Борис Лютин – Забытый полигон (страница 12)

– Топографические отметки, – пояснил тот, не отрывая взгляда от поверхности. – По ним можно определить, где мы находимся.

Коля внимательно осматривался, пытаясь по очертаниям горизонта и пересекающимся полевым дорогам угадать исчезнувший ландшафт прошлого века. Задачу затрудняла гарь, которая то скапливалась в одном месте, то рассеивалась без следа. В какой-то момент вдалеке показались горы, но через десять минут порыв ветра переместил их в другую сторону, смеясь над обманутыми людьми.

Наконец, вдали замаячили постройки. Все почувствовали облегчение – пусть и небольшое. Видеть траву, кустарники и человеческие строения привычнее, чем бескрайнюю чёрную землю.

Вскоре Сергей резко затормозил и развернулся.

– Что случилось? – насторожились друзья.

– Поворот проскочили. Держитесь за мной, – коротко бросил он.

Поворот оказался всего лишь съездом на заброшенную полевую дорогу, которую никто, кроме Сергея, даже не заметил. Они свернули и двинулись дальше, оставляя за собой густой шлейф пыли. Сухая земля под колёсами превращалась в облака, которые поднимались на добрых пять метров.

Сергей периодически останавливался, сверяя направление, глядя на очередное пересечение дорог. Они ехали так уже два часа. Он неотрывно вглядывался в окружающий пейзаж, но, судя по его виду, нужного ориентира не находил.

Наконец, он сдался. Солнце клонилось к закату.

Все вышли из машин, стряхивая с одежды пыль.

– Что мы ищем? – спросил Коля.

– Бетонный столб диаметром около тридцати сантиметров и высотой с метр. Его должно быть видно издалека. Дядя Олег говорил, что это и есть вход в бункер.

Все огляделись. Кругом простиралась бескрайняя степь – однообразная, выжженная солнцем. Сухая трава ломалась под ногами, редкие кустарники цеплялись за землю, да ковыль плавно склонял белые кисти в поклоне перед вечным ветром. Куда ни глянь – одно и то же на сотни километров. Ничто не намекало на то, что где-то здесь мог скрываться бункер.

– Сергей, на машинах мы вряд ли найдём этот столбик, – высказал вслух общие сомнения Коля. – Он ведь мог разрушиться со временем… или его вообще убрали.

– Да кому он понадобился посреди степи? – раздражённо отозвался Сергей.

– Ну, мало ли, – пожал плечами Олег. – Думаю, надо разбить местность на квадраты, растянуться цепью и прочесать всё пешком. Иначе не найдём.

Сергей задумался, нахмурился, потом кивнул.

– Хорошо, так и сделаем.

Он достал карту, внимательно её изучил, затем огляделся, пытаясь зацепиться хоть за какой-то ориентир. Наконец, определившись, сказал:

– Начнём отсюда. Батя, отъедь обратно по дороге на километр и остановись. Автомобили послужат нам метками, чтобы не сбиться. Олег, ты как? Сможешь немного посидеть за рулём?

– Справлюсь, – твёрдо ответил Олег, хотя при каждом движении боль не отпускала.

– Нас четверо. Батя будет передвигаться между машинами, а мы растянемся метрах в ста друг от друга и пойдём по прямой, ориентируясь на автомобили. – Сергей опустился на одно колено и начертил пальцем на земле две точки, соединённые линией. – Это наши машины. Они помогут нам не сбиться. – Затем поставил ещё несколько точек, обозначая параллельные линии. – Так мы накроем половину квадратного километра.

Выпрямившись, он продолжил:

– Потом я с Олегом проедем полкилометра строго на восток. С батей будем меняться местами, ведь около машин будем по очереди. Остальные проделают тот же маршрут, но в обратном направлении.

Сергей повернулся к отцу:

– На каждой стоянке накидывай кучу земли, чтобы было видно, где мы уже были.

– А если не найдём? – спросил Коля.

– Пройдём пять километров на восток. Если ничего, вернёмся сюда и пойдём на запад. Если и там пусто… будем думать.

Никто не спорил, и… началось хождение по степи. Мерили шагами землю до самого вечера, пока не выбились из сил. Ноги сами подкашивались, тело ныло от усталости. Наступили сумерки. Ещё не было совсем темно, но дальше десяти метров уже ничего нельзя было разглядеть – степь растворялась в сгущающейся серой дымке.

– Давайте в город смотаемся, – озвучил Олег мысль, которая давно витала в воздухе. – Коль, останься здесь на всякий случай, а мы туда-обратно. Как стемнеет, заводи машину и свети фарами в сторону города, чтобы мы вас нашли.

Так и решили. Сергей сел за руль, Олег – рядом.

– Сергей, а что за столбик мы ищем? – спросил Олег, когда машина тронулась. В документах, кажется, об этом ничего нет.

– Дядя Олег упомянул его в нашем последнем разговоре, – ответил Сергей. – Мы с твоим отцом часто сидели на рыбалке, говорили о прошлом, о вещах, которые казались мне далекими и незначительными. – Сергей на секунду замолчал, глядя на тёмную ленту дороги. – Как в воду глядел твой батя. Кто же знал, что так всё обернётся?

Проехали ещё немного.

– Отец знал, – вдруг сказал Олег. – Он столько раз пытался мне рассказать. Но я не слушал… Воспринимал это просто как стариковские байки. Видимо, поэтому он и не стал объяснять толком.

Подъехали к Курчатову. Полная темнота. Мёртвый город. Но среди заросших травой развалин неожиданно обнаружился один целый квартал. Более того, он выглядел совершенно новым.

– Вот те на… – удивлённо протянул Сергей. – И это называется город-призрак?

Они медленно проехали по пустынным улицам. Тишина и никаких людей. При этом машины стояли на парковках, будто владельцы вот-вот должны были вернуться.

– Где все? – спросил Олег.

– Давай квартиры проверим, – предложил Сергей.

Они остановились у очередного подъезда, взяли фонарики и осторожно пошли по этажам. Большинство дверей были закрыты, никто не откликался на стук. Но некоторые оказались незапертые. В комнатах царил обычный беспорядок – ничего особенного. Хозяева явно не собирались съезжать, просто поспешно ушли.

– Что здесь произошло?.. – пробормотал Олег.

– Не знаю, но давай пока займёмся другим, – отозвался Сергей. – Нам надо найти вход, который указан на карте.

– Как же мы его найдём? Тут уже всё перестроили!

– Попробуем. Ты не заметил ничего странного в расположении зданий?

– Нет.

– Мне кажется, они стоят на старых фундаментах. Вот, посмотри. – Сергей развернул карту. – Нам нужен штаб. Старый штаб, – уточнил он. – Там, в подвале, должно быть бомбоубежище. А из него – вход в бункер, на нижний уровень. И если город заново отстроили, убежище наверняка откопали.

– Ну, если так… давай искать.

Найти нужное здание быстро не удалось. Целый час кружили по кварталу, пока не догадались, что невзрачное одноэтажное строение стоит на месте бывшего пятиэтажного штаба. Несколько раз проезжали мимо – ассоциативно искали что-то большое. Новая постройка тоже оказалась административной: длинные коридоры, узкие кабинеты, двери с табличками. В воздухе пахло свежей краской. На стене висел подробный план эвакуации, упрощающий поиск входа в бомбоубежище.

По схеме спустились вниз и упёрлись в массивную металлическую дверь – явно новую. Сергей несколько раз ударил ногой. Эхо гулко прокатилось по лестнице. Прислушались. Тишина. Он снова постучал. Без ответа.

– Вроде никого, – с сомнением произнёс он.

– А я думаю, есть. Просто боятся открыть. Замков снаружи нет – значит, заперто изнутри.

– Чего бояться-то?

– А разве нечего?

Сергей пожал плечами.

– Постучи три коротких, три длинных и снова три коротких.

– SOS, что ли?

– Ну да.

Сергей начал выбивать ногами сигнал бедствия.

Вскоре что-то лязгнуло, и створка медленно поползла в сторону, открывая тёмный провал. Сергей и Олег шагнули внутрь, осветив фонариками узкую комнату, из которой вглубь уходил коридор. Внезапно дверь за ними захлопнулась. Яркий свет ударил в глаза и… в следующий миг им резко заломили руки назад.

– – -

Через пару часов после отъезда Сергея и Олега Коля, как договаривались, завёл двигатель и включил фары. Машина проработала час – температура поползла вверх. Без движения система охлаждения не справлялась, стрелка перевалила за девяносто. Пришлось заглушить мотор.

Коля всматривался в темноту, надеясь увидеть встречный свет. Но вокруг была лишь чернильная ночь, шелест сухой травы и редкие звуки возни полевых мышей.

Женщины и дети уже спали, устроившись прямо на земле, подстелив под себя одежду. Прошло полчаса. Коля включил зажигание – приборная панель мягко осветилась. Стрелка температуры замерла на восьмидесяти градусах. Час. Два. Только когда мотор остыл до пятидесяти, Коля снова его завёл.

Фары с трудом прорезали плотный мрак. Свет тонул в тумане гари, оседающей с неба чёрным снегом.