Борис Левандовский – Донор для покойника (страница 30)
И начало приближаться к Лозинского, но не торопясь.
- Да ... с чего и начиналось ... - сказал Лозинский, вставая со стула. - Не хочется умирать сидя ... - у него был обречен взгляд человека, совершившего неожиданно мрачное открытие. Хирург только сейчас почувствовал резкий кислый запах, источником которого была существо, с которым он провел в одной комнате почти 2:00.
Врач бросил взгляд на отвертку, что валялась на полу ... понимая, что его шансы бороться с этой человекообразной животным за последние сто двадцать минут совсем не изменились.
- Даже если ты заорет, сотни мучеников, я буду достаточно времени, чтобы понаблюдать за твоими корягами от начала и до конца ... - пообещал чудовище и, словно издеваясь, легонько толкнуло хирурга в грудь указательным пальцем, твердым и шершавым, как кусок металлической арматуры.
- Жаль, что ты не способен вспомнить тот день, когда так здорово позаботился обо мне ... 8 марта прошлого года, Добрый Доктор ... Ничего, я ограничусь тем, что имею ... ведь это - немало. Правда, Добрый Доктор? Хотя, знаешь ... - палец снова ткнулся в грудь Лозинского, на этот раз сильнее. - Вообще-то, все эти сантименты мне абсолютно плевать!
- Восьмое марта? .. - удивленно пробормотал хирург его лицо сразу приобрело серый оттенок.
- Что случилось, Добрый Доктор? Тебе плохо? Может, валерьянки? - саркастически проскрипела существо.
- Господи ... не может быть ... - врач почти шептал, но то, что когда-то было Германом, четко слышал каждое его слово. - Да, восьмое марта ... разве перепутаешь ... Это были вы, конечно ... теперь я вас вспомнил ... около тридцати ... острый перитонит ... Кажется, Геннадий ... или Герман ... - палец существа снова приблизился к его груди, но неожиданно замер.
- Что это значит, Добрый Доктор? Похоже, ты вспомнил ... еще что-то? - заинтересованно сказал монстр.
Хирург попытался что-то сказать, но сделать это с первого раза ему помешал комок в горле.
- Парень, тебе действительно стоит сделать то, ради чего ты сюда явился, - выдавил он наконец.
Перед взором хирурга сейчас была совсем другая картина - 8 марта 1989.
Душманы сбили «Стингер» вертолет, в котором находился капитан медицинской службы Феликс Лозинский. Он перелетал в составе спасательной группы с кабульского госпиталя в горы, где в результате долгих боев было много раненых. Летчики сумели посадить почти неуправляемую машину и продержаться до прибытия помощи. Однако Лозинского тяжело ранило осколком гранаты. Он потерял много крови и его жизнь висела на волоске. По прибытии в санчасть спасти могло срочное переливание крови. К счастью, удалось быстро найти владельца необходимой первой группы, и главное - с отрицательным резусом. Донором был один из пленных «духов» ...
- Делай свое дело, парень ... только быстро ... - сказал хирург уже громче.
- Ты снова морочишь мне голову, Добрый Доктор? Тебе придется объяснить, что произошло в твоей седой хитрой голове - я убью тебя очень медленно ... - прохрипела существо ему в ухо; у него из раковин засочилися тоненькие струйки крови.
- Ты умирал ... Герман. Редкая комбинация ... времени не было ... и нужной крови тоже ... наша лечебница - не американский госпиталь из телесериала ... Теперь понятно?
- Нииии! - существо схватила врача за волосы и резко вывернула голову лицом вверх, хрускаючы шейными позвонками. - НИИ-ет!
- Я - твой донор ...
Существо толкнула врача, и тот упал на пол вместе со стулом.
То, что было когда-то Германом, зашла невыносимым для человеческого уха скрежетом - оно смеялось.
Кровь хлынула ручьем с обоих ушей Лозинского. Тот пытался закрыть их ладонями; красные ручьи, просачиваясь между пальцами, стекали на паркет.
Монстр внезапно замолчал и отступил назад.
- Прощай, доктор ...
Лозинский приподнялся на локте; на бледно-сером лице ярко-красными пятнами размазалась кровь, глаза беспорядочно метались по комнате.
- Теперь ты тоже знаешь ...
Лозинский потерял сознание, и его голова глухо ударилась о парке ...
часть III
жители ночи
раздел 1
проза жизни
Серое тельце крысы бесшумно проскользнуло у лица человека, спал на старом матрасе, расстеленном на бетонном полу крошечной будке. Крыса подбежал к левой руке, свисающей на пол его маленький носик зашевелился в такт аккуратным прямым усам. Затем животное замерла, направив неподвижный взгляд черных глаз-бусинок на руку мужа, и легонько коснулась к ней мордочкой. Тот открыл сонные глаза.
«А, это ты ...» - буркнул он. Крыса нетерпеливо задергал коротким хвостом.
«Сейчас ...» - человек сел (конский волос издал под ним тихий скрип), бросил короткий взгляд на старый механический будильник «Слава», что тикали в углу ячейки на деревянном табурете, и открыл прямоугольную деревянную ящик, который стоял у «дивана».
Муж забрал со лба прядь длинных давно не мытого волос, наблюдая, как крыса жадно хватает с пола свой ужин: колбасные шкурки и кусочки слипшейся гречневой каши.
В подвале было тихо, только обычный фон: журчание воды в трубах и какофония из первых этажей - человеческие голоса, смех. Все это звучало размыто и приглушенно, словно доносились с поверхности радостной, освещенной солнцем земли в огромный, скрытый глубоко под корнями деревьев темный склеп. Болтовня и музыка из телевизоров, вой стиральной машины ...
Что ж, скоро - ночь, и это означает, что он, по крайней мере до утра, может ни о чем не волноваться. Конечно, если очередная вылазка пройдет успешно. Мужчина отошел от двери и снова сел на матрас, глядя, как крыса заканчивает свою торопливый ужин.
Крохотную комнатку, три на два метра, освещала маломощная лампочка, хитроумно соединена прямо с оголенными проводами под низким потолком. Центр ячейки занимал матрас, на деревянном табурете тикали будильник с проржавевшим корпусом и одинокой часовой стрелке. В углу у двери - гардероб: несколько свитеров, потертые джинсы, носки и одна переменная рубашка. Впрочем, что-то подсказывало, что владелец не так давно присоединился к тем, кого в обществе называют бомжами.
Оставив после себя остатки раскрошенных ужина, Крысенок быстро облизнулся, подбежал к двери и пошкрибся лапкой. Выждал секунд пять и пошкрибся снова. Мужчина неохотно встал с матраса, сбросил крючок с петли - не супер защита от внезапного вторжения, однако меньше шансов проснуться от удара по голове каблуком ботинка или уткнуться носом в оскаленную морду бешеной собаки. Ко всему надо быть готовым, если ты бездомный бродяга.
Молодой крыса серой тенью выскользнул на улицу.
Три месяца назад, оказавшись в этом подвале, молодой человек первым делом прибил кем забытой хоккейной клюшкой огромного крысы - его маму. А потом заметил, что под ее телом движется уцелела крошечная серая ком. Он снова замахнулся и ... понял, что не сможет.
Затем он взялся его выхаживать и наблюдал, как Крысенок невероятными темпами превращается из шустрого детеныша на взрослую существо. Привыкнуть к его специфического запаха оказалось не так трудно, как думал.
А однажды вдруг понял, что Крысенок - стал его семьей ...
Мужчина вернулся на матрас и подсчитал, сколько времени должно еще на ничегонеделание до того момента, когда сможет оставить подвал незаметно. Пока никто из жителей не подозревал о его присутствии.
Пока что.
Внутри коряво завовтузилась уже привычная мысль, что рано или поздно, но его все равно найдут. И тогда у него останется только два варианта: отправиться на вокзал или присоединиться к группе настоящих опытных бомжей - в среду, где он просто не выживет. Потому что он не один из них, потому что ... он только случайно жертва совсем дикой и бессмысленной истории, затянула его в предусмотренные жизненный катаклизм - жертва Великой несуразности ...
Да, именно так.
Катастрофа его жизни началась с совершенно незначительного мелочи - ...
* * *
... шнуровки, что решилась на ботинке, ха-ха!
Причем, даже не в его ботинке - несчастная шнуровка свисала двумя концами к земле, как усы флегматичного рыбы, из обуви мужчины лет сорока-сорока пяти, на вид военного в штатском, стоявший рядом с ним на остановке и ждал рейсового автобуса. Было около половины восьмого утра в понедельник пятого апреля 1999 года.
Мужчина не подозревал о развязанную шнуровку на ботинке. Он курил вонючую дешевую сигарету без фильтра и время от времени стряхивал пепел себе под ноги.
Подъехал автобус, и его задние двери открылись прямо перед ними. Человек, похожий на военного в штатском, двинулся к ним первым ... точнее, собирался - потому что равновесие, взмахнул руками и упал. Несколько человек засмеялись.
Одновременно с этим Игорь чувствовал, как что-то дергается под подошвой его обуви и, натягиваясь, пытается вырваться, словно хвост маленького, но сильного зверька.
Первым, кто понял ситуацию, был тот же офицер в штатском. Он проигнорировал протянутую руку помощи Игоря, встав самостоятельно, потер ушибленное лоб ... и коротко ударил Игоря в лицо. А потом, почти сразу, когда тот начал хватать ртом воздух, - в скулу.
Люди, начали заходить в автобус, сбавили темп. Толпа требовала зрелища.
Игорь взорвался. Началась драка. Он был лет на пять или семь моложе военного в штатском, но явно проигрывал в росте и весе. И еще, пожалуй, в агрессивности.
Из толпы раздавались ободряющие возгласы - у обеих сторон появились болельщики.