Борис Крылов – Рай для богов (страница 9)

– Увы, я этого и сам не могу понять. Может, в этом виноват архангел, который меня и убил. В любом случае я всегда со смирением принимал все то, что мне предназначала судьба. Если я обречен на страдания волей Божьей, то так тому и быть.

– Ты так смело говоришь, поскольку еще не знаешь, что будет с тобой в Стиксе, – уже как-то задумчиво произнес Харон. Было такое впечатление, что он выбирал для Хазра пытку.

В мгновение ока они оказались в лодке, плывущей по реке вглубь пещеры. Мутная вода начала приобретать бордово-красный оттенок.

– Ну что, ты готов? – с ухмылкой спросил Харон. Лодка вдруг остановилась, вода вокруг закипела, и Хазр увидел, как из пузырей лениво возникла гигантская голова змеи.

– Для начала я познакомлю тебя с Персефоной, а то она уже заскучала, – произнес смотритель, когда из воды высунулась морда самой Персефоны. Как же она была прекрасна при жизни, вся в свою мать Деметру. И в какую же мерзкую сущность она превратилась сейчас: лучше бы уж она выбрала развоплощение, чем такое бессмертие. Она была похожа на гигантскую миногу с маленькими кровавыми глазками, которые, казалось, уже приметили свою добычу. Хазр вспомнил это имя. Когда-то, несколько жизней назад, он убил ее вместе с мужем Аидом. Тогда он со своими воинами сжег их заживо, и убийц не остановило даже то, что богиня была беременна.

– Удачи желать не буду, не поможет, – как безумный расхохотался старик, плавно растворившись в воздухе и в тот же момент появившись на берегу.

Хазр даже не думал пытаться сбежать из лодки, понимая, что в этом не было смысла. Когда открылась огромная пасть Персефоны, он заметил в ней множество острых зубов, которые рядами тянулись вглубь адской глотки. Маленькие глазки змееподобной забегали, всматриваясь в лицо своей жертвы. Без сомнения, она узнала в нем того самого душегуба, который отнял у нее жизнь и семью.

Лодка плыла по течению к открытой пасти змеи, напоминающей мясорубку, но Хазр как всегда был хладнокровен, и лишь слегка улыбнулся своей мучительнице, вспомнив как при жизни заживо ее поджарил. Улыбка не исчезла даже тогда, когда мощные челюсти, с треском ломая лодку, захлопнулись, утянув Хазра в адские жернова. Он почувствовал, как зубы один за другим впивались в его плоть, разрывая мясо и ломая кости. Персефона все глубже заглатывала мученика, перемалывая его множеством зубов и проглатывая лишь кровавую массу, оставшуюся от некогда великого война.

Харон же стоял с довольной улыбкой, наблюдая, как новый гость Стикса сгинул в змеином чреве. Если Персефону с ее кровожадном безумием и жаждой мести я еще мог понять, то уж никак не Харона, который еще недавно принадлежал к ангельской иерархии. Как же быстро в нем умерло все то светлое и доброе, что должно быть у чинов. Неужели вся эта садистская злоба, ненависть и жажда смерти таились в нем все те века, что он был в небесной иерархии?

* * *

Харон стоял на берегу Стикса, когда к его ногам вынесло омываемые кровавыми водами раздробленные кости с остатками плоти. С каждой волной небольшие сгустки облепляли их. Постепенно кости стали срастаться и приобретать вид, более похожий на человеческий скелет. Волна за волной воды реки наносили все больше непонятной субстанции на обглоданный скелет мученика, наращивая на останках плоть. Через какое-то время поверх мяса стала появляться кожа и даже волосы на голове, а вскоре под ногами Харона лежало уже невредимое тело Хазра. Приподняв голову, тот вновь поглядел на старика.

– Ну что, теперь ты представляешь, что тебя ждет? – опять, словно сумасшедший, разразился злорадным смехом Харон. Воин попытался подняться, опираясь руками о берег, но резкий толчок ноги в спину придавил его обратно к земле. – Не торопись так, мы ведь еще даже не начали, не убирая ногу со спины, продолжил он.

Внезапно из воды стали появляться плотоядные скорпионы размером с ладонь и, жадно щелкая клешням, начали приближаться к пленнику. Хазр почувствовал у себя на спине цепкие лапки маленьких хищников, и вот уже десятки скорпионов кольцом окружили его, а самые смелые принялись сдирать с него небольшие куски мяса. Другие последовали примеру первых, и скоро десятки кровожадных тварей продолжили трапезу воином. Все, что оставалось Хазру, это, стиснув зубы, терпеть, не выказывая боли. Несколько жал вонзились в его плоть, впустив яд и добавив к нечеловеческим мучениям еще и лихорадку. Неожиданно Харон схватил пленника за голову и поднял перед собой в воздух.

– Ну что же, ты даже о пощаде молить не будешь? – удивленно спросил старик. – Давненько я таких стойких не видел.

– А смысл мне молить тебя? – выдавил через боль Хазр. Несколько скорпионов осталось висеть на нем и сдирать плоть.

– А я думал, ты хотя бы попробуешь. Селкет, пора и тебе присоединиться к своим детям, – куда-то в сторону реки крикнул Харон. Посредине Стикса показалось огромное жало скорпиона, которое, подобно плавнику акулы, двигалось к берегу. Вот уже показались гигантские клешни, готовые одним движением перекусить Хазра пополам. На удивление воина тело монстра венчала женская голова с мертвецки бледным лицом. Как только сущность выползла из воды, она сразу же проткнула жалом тело Хазра и выхватила его из рук старца, оставив в висящем положении.

– Вот теперь можно и продолжить знакомство. Так где архангел тебя настиг и за что лишил жизни? – поинтересовался Харон.

– Я его раньше не видел и, увы, он не представился, – сплюнув кровь, пробормотал Хазр. – Это было в Эфесе, в храме Аполлона, когда я собирался убить Артемиду.

– Неужели это был Гавриил… – задумчиво произнес хозяин Стикса. – Надо же, как все интересно получается. Да, судя по всему, это благодаря ему ты попал сюда. Но это не отменяет моих планов касательно тебя, – клешни Селкет слегка ухватили ноги мученика. – А я ведь в Стиксе тоже по его вине. Правда, не могу сказать, что мне здесь не нравится, – заулыбался Харон, глядя на подвешенную жертву. – Но наказать Гавриила все же хотелось бы.

– Как и мне… Того, кто противился промыслу Вседержителя, – прохрипел Хазр.

– Да, такие воины, как ты, встречаются крайне редко. И откуда такие фанатичные безумцы вообще берутся? Ладно, готов заключить с тобой сделку: я помогу вернуться тебе в мир живых в нужное время, но ты убьешь Гавриила. В нем уже не будет таких сил, как раньше, и он будет смертен. Как его можно будет убить и как попасть в Агарту, я научу, – Харон протянул руку пленнику, и тот без раздумий пожал ее.

– Я пополню Стикс всеми жителями Агарты, – все так же хрипло отозвался Хазр.

Харон стянул пленника с жала гигантского скорпиона и с размаху закинул в воды Стикса. Тело Хазра погрузилось в пучину, и его стало затягивать водами страданий.

Глава 7. Страх пантеонов

– Семаргл, ты в своем уме, что ты чушь-то порешь? Быть такого не может, – Перун в недоумении смотрел на исполина. – Как вообще поляне с радимичами и вятичами могли пойти войной на кривичей и словен? Им что делить-то?

– Не суди гонца строго за весть дурную, великий держатель Тартарии, – начал Семаргл. – Они за веру новую идут войной на братьев своих, оставив почитание исполинов и забыв все то доброе, что мы им сотворили.

– Чушь какая-то. Сколько столетий все шло своим чередом, но после того потопа все поехало наперекосяк. Мы утратили былую мощь, но мы вернем былое, и все, кто не преклонится, не устоят перед силой славянского пантеона. А непокорных будет ждать праведный суд. Что Радим и Вяточ вообще говорят по этому поводу? Есть от них хоть что-то? – Перун был в бешенстве от всего происходящего.

– Они присягнули на верность Великому ордену, и верят не в многобожье, а в Единого создателя и промысел Его. Им стала доступна истина, что от них скрывали долгими годами. Они поклялись новому Богу убить всех исполинов или, как они назвали, лжебогов, – Семаргл потупил взгляд.

– Не ожидал я такого, не думал, что и нас это будет ждать. Этот орден слишком распоясался, пора бы уже его аппетит немного поубавить. Да и Радима с Вяточем тоже можно бы на место поставить, а то позорят род предков междоусобной войной, – Перун был полон решимости. – Зови ко мне Яровита, Святовита и Триглава – нужно готовиться к битве.

– Боюсь, отец наш, им еще нужно оправиться от предыдущих битв. Они тоже подверглись атакам. Но весть разошлю, что вы их созываете.

– Да что же творится-то у нас в конце концов? Не хозяева что ли мы на земле своей и что нам – сдаться и сложить мечи?! Так не бывать этому! Славене и кривичи с нами по-прежнему?

– На смерть стоять готовы, но веру предков не предадут. Но сил у них тоже немного осталось. Еще неизвестно, что другие племена надумают, чью сторону примут.

– Нам надо нанести им опережающий удар и застать врасплох, – молнии заблестели в глазах Перуна.

– Вы слышали, что стало с пантеоном Египта и как эллины сейчас страдают? От них нет спасения, они знают о нас все, а может, даже больше! В бой их ведет великий полководец, каких земля не видела со времен Александра. Ходят слухи, что в нем переродился сам Давид.

– Но он еще не встретился со мной! – заорал Перун в гневе. – Я разорву и его, и всех остальных, кто встанет у меня на пути. Они получат сполна за всю боль и страдания исполинов, и не только.