любой обстановке. Здесь… что-то не так…
Несмотря на её самочувствие, капитан не сомневался во мнении своего навигатора. Тем более, он его сейчас разделял. Не может быть такой тишины в эфире.
– Что если… Их передатчик сломан?.. – предположил Уорд.
– Да будет свет! – воскликнул Уизерспун из хвоста отсека. Он заменил часть предохранителей, вернув к жизни несколько систем шаттла.
После громкого щелчка тумблера в салоне загорелось освещение, пара ламп замигала, но стало светло. Все мониторы управляющих консолей зажглись, датчики и лампочки также окрасились в необходимые цвета.
– Чёрт! – бегло оглядев ожившие панели, воскликнул капитан. – У нас пожар в грузовом отсеке!
Пощелкав тумблерами, он добавил:
– Автоматическое тушение не сработало!
Родригес сорвался со своего места рядом с Кейт и бросился в хвост отсека. Выхватив из шкафа огнетушитель, он подошел к двери и нажал на консоль справа от неё.
Дверь не дрогнула.
– Сейчас, сейчас… – Уизерспун что-то в спешке переключал в щитке предохранителей. – Готово!
Дверь с шипением отъехала вправо, и ринувшегося вперёд Родригеса обдало мощным потоком активировавшейся системы пожаротушения.
– Упс! – ухмыльнулся сощурившийся инженер. – Попался!
Энрике, закашлявшись, выпрыгнул из грузового отсека обратно в салон.
– Чёрт бы тебя побрал, Дерек! – выругался он, протирая слезившиеся глаза. – Это не шутки.
– Кому как…
Отшипев упругими потоками белого газа, система пожаротушения отключилась, и аварийные индикаторы на консоли погасли. Уорд набрал ряд команд, и по экрану побежали логи. Внимательно их изучив, он заключил:
– Состояние не катастрофическое. Повреждения есть, но основные системы в норме. Единственное… Похоже, взорвалась последняя батарея, повредив отсек. Надо осмотреть, сколько пазов ещё в рабочем состоянии. – Капитан глянул на бушевавшую снаружи бурю. – Нам понадобится максимально количество батарей.
Уизерспун отправился осматривать повреждения в грузовом отсеке, а Джоан с бутылкой воды и датчиком давления в руках подошла к креслу второго пилота.
– Держи. – Откупорив бутылку, она передала её Кейт.
Сделав пару глотков, навигатор выдохнула.
– Ну как ты, киддо? – Медик сочувствующе посмотрела на подругу.
– Получше. Спасибо тебе большое!
– Да ну что ты! – Джоан снова опустилась на колени и начала надевать датчик давления на руку всё ещё бледной девушки.
– Тяжёлая посадка, да?
– Не то слово…
– А ты как? Я знаю, тебе тяжело даются приземления и взлёты…
– Нормально… Пару раз попрощалась с жизнью, но это ничего. – Медик чуть улыбнулась. – А вот ты меня напугала!
– Прости… – Кейт сильно смутилась. – Мне так неловко перед всеми… Сама напросилась, а потом…
– Не говори глупостей! Ты ни в чём не виновата! Мы все тебя любим, и волнуемся за тебя!
– Спасибо…
– Ну вот, – спустя несколько мгновений добавила Джоан, – пульс слабоват, но стимулятор, кажется, начал действовать. Ты уже, вон, порозовела слегка!
Медик сняла датчик и встала.
– Если что – зови меня, хорошо?
– Да, хорошо! – Кейт улыбнулась и закивала головой.
Когда Джоан отошла, навигатор снова посмотрела на бурю за окном. Улыбка медленно растворилась на её лице, уступив место нахмуренным бровям и взволнованно остекленевшему взгляду. В памяти девушки начала всплывать образы, виденные ею во время обморока. Набирая чёткость, они пробирались в глубины её сознания, растекаясь внутри словно густой яд. Неприятные, тревожащие. Пугающие… К общей слабости после потери сознания добавилась горько-сладкая тошнота необъяснимого страха.