Борис Конофальский – Во сне и наяву. Часть 2. Охотник (страница 68)

Надевая рюкзак на плечи, девочка вдруг поняла, что ей самой, без чьей-либо помощи, с таким упрямым силачом не справиться. Света смотрела сверху на это существо, и хоть оно было ещё далеко, она всё понимала, всё видела. Настоящий силач. Очень большой, тяжёлый, идёт хромает. Она знала, что быстрее него, и понимала, что прятаться от него в развалинах — не дело; если он ищет её по запаху, то и тут найдёт, поэтому ей были нужны открытые пространства, на которых он никогда её не догонит. Но Свету пугала та мерзкая когтистая тварь, которой силач кидался. С нею на открытых пространствах нужно быть внимательной.

Сидеть в развалинах уже не было смысла, нужно было спускаться на землю. И делать это побыстрее, пока он ещё далеко. Теперь ей нужно быть очень острожной. Девочка сбегала вниз по ломаному бетону, внимательно выбирая место для каждого шага. Не хватало ей сейчас повредить ногу. Она выбежала на асфальт проезжей части.

Остановилась. Посмотрела в сторону приближающегося силача. Тот всё так же шёл к ней. Шёл с неотвратимостью машины. Между ними было не менее двух сотен шагов, но Света знала, что он видит её так же хорошо, как и она его. Ей не нравилось то, что она мало о нём знает.

«Интересно, он может бегать? А как далеко он может кидаться этой своей дрянью?».

Светлана ждала его, крепко взяв палку двумя руками. Она ждала, ей нужно было проскочить мимо него, чтобы отправиться к Московскому проспекту. Или оббегать его через развалины, что тянулись вдоль улицы. А в развалины без Любопытного девочке лезть очень не хотелось. Там бегать опасно, мало ли кто может прятаться, да ещё и ногу можно повредить; нет, она всё сделает тут, на открытом месте.

Она продолжала ждать его, смотрела, как он приближается.

«Господи, какой же он большой! И сильный!».

Её сердце колотилось бешено, Девочке приходилось прилагать усилия, чтобы не броситься бежать прямо сейчас. Она понимала, что ей нужно подпустить его поближе, тогда и оббежать его будет легче. Он медленный, он хромает. Главное, главное, главное — следить за этой его тварью, не пропустить броска. Светлана вспоминает, как когти этой твари царапали асфальт: мурашки по спине.

Наконец она дожидается того момента, когда силач стягивает с плеча эту тряпку, он идёт к девочке, потряхивая её. Всё. Светлана делает несколько шагов вперёд и вправо, к нему навстречу, потом несколько шагов вперёд и влево, и снова вправо, она ждёт, пока он кинет в неё эту тварь, а он не дурак, он не кидает, просто идёт и идёт ей навстречу. Метров пятьдесят между ними, и тут уже Светлана не выдержала, ещё пару шагов вправо и потом рывок влево. А силач сразу кинул в неё когтистую тварь, хорошо, что она это видела. Света реагирует быстро; хоть когтистый фрисби летел точно, она почти без труда уворачивается от него, бежит вперёд и, зная, что эта гадость вернётся, не отрывает от неё глаз. И когда та, сделав в воздухе петлю, разворачивается, девочка снова меняет направление. Когтистая тварь, потеряв силу, падает на землю, силач, хромая изо всех сил, спешит ей наперерез, но это жалкая попытка. Светлана летит, как на крыльях, ему её никогда не догнать. Девочка видит вдали, в конце улицы, тёмную махину Дома Советов, она бежит туда, оборачиваясь через каждые пятьдесят метров: она хочет знать, что там делает силач. Светлана всё ещё волнуется, сердце ещё колотится сильнее, чем нужно, но она уже довольна собой. Она его победила.

Свете не составило труда добраться до Московского проспекта, она, правда, не решилась выйти к нему возле Дома Советов, а пробежалась по улице Ленсовета и с неё свернула на Авиационную.

Добежав до Московского, ей пришлось остановиться. Она увидала большую многоножку — она такую уже видела — у которой был здорово разорван бок, а из него свисали, тащились по земле мокрые зелёные внутренности. Над нею орали мокрые птицы, кружились и быстро опускались, но тут же взмывали вверх, а за нею, нюхая влажный след на асфальте, бежали собаки. Ей пришлось подождать, пока это чудище уползёт. Она стояла на углу и всё время оборачивалась. Вдруг силач появится? Но пока его не было. А когда дорога была свободна, она снова побежала на север, в сторону норы Сильвии и Жени.

Она спустилась вниз. Тут по-прежнему неприятно пахло какой-то сладкой тухлятиной. Светлана осторожно подошла к пролому и заглянула в него. В пятне света никого не было, а вот в тёмном углу лежала большая угловатая куча. Света поняла: это был Женя. Входить внутрь она не хотела, слишком хорошо она помнила ноги Анны-Луизы, торчащие из белого брюха Жени.

— Сильвия, — тихо позвала девочка.

Она видела, а может, ей показалось, что куча в тёмном углу чуть-чуть пошевелилась.

— Сильвия, ты тут? — снова позвала она.

И снова тишина. Свете тут не нравилось: этот запах… Да ещё и страшно ей было в этой яме возле фундамента здания. Вдруг силач появится? Из этой ямы и выскочить будет не просто.

Она уже хотела уходить, как из темноты донеслось:

— Что тебе нужно?

И Светлана не узнала этого голоса, голос был низкий, грудной, женский, и никак не походивший на голос Сильвии. Девочка немного растерялась. Того располагающего тона, с которым маленькая женщина разговаривала с ней в ресторане, Света не расслышала.

— Это я, Светлана, — растерянно произнесла она.

— Я поняла, — донеслось из темноты подвала. — Ты, что, уже нашла нам новую еду?

Света не ответила, она была тут по другому поводу.

— Я забыла тебе сразу сказать, — всё тем же низким и глухим голосом говорила маленькая женщина, — Женя не будет сейчас ничего есть, он будет переваривать съеденное пару месяцев, сейчас он сыт. А пока уходи, Света. Поговорим после.

Девочка постояла немного, она не знала, что сказать, но мысль о том, что силач идёт и идёт сейчас за нею, придала ей решимости.

— Сильвия, ты не могла бы мне помочь? — говорила Света в тёмный смрад подвала; она не могла уйти.

— Что ещё? — ответила маленькая женщина достаточно резко.

— За мной увязалось какое-то существо, такое большое, чёрное, идёт и идёт, ты не могла бы… ну, посоветовать чего-нибудь. Может, ты знаешь, откуда оно, может, уже видела такое, может, скажешь как от него избавиться?

Света вздрогнула, едва не вскрикнула от неожиданности. Сильвия беззвучно появилась из темноты, появилась сразу, только что её не было, и вот она уже стояла возле девочки, рядом с нею. И Светлана, разглядев её, едва не отшатнулась.

Голова маленькой женщины была седой, совсем белой, а её кожа смотрелась в контраст волосам тёмной. Кожа была нечеловечески серой. И что ужасало Светлану больше всего, так это алые глаза, они были так налиты кровью, что в них почти не различались зрачки.

— Кого ты сюда привела? — очень холодно спросила Сильвия, глядя на девочку этими ужасными глазами.

— Я… я не знаю… Оно большое, чёрное, оно просто появилось и пошло за мной, я просто думала… Я думала, что ты знаешь, кто это, — лепетала Светлана. — Я думала, что ты скажешь, как мне с ним быть… Может…

— Оно большое и идёт за тобой? — переспросила маленькая женщина. — И давно?

Света молча кивнула: да, давно. А маленькая женщина продолжила:

— И ты не придумала ничего лучше, как притащить его сюда к нам?

Сильвия не дала Светлане ответить, она повернулась к пролому и звонко крикнула:

— Женя, переползай вниз! — и тут же, повернувшись к девочке, произнесла: — Где это? Покажи!

Они быстро выбрались из ямы, быстро обогнули дом и вышли на Московский проспект, страшная серая Сильвия теперь не казалась девочке маленькой, Света исподтишка смотрела на неё с опаской.

— Откуда он придёт? — спросила Сильвия и указала на юг. — Оттуда?

Девочка молча кивнула.

Сильвия с удивительной, обезьяньей ловкостью вскарабкалась на автобусную остановку, на самую крышу. Встала там в полный рост и стала смотреть на юг.

Девочка осталась внизу, но даже оттуда она увидела силача. Он шёл, как ходил всё время, никого не боясь. Шёл по трамвайным путям, по самому центру проспекта. Одноглазый был ещё далеко, но даже на таком расстоянии его фигура давала представление о его силе. Во всяком случае Сильвия всё, что ей было нужно, рассмотрела; всё с той же обезьяньей ловкостью она спустилась с автобусной остановки и, подлетев к Светлане, зашипела прямо ей в лицо:

— Уводи его отсюда!

— Что? — девочка растерялась. — Уводить? Куда?

— Куда хочешь! — заорала маленькая женщина прямо ей в лицо, её алые глаза, казалось, пылали. — Убирайся отсюда! Быстрее!

— Ладно, — Светлана всё ещё была растеряна. — Хорошо…

Она уже повернулась, чтобы бежать дальше, но остановилась и, обернувшись, взглянула на Сильвию. Та опять смотрела в сторону приближающегося силача.

— Сильвия, а кто это? — спросила девочка.

— Я не знаю, — отвечала маленькая женщина всё ещё раздражённо, — я первый раз вижу такого. Тут таких отродясь не было, — и она снова повысила голос. — Уводи его отсюда! Быстрее!

Повернулась и побежала к своему дому, и уже через несколько секунд скрылась за углом. А девочка снова осталась одна. Один на один с чёрным силачом, который подходил всё ближе и ближе.

И что теперь ей делать? Что делать? Бежать. Ну, это понятно, это она понимала, так как ничего больше ей и не оставалось. Но вот куда? Снова сближаться с силачом и снова уворачиваться от его летающей дряни ей не очень-то хотелось. Бежать на север, в сторону станции метро «Московские ворота», ей не хотелось тем более. Света там никогда не была и не знала тех мест. Поэтому она решила вернуться в свой, хорошо знакомый ей район проспекта Гагарина, только через улицу Мариинскую, которая тянулась вдоль больших цехов какого-то завода. И уже с неё свернуть на Решетникова, к шикарному Красному дереву мамы-Таи, к Гагарина. Эти места были ей хорошо знакомы. И она побежала.