Борис Конофальский – Во сне и наяву. Часть 2. Охотник (страница 27)

— Это она на деньги с монетки закупалась! — подводила итог Лиза Марфина. — Господи, Фомина, хоть бы спросила, что покупать!

— Не слушай их, Фома, — успокаивал её Митя Глушко. — Это они от зависти. Чулки — форева!

— Так, успокоились! — Наталья Константиновна ручкой постучала по столу. — Все прокомментировали новый наряд Фоминой? Фомина, а ты если собираешься и в будущем всех удивлять, приходи за десять минут до начала урока.

— Извините, Наталья Константиновна, — лицо Светланы пылало огнём, она была так возбуждена, что позабыла про боль в пальцах.

Да, именно на такую реакцию девочка и рассчитывала. Все, все в классе только и делали, что тихо обсуждали её, пока учительница рассказывала, на какой странице учебника нужный параграф. Она снимала с себя берет, стягивала перчатки и, наверное, от волнения, буквально затылком, шеей почувствовала, что парень, сидящий сзади неё, Мурат Сабаев, буквально сверлит её взглядом. Пальцы стало покалывать. Волдыри словно иголочками кололо. Свете было ясно, что он хочет ей что-то сказать. Она обернулась как раз в тот момент, когда Мурат тянул к ней линейку, чтобы ткнуть в спину.

— Ну чего? — шёпотом спросила Света.

— Свет. Да я…, - Сабаев даже растерялся. — В смысле, ты круто выглядишь!

Если бы можно было покраснеть ещё больше, она бы покраснела. Ей нужно было бы его поблагодарить за комплимент, но она находилась в некотором смятении. И лишь произнесла:

— Угу.

Хотя для себя девочка отметила, что он назвал её по имени. И это было неожиданно и приятно. Она посчитала, что разговор окончен и хотела уже отвернуться, но Мурат продолжил:

— У тебя же день рождения скоро?

День рождения! Точно! Но откуда он узнал? Девочка опять ещё больше удивилась.

— Ну да…, - отвечала она.

— А ты отмечать будешь?

На этот вопрос она ответа уже не нашла. Просто пожала плечами: фиг его знает.

Он ещё что-то хотел спросить, но в разговор вмешалась учительница:

— Сабаев, Фомина, до перемены не можете подождать?

Светлана сразу отвернулась от Мурата, а учительница продолжила:

— Сабаев, иди-ка к доске, дорогой мой, ответишь мне на пару вопросов.

Мурат встал, вздохнул невесело и пошёл к доске, а Света стала приходить в себя после такого феерического появления в классе. И всё бы было прекрасно, но вот пальцы у неё ещё покалывало.

На перемене Светлана стояла и разговаривала с Илоной Войнович и ещё одной девочкой из параллельного класса, разговор шёл о новых туфлях Светланы. И опять ей было приятно, а тут к ним подошёл ещё Митя Глушко и сказал:

— Я сейчас с Пахомом разговаривал. Он сказал, что ты ему позавчера шавуху в больницу приносила.

— Ну да, приносила, — согласилась Светлана.

Митяй расплылся в ехидной улыбочке:

— Так вы, чего, мутите с ним, что ли?

— Что? Я? — Свету снова залила краска и приятное волнение. — Да нет, мы не мутим.

Но Илона и девочка из параллельного класса всё слышали. Они вытаращились на Светлану. И на шкале их удивления отметка поднялась до уровня «Ошарашены!». Спортивная носит шавермы в больницу Пахомову? Обалдеть! Это неслыханное дело, которым нужно было срочно поделиться со всеми другими девочками. И в этот день это было второй новостью, потрясшей класс. Тут к ним подошёл ещё и Мурат, он тоже хотел узнать, что здесь интересного происходит. Но объяснить она ничего не смогла. У Светланы зазвонил телефон.

Глава 20

Кто раньше ей мог позвонить? Если не считать сиделок и лечащего врача мамы, Камаева, то только папа. А сейчас девочка, доставая телефон из рюкзака, гадала с волнением: папа? Сиделки? Или… Пахомов? Она не угадала, это звонила её новая знакомая Анна-Луиза.

— Хай, сестра! — голос новой знакомой был весел.

Светлана сразу подумала, что Анна-Луиза уже что-то приняла из своего списка.

— Привет, — Света старалась отвечать нейтрально и отошла в сторону от ребят, с которыми стояла. Ей почему-то не хотелось, чтобы они слышали их с Анной разговор.

— Ты что делаешь?

— Я в школе.

— В школе?! Это пипец как уныло, давай ты задвинешь свою школу… Пойдём пожрём чего-нибудь вкусного. А потом пойдём в магазины. Съездим в «Галерею». Там всё есть.

Даже несмотря на то, что ей очень нравился торговый комплекс «Галерея», Светлана скорее всего отказалась бы, но тут Анна-Луиза добавила:

— Хочу одеться так же круто, как ты, поможешь мне шмот подобрать?

Ни одна девочка никогда не просила Свету помочь одеться. Мало того, даже сегодня одноклассницы — не все, конечно, но часть девочек из класса — высмеивали её, а уж про прозвище «Спортивная» ей даже и вспоминать не хотелось. И тут вдруг такое предложение. Ну как она могла отказаться?

— Ну давай, — соглашается Света.

— Супер! Где встретимся?

— Ближе всего ко мне «Московская».

— Супер, я уже в метро, через десять минут буду, — сообщила Анна-Луиза.

Светлана заскочила в класс, пока не прозвенел звонок, схватила рюкзак, берет с перчатками, зонт и поспешила прочь.

— Света, ты, что, уже уходишь? — спросила её Илонка; она, девочка из парольного класса и Митяй Глушков ждали её.

— Да.

— А тебе кто звонил? Пахом? — спросил Митя.

— Нет, знакомая. Пока, ребята, — она уже повернулась, когда её опять окликнули, на этот раз это был Мурат.

— Фомина, а ты куда?

— Знакомая звонила, пригласила в «Галерею».

— А можно мне с тобой?

Задай ей хоть кто-нибудь из класса этот вопрос месяц назад, да она прыгала бы от радости. И согласилась бы сразу… Но знакомить кого-то из одноклассников с Анной-Луизой? Нет, нет…

Света покачала головой:

— Нет, мы по магазинам пойдём. Не надо…

И поспешила к лестнице.

Убитое трёхэтажное здание. Вывеска «Запчасти». Место тихое. Черниговская двадцать семь. Во дворе грязь, мусор, пара «обглоданных» до корпуса машин. Да, почти так он себе это и представлял. Перепрыгивая через лужи и старясь не пачкать свои дорогие туфли, Виталий Леонидович добрался до кривой двери в старое здание, открыл её и вошёл внутрь. Тут же у лестницы был КПП, на котором сидели два бородатых джигита в чёрной форме какого-то «чопа». Сидели и вдумчиво пили чай из небольших стаканчиков. При этом смотрели на телефоне, судя по звукам, бои без правил. Они оторвались от телефона, уставились на него.

— Э, ты кто? Ты куда? Чего тут рыщешь?

— Я к Маге, — произнёс Виталий Леонидович.

Один из бородатых лениво ему указал на лестницу: иди туда. Всё, доступ ему был разрешён.

Ступени на лестнице были подстать всему дому. Старые, гнилые. В одной из комнат дверь открыта, оттуда слышится, как кто-то не на русском языке говорит по телефону. Роэман подошел и остановился на пороге. Он приблизительно так и представлял себе этого Магу. Грузный, бородатый, он сидел за старым столом в дорогом пальто. Сразу видно, настоящий деловой человек, бизнесмен. Говорил по телефону, а увидав Виталия Леонидовича, помахал ему рукой: заходи, вот сюда садись.

Роэман прошёл в комнату и сел на старый стул, который стоял перед столом. Мага закончил разговор по телефону и протянул ему руку:

— Ты от Джаника?

«От Джаника?». Роэ поначалу даже не понял, о ком говорит этот тип.

— Я от Жана Карловича Фисюка.

— Я понял, понял. Джаник мой большой друг, раз он просил за тебя, значит, всё… Вопросов нет. Он сказал, что у тебя ко мне дело.

«Джаник — это он так Фисюка называет? Да… Интересный ты человек, Мага, если такие, как Фисюк, у тебя в друзьях числятся».