Борис Конофальский – Старшие сыновья (страница 71)

- Тебе уже нужно ехать. Посуду уберёшь, когда вернёшься.

Да, было ещё жарко, и жара должна была простоять до пяти часов, но инженер хотел, чтобы она добралась до лодки Палыча именно в жару, пока людей на пристани не будет.

- Еду, - сразу ответила Самара.

- Давай всё повторим, - он взял в руки бумагу и карандаш, но к работе не приступал, смотрел на казачку. – Зачем ты едешь на пирс?

- Купить антибиотики от клеща. Мой мужчина словил клеща, лежит в температуре, – отвечала Самара, надевая брюки.

- Что ты ему скажешь?

- Скажу: от этой жары можно сойти с ума.

- Что он должен ответить тебе?

- Говорят, что будет ещё жарче.

- Верно, - Горохов кивнул. – Что ты сделаешь после этого?

- Скажу ему, что его будут ждать в полночь у скалы, что похожа на клык. И объясню, где это.

Он поймал её руку и крепко сжал её:

- Молодец… Всё верно. Выпей побольше воды, - подтянул её к себе, поцеловал в щёку. – Будь осторожна, я очень надеюсь на тебя.

- Осторожна? Кого мне в песках бояться, всё попряталось, в такую жару даже вараны прячутся.

- Опасайся людей, они поопаснее варанов бывают.

- А в городе Тарасова бояться? – догадалась Самара.

- Всех, но его в первую очередь, - ответил Горохов и начал писать.

Стимулятор действовал, инженер не чувствовал утомления, почти не ощущал болезни, писал и писал. Особенно старался рассказать про «санаторий», про реактор, что там видел. Горохов неспроста акцентировал внимание на этом здании, он был уверен в целесообразности армейской операции, которая позволила бы захватить и сам этот удивительный куб, и кучу всякого другого неизученного оборудования. Да, армейские операции - это дорого, да и не всегда они бывают удачными. Но одно дело ловить какую-нибудь опасную, но небольшую банду по пескам, там действительно армия малоэффективна, и совсем другое дело - захватить целый дом. Дом-то точно никуда не убежит, вот только оборудование из него могут вывезти, пока солдаты будут сюда добираться. В общем, весь его рапорт склонял руководство к привлечению армейских, хотя сам он прекрасно понимал, что такая вероятность весьма невелика. Он исписал весь лист и едва смог уместить на нём всё, что успел выяснить, и всё что обо всём этом думал. Свернул бумагу и спрятал её в шов палатки. На входе, там, где никто искать не додумается. Сел. Запил таблетку большим количеством воды. Спать, конечно, он не хотел, взял сигарету… И тут приехала Самара, он узнал её квадроцикл по звуку двигателя. Горохов заволновался: что так рано? Неужели что-то случилось? Он даже прикуривать не стал. Ждал, когда она войдёт и всё расскажет.

А она вошла и сказала:

- Я всё сделала, мужик с лодки будет ждать нас в полночь на берегу под скалой.

- Сделала? – удивился инженер. – Так быстро?

А она, не раздеваясь, стала пить воду; на лице у женщины, через переносицу, там, где стык маски и очков, черная полоса от пыли. Казачка явно устала, оторвалась от фляги с водой и произнесла:

- Не так уж и быстро, два с половиной часа меня не было.

Горохов взглянул на часы. Чёрт, под этим стимулятором, за писаниной, он и не заметил, как пролетело время. Он встал, обнял её.

- Ложись поспи, нам ночью ещё придётся покататься по степи.

И стал надевать пыльник. Нет, он точно не смог бы сейчас уснуть.

- А ты куда? – спросила она удивлённо.

- Пойду взгляну, что там на буровой. А то заметят, что инженер сутками не появляется на участке. Этого допускать нельзя.

Она, может, и поняла его, но смотрела всё равно с укоризной. Считала, что это он зря.

Глава 51

Луна. Звёзды. Лодка Палыча уже стояла на якоре в десяти метрах от берега, Палыч, он осторожный, к берегу не подойдёт, пока не убедится, что это безопасно. В рубке горит свет. Горохов и Самара спускаются к реке.

- Эдуард Павлович! – окликает инженер с берега.

В их сторону тут же развернулся прожектор. Горохов и казачка жмурятся, прикрывают глаза руками. А хозяин лодки включает лебёдку, выбирает якорь, заводит мотор и уже через пару минут протягивает сверху, с лодки, руку Горохову.

- Ну, здорово, дорогой.

Палыч человек опытный, он при Самаре инженера по имени называть не будет.

- Здорово, дядя, - отвечает инженер, пожимая руку.

У них свои и весьма давние отношения. Это далеко не первое дело, в котором Эдуард Павлович прикрывает его и выполняет роль связного. Палыч хотел втянуть инженера на палубу, но тот не спешит влезать на лодку.

- Подожди, - Горохов оборачивается, - Самара, выкопай то, что мы тут прятали.

- Ладно, - говорит казачка и идёт выкапывать сумку-холодильник и сумку с бумагами.

А сам инженер полез вверх на обрыв, там в кузове квадроцикла сидел умный бот, которого на участке всё звали помбуром.

- Помбур - произнёс Горохов, когда добрался до квадроцикла, - работать.

Бот сразу вылез и пошёл за инженером, и они спустились к реке.

- Заходи в воду, - Горохов указал место, - тут. Там должна быть сумка, опусти в воду руку. Ищи.

Почти сразу бот вытащил из воды баул с медью.

- Давай его сюда, - инженер указал на палубу, - закидывай.

Потом бот закинул на палубу выкопанные Самарой сумки. И после приказа инженера влез на лодку сам. Горохов обернулся к казачке:

- Подожди меня у квадроцикла.

Только после этого Горохов забрался на палубу. И там они с капитаном обнялись. А после стали спускать вещи в трюм лодки.

– Ого, тяжёлый. А ты сам как? - спрашивал Палыч, беря баул с медью и стаскивая его вниз.

- Клеща подцепил, а так нормально, – отвечал инженер, передавая ему сумку.

- Клеща? – капитан удивлён. Такой опытный человек, как Горохов, не должен цеплять клещей. - Дать тебе медикаментов?

- Палыч, ты мне всю аптечку дай, я свою уже распотрошил полностью, ничего не осталось, но это после. - Горохов остановился и указал на сумку-холодильник, - тут главное, это конструкты, случайно нашёл их. Повезло. Держи в холодильнике. Береги их.

- Понял. А тут что? – капитан указал на сумку.

- Собрал черновики доктора Рахима, не знаю, насколько они ценны. Пусть ребята из института посмотрят, может что-то пригодится, – Горохов достал сигарету.

- Ясно, - Палыч поднёс ему зажигалку. – Что ещё?

- Рапорт, - инженер прикуривает и передаёт свёрнутый листок бумаги. И пинает мокрый баул с медью, - а это предай Семёнову, пусть продаст на аукционе, это мои призовые.

Связной лезет в баул.

- Ишь ты! Медь! Хорошие призовые. Ну а как тут обстановка? Про наших ребят что-нибудь слышал?

- Слышал, - отвечал инженер нехотя, он не стал говорить Палычу, что головы двух людей, которых они с Эдуардом Павловичем хорошо знали, высохли на кольях перед резиденцией Папы Дулина. А то, что ребята погибли, Палыч и так знал. – Нет их больше, Палыч, и того достаточно.

- Ну а тебя не пасут?

- Ещё как пасут, есть тут один тип, Тарасов. Очень нудный. Землю носом роет, постоянно крутится рядом.Я в рапорте про него писал. Есть ещё люди Юрка, сына Папы, есть ещё Мордашёв, и Люсичка, в общем, всем что-то от меня нужно.

- Понял.

- Палыч, - инженер делает паузу. – Я там в рапорте всё, конечно, указал, но ты сам поговори с Костиным, пусть попробует армейцев сюда вызвать, вдруг получится, там целое здание всяких приборов и растворов. Всё оборудование пришлых. Но делают его где-то у нас. И трупы собирают где-то у нас. И ещё я написал про реактор, он вообще непонятного принципа действия. Просто куб из чёрного металла, а из него выходит кабель. Как в нём что-то работает? Хрен его знает. Его обязательно нужно захватить. Только ради одного реактора можно армейцев сюда звать. А там ещё куча всякого оборудования.

- Это вряд ли, – отвечает связной. - Сам знаешь, что нам не дадут фондов на такое дело, ты и так на свою операцию всё выгреб на год вперёд.